Тьма навынос, или До самого конца(СИ) - Керлис Пальмира

– Почему вы здесь живете?

– Таков конец пути, – ответила она, не оборачиваясь.

– А Тени сюда не явятся?

– Нет.

– Почему? – удивилась я, от любопытства привстав на цыпочки.

Это же мир Теней, логично, если бы они захотели выгнать чужаков отсюда.

– Во многой мудрости много печали… – невнятно донеслось из-за кожаной спины.

Что?! Костер треснул и осел, брызнув искрами, Катерина оглянулась.

– Не лезь в это, – недобро прищурилась она. – Делай, как Ангела говорит.

– Конечно, – промямлила я, пятясь от костра. – Так и сделаю…

Я вернулась в комнату и захлопнула дверь. Вот и буду тут сидеть всю неделю, раз мне не рады. То не спроси, это не скажи, там не трогай – такие все загадочные и нервные. Все, в том числе и Лина. Молчание и намеки, намеки и молчание – сплошные тайны кругом. Надоело! От меня явно что-то скрывают! Может быть, я и наивная, но все-таки не дура. Вдруг никакие они не спасители человечества? Тогда кто?

В ушах зазвенели колокольчики, сердце наполнилось пульсирующей теплотой. Я выдохнула, осмотрелась. Никого. По телу разливался приятный жар, кончики пальцев блаженно покалывало. Рядом играла странная мелодия. «Тыц-тыц-тыц», вроде никакого ритма, а завораживала. Хотелось войти в нее, стать ближе. Не рядом, в ней… Но она далеко. Дальше, чем казалась, гораздо дальше.

Идти! Надо идти туда, где она! Страх исчез, препятствия показались смешными и незначительными. Подумаешь, кусты с глазами! Я ринулась к рюкзаку, достала фонарик и выбежала на улицу. Катерина выпустила меня через ворота с довольной улыбкой, жестом указав на знакомую тропинку к ущелью. Мост больше не выглядел жутким и опасным, словно мое чувство самосохранения завалилось спать. Я шагала по шатким доскам, раскачиваясь и подпевая колокольчикам. На душе было томительно сладко, будто я только что слопала пару шоколадных батончиков. Тех, двойных, с орехами… Нет, даже лучше.

А еще я почему-то точно знала, куда идти.

Глава 4. Тень

Темнота сгущалась, лес казался бесконечным. Меня несло напрямик, как бульдозер сквозь заросли. Обычно я не спортивная, два отжимания на физкультуре – и все, отстаньте, дайте отдохнуть. А тут… Силы бурлили, бодрость плескала через край, унося остатки здравого смысла. Внутри все горело и подпевало, казалось, еще немного – и взлечу! И взлетела… Через бревно. Когда я вылезла из канавы, ощупывая шишку на лбу, роковая мелодия зазвучала громче и призывнее. Иду же! Иду…

В кустах что-то подозрительно забулькало, я с любопытством притормозила. Кто там прячется? А ну, выходи! Сейчас как стукну фонариком! А вдруг там единорог? Хочу кататься! Надо вытащить его из кустов. Я старательно наморщила лоб и попыталась вспомнить, как подозвать единорога. Рассудим логически. Вот что он такое? Это конь, у которого на лбу рог. Почему один? Не знаю, может, кальция не хватает. Я поцокала языком, пощелкала пальцами и даже попробовала посвистеть. Но в кустах молчали. Я разочарованно махнула рукой и побежала дальше. Тем временем жар усиливался, кожу обжигало, словно кто-то гнался за мной по пятам и обдувал горячим воздухом из фена, а впереди на всю мощь работал гигантский обогреватель. Я сняла куртку, повязала ее на поясе. Надо же, дома сейчас ноябрь, холодина, а я тут прямо как на курорте!

Лес расступился, обтекая поляну, густо заросшую странными деревьями, похожими на громадные подсолнухи. Мелодия доносилась именно оттуда! Я остановилась и посветила фонариком перед собой. Сплошные подсолнухи и больше ничего…

– Чего стоим? – раздался знакомый шелестящий голос. – Кого ждем?

Эйфория внезапно закончилась, будто меня током шибануло. Казалось, под кожей разорвался десяток туго натянутых струн. Я ойкнула и выронила фонарик. Тот погас, вокруг стало совсем темно. Лина… Где Лина?! Она же обещала меня сразу найти.

– Что, подружка задерживается? – насмешливо спросили рядом.

