Кондитерская дочери попаданки (СИ) - Хайд Хелена

Весело фыркнув что-то свое, мой четвероногий дружок развернулся и куда-то ускакал, оставляя меня одну. И я, с заметно улучшившимся настроением, снова взялась за кондитерский шприц, продолжая свои попытки сделать розочку.

Что ж, все же, практика решала! Потому что где-то на пятой попытке у меня уже даже начало понемногу получатся что-то, напоминавшее цветочек. А результат десятой и я вовсе гордо установила на зеленую лужайку шапочки кекса. Таким образом, мой первый маффин на продажу был полностью готов, ну а дальше дело пошло уже быстрее.

Закончив партию, я выложила кексы на двухъярусную подставку, которую накрыла специальным колпаком (чтоб крем не высох), и отнесла в погреб. Время к тому было уже совсем позднее, поэтому дабы прийти завтра на рынок пораньше, я должна была поскорее лечь спать. Так что, запирая за собой погреб, направилась к входной двери, желая как следует отдохнуть после тяжелого дня…

И испуганно вскрикнула, случайно бросив взгляд в сторону калитки. Возле которой, притаившись в тени кустов, стоял оборотень!

Огромный, лохматый, серый, с одним черным ухом.

Тот самый оборотень, которого я видела в лесу!

Ноги подкосило и я опустилась на землю, не в силах отвести взгляд от этого существа. Которое тоже смотрело на меня своими серыми глазами.

Что. что он здесь делает? Почему пришел ночью в город? Неужели живет где-то поблизости? Или же просто решил. забежать в гости к девушке, которую случайно встретил в лесу на днях?

Я не знала причины. Но все равно хотела плакать от страха и паники, глядя на него.

Даже если он — злобный отморозок и убийца. то он точно не станет нападать на меня прямо здесь и сейчас. Это ведь логично! Я же посреди жилого района, пусть и на окраине. Так ведь? Правда?

Прищурившись, оборотень немного подался в мою сторону, к калитке. Но почти сразу развернулся и убежал, быстро скрывшись в ночи. Я же еще где-то минуту сидела на земле и испуганно дрожала. А потом, вскочив с места, забежала в дом и заперла дверь на засов! В висках колотил пульс, дышать было трудно.

Сначала какой-то подозрительный незнакомец, следивший за мной. Теперь вот оборотень. Не многовато ли для одного дня?

Ставни. Нужно позапирать все ставни!

Оббежав дом, я заперла все, что вообще можно было запереть. А затем выбрала самый большой и острый нож, который отнесла в спальню и положила на тумбочку рядом с кроватью. Так, чтобы в случае чего могла его моментально схватить. И сразу же, заперев дверь спальни изнутри, подперла ее комодом. Хоть это и не гарантировало мою безопасность, реши и вправду напасть на меня профессиональный воин, а то и вовсе оборотень, но вот так все равно было немного спокойнее.

Больше я сделать ничего не могла. Кроме, разве что, как переодеться в старую мамину ночную сорочку, которую нашла здесь среди вещей, еще пригодных к использованию, и отстирала. И укрывшись простынями, закрыла глаза, всеми силами пытаясь заснуть.

Солнце давно село. Так что единственным источником света была масляная лампа, стоявшая на траве под деревом, и приманивающая ночных бабочек, которые кружились вокруг нее в легком танце. Освещенные теплым светом этой лампы, расположившиеся на траве мужчина и светловолосая девушка в легком платье казались какими-то нереальными, словно не от мира сего.

Мужчина лежал, его очевидно тяжело раненная нога была перемотана. Повязку можно было заметить и на голове. Темные волосы до плеч были спутаны, спящее лицо уставшим и беспокойным. Тем не менее, в нем все равно чувствовалась сила, мощь и внутренний стержень.

Девушка, сидя рядом с ним, держала его за руку в тот момент, когда мужчина открыл глаза.

— Не волнуйтесь, все в порядке, — тут же прошептала она, глядя на него. — Я послала за помощью, так что скоро сюда из города придут врачи с носилками. Похоже, вы упали с лошади. Сама лошадь, судя по всему, убежала.

