Няня для наследницы, или Ненавижу драконов! - Алена Ягинская

«Хорошо-то как!», — подумала Светлана и потянулась еще раз. Затем попробовала приподняться. Голова закружилась, но сесть удалось.

«Итак, что дальше?» — Светлана огляделась, более внимательно разглядывая обстановку.

Небольшая комната, отделанная тканевыми обоями в мелкий цветочек пастельных тонов. Кровать с балдахином, кресло, прикроватный и туалетный столики, пуфик. Одним словом, девчачья спальня — мило, спокойно, уютно.

Три двери, две из них на деревенский манер прикрыты шторами. «Одна входная, — сообразила Светлана, вспомнив, что оттуда появился доктор. — Куда ведут другие двери? Наверное, уборная. Кстати, надо бы туда наведаться».

Светлана еще раз окинула взглядом пространство вокруг — столики маленькие, изящные с резными ножками и подстольем, а вот кресло массивное, на вид тяжелое. «А дракон двигал его, не напрягаясь. Силен, однако! М-да, видный мужик. Глаза только неправильные, и смотрит, как змея — не мигая. Одним словом — Драконище!» Светлана передернула плечами и заметила шнурок у изголовья. Потянула. Подергала.

Спустя несколько секунд в дверях появилась сиделка.

— Госпожа Ланнет! Вы проснулись! Зачем вы встали? — всполошилась она и начала что-то колдовать на столике. Господин Трумен велел вам лежать!

— Мне бы в уборную, — Светлана попыталась приподняться.

— Ой, ну конечно, госпожа Ланнет, — сиделка всплеснула руками, — давайте я вам помогу. — Она подхватила Светлану под руку, помогла подняться и, придерживая, сопроводила в самое нужное место, которое действительно оказалось за одной из дверей.

Взору Светланы предстали круглая чаша побольше («Видимо, ванна»), чаша поменьше («Ага, а это горшок!») и совсем маленькая («Раковина?»). Решив вопросы личной гигиены (Светлана внимательно следила при этом, что и как делает сиделка), женщины вернулись в комнату. Молли помогла Светлане опуститься на кровать и подала стакан с питьем.

— Господин Трумен велел выпить этот отвар. Я распоряжусь насчет завтрака. — Сиделка проследила, чтобы Светлана начала пить отвар, после чего развернулась и вышла.

«Интересно, почему питье всегда теплое»? Светлана протянула руку к кувшину, из которого сиделка наливала отвар, коснулась его. И почувствовала, как тепло с кувшина побежало по кончикам ее пальцев, стремясь к ладони. Светлана одернула руку. «Наверное, магия…», — подумала она.

«Кстати, о магии. Если я действительно ее поглощаю, то мое появление рядом с Аэликой может разрушить стазис. Чисто теоретически. И вот вопрос — имеет смысл проверять на практике или пока не стоит? — принялась размышлять она. — Да уж, нашли супергероиню… Нет, практически проверять не будем, надо сначала найти место, где от «дядюшки» наследницу спрятать можно».

Мысленный процесс «раскладывания по полочкам» всегда успокаивал Свету и помогал отвлечься. Не имея ни подруг, ни приятельниц, она привыкла к таким странным беседам сама с собой. Нина Васильевна тоже очень этому способствовала. Света, слушая ее бесконечные нотации, анализировала в это время недочитанные детективы. Это был ее личный маленький секрет — она начинала читать роман, не доходила до развязки и потом весь день строила предположения, пытаясь вычислить преступника, проговаривая про себя мотивы, факты и сопоставляя их.

«Магия… Доктор что-то подозревает, он так разглядывал свои руки… Но вроде он сам себе и объяснение нашел. Дракон… Спрашивал про странности. Просто так или что-то почуял? А если мурашки — это попытка воздействия? Нет, я так с ума сойду! — остановила себя Светлана. — Нужно больше информации. Буду расспрашивать, но аккуратно, а то раскроют. Хотя, я ведь головой ударилась», — Светлана немного успокоилась.

Дверь в очередной раз распахнулась («Стучаться здесь совсем не принято?»), вошла Молли и с ней молоденькая девчушка в форменном платье и с тележкой.

— Доброе утро, госпожа, — горничная ловко извлекла из-под тележки сервировочный столик, поставила его перед Светланой и расставила тарелки с завтраком.

— Приятного аппетита, госпожа! — сказала она и выпорхнула из комнаты.

Светлана оглядела накрытый стол. «Ну да, бульон, а ты чего ожидала?» Маленькие сухарики, напиток, по цвету и запаху похожий на кофе, но с ноткой трав. «Камабос», — всплыло в памяти его название. Светлана устроилась удобнее и приступила к трапезе. Стоило ей покончить с бульоном, как дверь в комнату в очередной раз, как всегда без стука, распахнулась, и в проеме появилось его драконшенство. Аппетит пропал.

Его Светлость пересек комнату и развалился в кресле. Уставился на Светлану. Мурашки выстроились в боевом порядке и приготовились шагать победным маршем.

Светлана судорожно сглотнула, вмиг пожалев, что не может скрыться под одеялом.

— Вы вспомнили что-нибудь?

— Нет, ваша Светлость, — Светлана опустила глаза на чашку в своей руке, которую собиралась было выпить, но так и не решилась.

— Ну что же вы, пейте!

— Б-благодарю, ваша Светлость, — Светлана перехватила чашку обеими дрожащими руками, поднесла к губам и сделала глоток.

Напиток оказался похож на цикорий, но с более выраженным травяным вкусом. Цикорий Светлана не любила. И не уважала. И никогда не пила. С трудом удержавшись, чтобы не скривиться под взглядом дракона, женщина дрожащими руками опустила чашку на столик и вдруг поняла, что не может разжать пальцы. Еще мгновение — в глазах потемнело, и она начала заваливаться вбок, так и не выпуская из рук напиток.

— Что с вами? Бездна! Целителя сюда, живо! — разнесся рык лорда-дракона.

Вэррион Немекзар подхватил Светлану, разжал сведенные судорогой пальцы, вынул чашку, принюхался. Через пару минут в комнате появился доктор:

— Что случилось? — целитель присел на кровать, раскрыл свой саквояж.

— Она ледяная, ее трясет. Похоже на отравление цикунией. Пила вот это, — неохотно сообщил дракон, подвигая к целителю чашку.

Целитель прощупал пульс, приоткрыл веки, погрузил ноготь мизинца в напиток и обнюхал его:

— Да, похоже, — согласился он с Драконом. — Молли, подай воды.

Мужчина выудил из саквояжа пузырек темного стекла, откупорил, влил содержимое в стакан, чуть развел водой и взболтал.

— Много она выпила?

— Глоток.

— Молли, помоги, — обратился целитель к сиделке.

Вместе они принялись вливать Светлане лекарство:

— Давай же, милая, пей.

Светлана успела сделать несколько