Я закричала – громко и пронзительно. В горле мгновенно запершило, крик захлебнулся глухим кашлем.

– Чего так слабенько? – расстроился мой невидимый собеседник. – Давай еще раз. С чувством.

Меня словно ведром ледяной воды окатило.

– Так это был ты?.. – прохрипела я. – И не стыдно маленьких детей пугать?

– А не стыдно было ко мне вламываться ночью, как к себе домой?

– Это была наша кладовка!

– Кладовка не может быть вашей по определению, – возразил голос. – Она всегда принадлежит Теням. Как и подвал.

Глаза привыкли к темноте, но рассмотреть все равно ничего не получалось. Наверняка я разговариваю с какой-нибудь жуткой смесью Чужого и Хищника… Фонарик! Куда упал фонарик? Вряд ли далеко укатился. Я присела на корточки и пошарила по траве.

– Левее, – невозмутимо подсказали мне.

Я послушно нащупала драгоценную пропажу. Секунда, и темноту расколол луч света. То, что стояло у моих ног, меньше всего напоминало злобную Тень. Скорее оно походило на маленького покемона: черный пушистый шарик с хитрыми глазищами ярко-зеленого цвета. Бровки домиком, взлохмаченный хохолок, остроконечные уши. Существо едва доставало мне до колена, выглядело совсем не страшно и даже мило. Смотрело прямо мне в лицо и часто моргало.

– Я тебя не так представляла… – растерялась я.

– Жизнь вообще сплошное разочарование, – категорично заявил пушистый шарик, блеснув не такими уж безобидными клыками. – Я вот, например, думал, что ты умнее.

– В смысле?!

Он презрительно фыркнул:

– Веришь всем подряд, ведешься на провокации и выпендреж дешевый. Просто стыдно. И как меня угораздило? Одно слово: провал.

Вот как, нелепый покемон – и тот мной недоволен.

– А я им не очень-то и верю! – прищурилась я.

– Ну надо же, – ухмыльнулся он и одобрительно кивнул: – Зачатки мозга есть. Уже плюс.

– Чего ты ко мне-то привязался?

– Случайно совпало. Никакого заговора.

Шарик подмигнул мне, развернулся и прыгнул вглубь зарослей. Оказалось, у него есть четыре когтистые короткие лапки и длинный хвост. Точь-в-точь упитанный мультяшный кот. Я шагнула за ним, крепко сжимая в руке фонарик. Разум подсказывал дать деру, однако любопытство снова взяло верх. Раз он не позволил мне умереть в тот раз, значит, я ему нужна. Интересно, зачем? Вопросы крутились на языке, особенно один: «Почему именно сливовый?» Противный ведь компот, приторно-сладкий.

Покемон остановился у одного из подсолнухов, укрылся нижним листом и громко чихнул.

– Аллергия измучила, – пожаловался он и метнул на растение злобный взгляд. – Когда цветут, совсем спасу нет.

– Что ты тогда среди них делаешь?

– Прячусь.

– От кого?

– От всех.

Он захихикал, но очень по-доброму, и я поняла, что ни капельки его не боюсь. Тоже мне, чудовище из кладовки. Такого больше хочется погладить и почесать за ушком, а не прогнать веником.

– Лина нас найдет, – сообщила я на всякий случай, чтобы этот недопокемон не расслаблялся. Откашлялась и дала волю чувствам: – Ты… ты… ты всю жизнь мне испортил!

– Ага, – устало зевнул он. – Называй меня Эф.

– Это имя?

– В некотором роде. У других Теней и того нет. Лишь долг и аллергия.

– Они тоже в зарослях прячутся?! – Я в ужасе огляделась и посветила вокруг фонариком. Вроде никого.

– Нет, тут только мы. Они живут совсем в другой части этого мира.

– А почему ты не с ними?

– Не сошлись во мнениях, – туманно изрек Эф. – Пришлось расстаться.

– Как-то странно вы расстались, если прячешься. Тебя выгнали, что ли?

– Послушай, девочка! – Шарик сердито засопел. – Не груби старшим, ага. Манеры прескверные.

Прекрасно… Моя Тень – какой-то революционер-рецидивист, изгнанный собственными сородичами.

– Я просто называю вещи своими именами! – возмутилась я.

– Не умничай, тебе не идет, – он насупился. – Что ты вообще обо мне знаешь?

– Что ты отвратительно скулишь и притягиваешь несчастья. И, кстати, сливовый компот – жуткая гадость.

– Сразу видно, что ты ничего не понимаешь в компоте.