— Ясно, — проговорил мужчина после короткой паузы. И словно в тумане потянувшись рукой вперед…

Коснулся ладонью вздрогнувшей девичьей щеки.

А девушка не стала от него отстраняться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Отстань от меня! — выпалила она, резко отвернувшись от высокого, крепкого мужчины с короткими, растрепанными черными волосами, в которых виднелась одна седая прядь.

Вот только тот, вопреки ее словам, с силой схватил тонкое девичье запястье и заставил посмотреть себе в глаза.

— Даже не надейся на это, — прорычал он, прожигая ее взглядом своих темно-оранжевых глаз. — Я не тот мужчина, который примет отказ. Или ты еще этого не поняла?

— А мне плевать! — крикнула девушка и попыталась вырваться. Вот только он лишь сильнее сжал пальцы на ее руке. — Оставь меня в покое! Я никогда, слышишь? НИКОГДА не буду с тобой!

— Ошибаешься, Элла, — остервенело проговорил мужчина, притянув ее к себе, и приблизил свое лицо так, что она чувствовала его горячее дыхание на своей коже. — Я — Ральф Рейгер, альфа Полуночной стаи. И ты будешь принадлежать мне… либо не будешь принадлежать никому!

Я не сразу осознала, что проснулась. Что сижу в постели, а мое сердце колотится. И лишь когда ощущение реальности немного вернулось — потянулась рукой к включателю магической лампы, которая мягко осветила комнату.

Такую же, какой она была в тот момент, когда я засыпала.

Прислушалась — в доме никаких посторонних звуков. На часах — полшестого утра.

Ну что ж, я и так собиралась сегодня встать пораньше, так что чем не повод прямо сейчас приступить к сборам на рынок?

Мысли в голове путались и перебегали с места на место, словно тараканы. И чем больше я пыталась осмыслить, переварить увиденное, тем сильнее меня трясло.

Первый сон… там, рядом с мамой, однозначно лежал отец. Вот только за все годы, живя в его замке, я ни разу не видела на его лице такого теплого, счастливого выражения, как в тот момент, когда он, очнувшись, смотрел в моем сне на маму. При этом поймала себя на мысли, что не могу вспомнить, каким же он был до того, как ее не стало. Как будто все, связанное с ним, покрыто легким туманом.

Что же касается второго сна, то я попросту боялась вспоминать его, прокручивать в памяти и возвращаться к нему даже краем мысли.

Потому что если все это — не плод моего воображения, если я в самом деле каким-то непонятным образом начала видеть сны про реальное прошлое мамы.

То скорее всего, в том сне видела именно его: того оборотня, который вполне мог быть ее убийцей. Тем более что его имя и название стаи, произнесенные им в моем сне, фигурировали в тех деталях дела, которые мне тогда озвучивали следователи.

Вот только с тем же успехом это могло быть просто сном, в котором моя фантазия, раздутая вчерашними происшествиями, подставила эту информацию.

И с учетом всех обстоятельств, я понимала, что лучше бы это в самом деле было так. Не более чем разыгравшимся воображением.

Потому что мне было страшно задумываться о том, что это может значить, если все те сны

— чистая правда.

ГЛАВА 5. Гость

За право торговать на территории рынка нужно было заплатить налог, размер которого определялся в зависимости от того, что именно ты продавал и насколько дорогостоящим был твой товар. Поскольку я несла просто несколько маффинов, то для моего случая подходила первая категория, по которой уплачивалась самая низкая ставка.

Вот только до самого рынка я товар донести так и не успела!

— О, Сериз, утречко! — услышала я добродушный голос за своей спиной. И обернувшись, увидела Тома Каптера. Да-да, того самого стражника, отвечающего за участок, на котором находился и мой дом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И вам утречко, — улыбнулась я.

— Ты это что, вкусности на рынок несешь? — заинтересованно проговорил он, заглядываясь на большую плоскую коробку, в которую я сложила свои кексики.

— Да, вот маффинов напекла на продажу.

— Надо же, какой приятный сюрприз! — захихикал он, в предвкушении потирая ладошки. — И почем они у тебя?

— По десять аслеров.