Сны - Шиму Киа

для Джои, потому что особых перемен в переустройстве морального мира не произошло. А вот после уже девушка, словно после похмелья, очнулась из забытья и на нее накатились все чувства и переживания. Джои же вспоминал месяц свою новую знакомку, которая так и не звонила ему, печаля и огорчая его, а потом смирился со всем и забыл о ней, погруженный повседневной своей жизнью.

Такие вот мужчины, имеющие куда больше сторонних мыслей и мало концентрирующихся на себе. Не судите их, да и в принципе никого не судите, потому что суд еще придет, лучше думайте о себе.

Наступил май, а после мартовского приятного тепла пришла летняя жара.

Джои собирался уходить домой, взяв портфель, однако его окликнул Цуль:

— Джои! Постой!

Быстро и весело подбежав, беловолосый юноша спросил прямо, без каких-нибудь прелюдий:

— Пойдешь гулять?

— Что? — на секунду мир вокруг Джои остановился от неожиданного предложения

— Ну, пойдешь в парк погулять?

— Когда?

— В воскресенье.

— Зачем идем?

— Просто погулять, — Цуль этот вопрос не очень понял.

— Будет странно, если двое юношей будут гулять просто так, будучи наедине.

— В каком смысле двое юношей?

— Гулять же будем я и ты, а это странно.

— Нет, — протянул беловолосый паренек, — гулять идем не только я да ты.

— А кто?

— Мой друг, который взял с собой своего брата и его друга, а еще подруга моя- Марго, которая тоже прихватит свою подругу.

— Боже, что за древо поколений, — отчаянно вздохнул Джои. — Я тем более отказываюсь.

— Да хватит тебе! — Цуль подбадривал своего друга. — Сходи, проветрись, может, найдешь себе новых друзей…

— Мне тебя хватает, — перебил Джои и встал, чтобы уйти, но беловолосый паренек его остановил.

— Да, но я один стану скучен, а тут разнообразие.

— Ты и скучен? Разнообразие? Мне хватает его в жизни благодаря тебе.

— Я польщен, но ты вечно загоняешь себя в четыре стены, с одной дверью. Выйди в свет!

— Не собираюсь я выходить в такой свет.

— В какой?

— Ужасный!

— С чего ты взял?

— Хватит того, что по свету бродят люди!

— Понимаю, но не все же люди ужасны. Эти хорошие ребята, тебе понравятся.

— Нет. И еще раз нет, — отрезал Джои и высвободился из хватки друга.

— Хотя бы просто посиди в начале и уйди, если захочешь, — отчаянно тянул разговор Цуль.

— Почему я тебе так резко понадобился? Ты же гулял все это время без меня.

— Потому что я знал, что такие люди тебе не по душе.

— А те будут?

— Да!

— С чего ты взял?

— Думаешь я тебя не знаю? — Цуль пристально смотрел на Джои. Барабанщик немного оступился.

— Почему ты думаешь, что они мне понравятся?

— Потому что они такие же маленькие люди как ты, как я.

— Ты собираешься устраивать кружок социально-изолированных?

— Не шути, я серьезно. Я хочу, чтобы ты имел немного больше знакомых, чем я.

— Я благодарен тебе за твои старания, но…

— Да хватит колебаться! — Цуль неожиданно разгневался и взял Джои за плечи. — Просто возьми и пойди! Тебе ничего не стоит! Почему ты такой упертый?

Джои испугался, зажался, посмотрел на разгневанное лицо своего друга и в страхе ответил:

— Хорошо… Пойду…

Цуль очнулся. Отпустил друга.

— Хорошо. В воскресенье в парке возле статуи.

— Ладно…

Беловолосый паренек первый вышел из кабинета.

Огромный монолитный памятник «Свобода», изображающий подвиг трех солдат, был посвящен событиям восстания униженных народов, которые имели мало прав и образовали низшее сословие в государстве. Центром восстания стал этот городок. Да, вы удивитесь, но в этом месте обыденности, скуки и спокойствия были свои лихие времена, когда летопись поселения пополнялась каждый день новыми событиями. Это сейчас в стране все уладилось, а в городке наступили тихие времена, но в прошлом все было куда веселее. Война унесла большое количество жертв. Битва за городок, где стоит мемориал, стала одной из самых тяжелых и жестоких в конфликте. Жители помнят подвиг бравых ребят, освободивших их дом, и делают подобные постаменты.

Возле памятника на лавочке под высоким раскидистым деревом сидел Джои, пришедший заранее запланированного и думавшего, что же было с Цулем такое, что он так агрессивно пытался его заставить прийти сюда. Никогда еще его друг не показывал такой гнев, который он видел в его глазах. Видно, Джои еще мало знает Цуля. Это печалило его. Он вспоминал тот момент и ничего не понимал. Зачем Цуль пригласил его на эту прогулку? Почему ему должны понравится именно эти люди? Все было странно и непонятно. Но Джои сидел и незаметно для себя погрузился в эту атмосферу расцветающего Мая, который царил вокруг. Теплый ветер медленно качал зеленые кроны деревьев, вокруг радостно бегали дети с родителями, а на небе, словно с картины, ярко светило солнце, прикрытое одним из армады белых облачков, плавающих в голубом небе. Смотря наверх, сразу ощущаешь облегчение и радость внутри, а чувствуя поглаживание ветра, невольно улыбаешься от непонятного удовольствия. Быть свидетелем такого теплого чуда- это самое прекрасная роль, которая могла бы быть у человека. Джои невольно закрывал глаза и погружался в свои мысли, который ничуть не отличались от внешнего мира. Но время шло. Положенный час уже пробил, а никого не было. Не зная, что делать, наш герой, встревоженный отсутствием Цуля, решил уходить, потому что смысла ждать того, чьим участником быть ты не желаешь, нет. Джои встал и уже собирался ступить шаг, но услышал крик.

— Джои! — это Цуль шел и махал рукой.

Побег отменяется. Наш герой остановился и стал смотреть на приближающегося друга. Когда же беловолосый юноша протянул руку, Джои ее пожал.

— Долго ждешь?

— Да.

— Ты чего так рано?

— Ну…

— Волнуешься?

— Немного.

— Успокойся, — Цуль потрепал друга по плечу, — все пройдет хорошо. Ты главное не убегай.

— Когда захочу, тогда и уйду. Помнишь?

— Да-да, — паренек сморщился. — Только не надо уходить, как только человека увидишь, дикарь.

— Почему ты такой агрессивный?

— Я? — удивился Цуль. — Совсем нет.

— Врешь…

— Цуль привет! — к товарищам шла компания из трех ребят. Слева стоял хорошо сложенный невысокого роста с узким задумчивым лицом, на котором все было маленькое: нос, уши, рот, глаза. Он молча смотрел себе под ноги и о чем-то думал, думал, думал. В центре возвышался высокий с виду очень наглый и худощавый парень, который окликнул Цуля. По его лицу легко можно было бы дать ему роль задиры и хулигана, но слабое тело ставило это утверждение под вопрос. Справа же шел самый средний по росту член группы. Юноша был чем-то похож на центрального внешне, но сам где-то летал в облаках, осматривая аллею вокруг.