Кейти Макалистер - Секс и одинокий вампир

– Кто же он?.. Что он такое?.. – пробормотала я себе под нос.

Ответа на этот вопрос, к сожалению, не было.

Глава 3

У меня было два варианта: либо считать, что вчерашний умалишенный тип, изрезавший себя, – плод моей расстроенной фантазии, либо сорвать с Данте черный свитер и, если его мужественная грудь окажется покрыта ранами, громко звать полицию и добрых людей в белых халатах.

В конце концов я решила выждать: если он меня узнает, значит, все было на самом деле. А если нет – что ж, значит, этот случай мне просто пригрезился. На удивление яркое и правдоподобное видение – мой блокнот до сих пор в кровавых отпечатках пальцев.

Очередь медленно продвигалась вперед. Я пряталась за широкой спиной стоявшей впереди толстухи: как бы Данте не заметил меня прежде времени и не устроил бы сцену! Продавщица препровождала к нему людей по одному, подавала ему книги для автографов, а после быстренько спроваживала поклонницу, освобождая место для следующей. Я бросила взгляд вперед, затем обернулась: ну и очередь – одни бабы! Хм-м. Я выгнула шею и принялась разглядывать Данте через плечо стоявшей впереди женщины. Да, мне он запомнился таким же красавцем, только сегодня он был еще лучше, так как не истекал кровью.

– Как же некоторым мужчинам идет черный цвет! – ляпнула я, не подумавши. Женщина, стоявшая спереди, обернулась и радостно кивнула. Я растянула рот в дежурной улыбке и почувствовала спиной какое-то движение. Я обернулась: мимо очереди пробиралась высокая дама на последнем месяце беременности. За ней по пятам следовала низенькая женщина с очаровательным лицом в форме сердечка – вот бы мне такое! Обе, широко улыбаясь, подошли к столу поздороваться с Данте. Тот перестал раздавать автографы, поцеловал каждой ручку, немного поболтал с ними, после чего извинился перед покупательницей, чью книгу подписывал.

«А у него, оказывается, есть любимые поклонницы, – подумала я. – Впрочем, что еще следовало ожидать? В том, что женщины не дают прохода такому красавчику, нет ничего удивительного. Мне-то что! Но вот если окажется, что вчерашняя кровавая сцена тебе не привиделась, нужно что-то делать, причем немедленно, а то он чего доброго и за другие людей примется».

Я прикусила губу и стала соображать, что делать. Хвост медленно, но верно продвигалась вперед. Я пряталась за толстухой, покуда не подошла моя очередь. Продавщица выхватила у меня книги.

– Вам просто автограф или с посвящением?

– М-м-м… с посвящением, пожалуйста. Для Коррин. Пишется с двумя «р» и с одним «н».

Продавщица кивнула и снова повернулась к Данте, которого хихикающая толстушка уверяла, что сегодня он выглядит просто великолепно. Он улыбался. Продавщица протянула ему книгу, предназначавшуюся Коррин, и что-то прошептала: очевидно, насчет автографа. Данте склонился над книгой и что-то написал своим каллиграфическим почерком. Мне сразу вспомнились оттиски времен королевы Виктории.

– Надеюсь, вам понравится книга. – С этими словами он поставил заковыристую подпись.

Я сразу узнала этот чарующий голос: его шелковистый тембр защекотал мне кожу и заставил волоски на руках встать дыбом.

Он поднял глаза, протянул мне книгу – и замер, словно пойнтер, учуявший фазана.

– Кристиан? – Беременная женщина переводила взгляд с него на меня. Мы застыли словно изваяния.

Я задержала дыхание. Его гипнотический взгляд проникал даже сквозь темные очки. Мне казалось, будто эти глаза затягивают меня вглубь, а я с трудом сохраняю равновесие на краю бездны.

– Кристиан? – Женщина притронулась к его руке.

Сама не заметив как, я перестала сопротивляться и нырнула в глубину его глаз. Меня тут же охватила темнота, полная горя, бесконечных страданий и безнадежности. Я почувствовала боль, которую он испытывал, эта боль душила меня, я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.

– Кристиан, с тобой все в порядке?

Я отчаянно пыталась защититься, выстраивала хрупкие барьеры. Я должна была во что бы то ни стало остановить его, не дать ему наполнить меня своим мучением.

– Кто ты? – шепотом спросила я. После того как мне приоткрылся его внутренний мир, у меня пропал голос.

Его глаза стали еще темнее.

– А вы кто такая? – спросила невысокая женщина с симпатичным личиком. Она окинула меня внимательным взглядом, затем обернулась к Данте и хлопнула его по плечу. – Я же говорила, что сработает! Убедился? Получаса не прошло, как мы ее нашли! Замечательно. Теперь я могу спокойно идти домой.

Продавщица легонько подтолкнула меня локтем, но я не сдвинулась с места, не в силах отвести взгляд от писателя. Тот, в свою очередь, смотрел на меня. В его темных глазах отражались удивление, боль и раздумье. Продавщица взяла у него книгу, вручила ее мне и легонько подтолкнула: пора, мол, и честь знать. Я заковыляла прочь, по-прежнему пялясь на Данте. Тут меня тронула за плечо беременная дамочка.

– Простите, если вам покажется странной моя просьба… Можно с вами перемолвиться словом?

Я моргнула, оторвалась от глаз Данте, полных муки, и взглянула на женщину. Она была на несколько дюймов повыше меня. У нее были красивые глаза и дружелюбная аура: это сразу чувствовалось, даже освобождать сознание от блоков не надо.

В ответ я что-то промычала. Скоро у меня совсем крыша съедет! Я с трудом собралась с мыслями: медиумы постоянно должны держать себя под контролем. Крайне опасно терять самообладание – в этом случае контактер становится легкой добычей для потусторонних сил. А уж чтобы из-за какой-то ничего не значащей встречи… Я опять стрельнула глазами в сторону Данте. Он следил за мной, невзирая на то, что очередная поклонница признавалась в безумной любви к его романам. Набрав в грудь побольше воздуха, я обернулась к женщине. Она тоже не сводила с меня глаз. У меня накопилась тысяча вопросов. Что ж, лучше всего будет задать их его фанатке.

– Разумеется. Я не очень спешу.

Женщина одарила меня теплой улыбкой.

– Замечательно! Рокс.

– Я здесь! – Низенькая женщина подхватила меня под руку. – Пошли в кафе. Не знаю, как вы, а я не откажусь от горячего кофе с молоком. Тяжело все-таки охотиться за возлюбленными.

Я взглянула на нее краем глаза. Она, наверно, это заметила: рассмеялась и потащила меня за собой. Я шла между этих теток, как узник под конвоем.

Длинная, пройдя несколько шагов, остановилась и посмотрела на мою ногу.

– Простите. Давайте пойдем помедленнее.

Я передернула плечами – не люблю, когда меня жалеют – и заковыляла дальше.

– Да все в порядке. Наоборот, мне сложнее стоять подолгу на одном месте.