Невеста с Туманных островов (СИ) - Булгакова Ольга Анатольевна

Всего полчаса спустя на столе у дивана появились закутанный в шерстяной шарф горшочек с вареной на молоке овсяной кашей, завитушки с корицей и яблочный рулет, вареные яйца и красная рыба, овощи и виноград. Все это Лаэрт принес из университетской столовой, надеясь порадовать Рэну. Он заметил, что девушка во время ужина чувствовала себя неловко, смущалась, привлекая к себе внимание стольких незнакомцев сразу.

Часы показывали половину десятого, и Райнделл решился постучать в дверь спальни. Рэна не ответила, зато почти сразу открыла. Она выглядела отдохнувшей, посвежевшей, а румянец придавала ей особое очарование.

- Доброе утро, - улыбнулся Лаэрт, твердо решивший вести себя так, будто ничего предосудительного не произошло. - Как спалось?

- Доброе утро, - не поднимая глаз на мага, ответила девушка. - Хорошо, спасибо. Мне стоит извиниться за то, что доставила тебе неудобства. Ты наверняка не выспался.

- Все в порядке, не бери в голову, - отмахнулся он. - Я принес завтрак. Хочешь кофе?

- Спасибо, - искренне поблагодарила Рэна. - Кофе — это чудесно.

Поначалу разговор крутился вокруг завтрака, мимоходом затронул судьбу лошади и повозки, но рассказывать о сумеречных тварях Лаэрт не собирался и быстро перевел беседу в другое русло. Говорил об университете, его богатой библиотеке. Постепенно первичная неловкость ушла, девушка раскрепостилась, стала чаще улыбаться и не избегала взгляда в глаза. Лаэрт посчитал, что настало время вернуться к неприятной теме Туманных островов.

- Я думал об этом все утро, - осторожно начал он. - Ты вчера говорила о драконьей магии, о необходимости вернуться на родину.

Рэна заметно напряглась, сразу показалась зажатой, скованной. Она отставила чашку, мелко стучавшую по блюдцу, чтобы дрожь не так бросалась в глаза.

- Я хочу помочь тебе, - встретившись с девушкой взглядом, напомнил Лаэрт. - Только поэтому задаю вопросы. Мне нужно знать некоторые вещи, чтобы найти решение.

- Понимаю, - ломко ответила она, сплетя пальцы. - Но решения нет. Я должна вернуться, если дорожу жизнью. А когда вернусь, стану женой Танде Саркани. Он не позволит мне обмануть его ожидания второй раз.

- Как раз о замужестве я и хотел поговорить, - прежним деловым и спокойным тоном продолжал Лаэрт. - Допустим, ты найдешь другого супруга и вернешься на острова чьей-то женой.

Она горько усмехнулась:

- Такое уже бывало. Эти браки не признаются общиной.

- Признаются миром, но не ими? - поразился маг.

Девушка кивнула, а в словах вновь послышалась обреченность:

- Брак дракониды устраивают ее родители или старейшины, заключают жрецы на одном из островов. Все остальное не имеет силы, а супругам лучше не упорствовать. Особенно упрямых раньше убивали.

- Не думаю, что в наши дни до такого может дойти, - с сомнением покачал головой Лаэрт. - Даже они вынуждены считаться с миром. Ведь, насколько я понял, они не всю свою жизнь проводят на островах. Знают, как меняются нравы, люди.

- Знают, - согласилась Рэна. - Но чтут традиции, сохраняют честь рода. Это превыше всего. Поэтому мне не приходится рассчитывать не только на снисхождение, но даже на защиту и помощь родителей. Я сбежала, поставила свои собственные интересы выше интересов общины и семьи. Я опозорила семью.

Она говорила тихо, невидящим взглядом смотрела прямо перед собой. Лицо при этом сохраняло неестественно бесстрастное выражение, а по щекам катились слезы. Лаэрт осторожно обнял ее и, словно заклинание, шепотом повторял, что они обязательно найдут выход.

Глава 8

После завтрака Рэна попросила отвести ее в больницу. Сорвис пришел с себя и рассказал сестре захватывающую дух историю о нападении медведя. Восхищенно охая вместе с Рэной, Лаэрт решил пока не говорить ей, что нападавшие были многочисленней и в чем-то опасней.

- Послушай, я не хотел ее пугать, - заговорщицки прошептал Сорвис, задержав мага, когда девушка вышла из комнаты. - Но раны были очень глубокие. Я чувствовал, что когти на груди по костям царапали, - он вздрогнул из-за неприятного воспоминания. - Я не жалуюсь, не подумай. Но всего сутки прошли, а все так затянулось. Говорят, через денек можно будет домой. Как так?

- Ты ведь знаешь, моя кафедра работает над новыми лекарствами. Я применил сильнейшее средство. Вот и результат, - улыбнулся Лаэрт.

- Не думал, что вы так продвинулись! - восхищенно присвистнул друг. - Грешным делом решил, что правду про университет говорят. Что без волшебства не обошлось.

Алхимик и потомственный маг рассмеялся:

- Твои часы три сотни лет назад тоже назвали бы колдовством. Поправляйся, отдыхай, во всем слушайся Торьду.

- Хорошо. Буду слушаться, - пообещал Сорвис. - Теперь, когда вы мне книги принесли, это будет просто. Я за утро чуть от скуки с ума не сошел.

Занятия в университете начинались уже на следующий день. В коридорах толпились все прибывающие студенты, в доме для преподавателей тоже стало шумно. На вечер был запланирован традиционный праздничный ужин в честь начала нового учебного года, и впервые за много лет Райнделл ему не радовался. Пригласить Рэну он не мог, расставаться с ней даже ненадолго не хотелось. Ловя каждое слово девушки, с трудом заставляя себя отводить от нее взгляд и хоть что-то делать, Лаэрт постепенно понимал, насколько истосковался по ней. Мысли о ее скором отъезде печалили, а слова о неминуемом возвращении на Туманные острова одновременно бесили и опустошали. Маг был в отчаянии. Правда, свой настрой он тщательно скрывал, старался выглядеть уверенным, спокойным и сосредоточенным. Тревожить и без того огорченную девушку он не хотел.

Прячась от суеты, которой университет буквально дышал, Лаэрт попросил Рэну помочь ему в оранжерее. Конечно, за ней ухаживали опытные садовники, но некоторые болезни растений мог почувствовать лишь достаточно грамотный маг. Поэтому обычно заведующий кафедрой алхимии не реже раза в неделю лично обходил грядки в саду, проверял землю, состав удобрений и состояние растений. Поскольку последняя проверка была совсем недавно, Райнделл уделял куда больше внимания беседе, чем цветам.

- Расскажи мне о твоем зоотропе, - попросил он, поглядывая на девушку поверх багряных листьев льдеи.

- О чем? - Рэна удивилась настолько искренне, что Лаэрт и на миг не заподозрил девушку в попытке скрыть от него магическую игрушку.

- Это такой цилиндр с картинками. Хаймирская вещица, - пояснил он и, смутившись, добавил: - Я, честное слово, совершенно случайно видел, как ты им пользовалась.

- А, ты имеешь в виду волшебный фонарь! - догадалась она и, небрежно пожав плечами, сказала: - Что там рассказывать? Памятная вещь о Туманных островах.

Она помрачнела, отвернулась, бросила ожесточенно:

- Чтобы каждый, в ком течет драконья кровь, не забывал, кто он, откуда родом... Будто об этом можно забыть.

- Там красивая магия, - осторожно заметил Лаэрт, стараясь хоть как-то исправить положение.

- Красивая, - рассеянно поглаживая кончиками пальцев черную ягоду белладонны, бесстрастно ответила Рэна. - А еще она отсчитывает время до смерти. Недавно она любезно перешла на дни.

- Какая милая вещица, - хмыкнул Райнделл.

Девушка изобразила улыбку, закономерно показавшуюся натянутой и неискренней.

- Давай больше не будем о грустном? - попросила Рэна. - Не стоит тратить на это время. Есть много других, более приятных тем для беседы.

- Прости мою настойчивость. Мне нужно задать некоторые вопросы, чтобы разобраться...

Она не дала ему продолжить, перебила. Рэна говорила напористо, с сердцем, а голос звучал твердо.

- Я ценю твое желание помочь. Правда, ценю. Искренне. Но, Лаэрт, это все пустое! Напрасная трата сил! Сорвис скоро поправится. Я уже завтра съезжу в издательство, отдам перевод. Сорвис разберется с заказчиком, и через пару дней мы уедем. Ты вернешься к своей обычной жизни. Все станет, как было прежде. Будто мы и не встречались.