Шпионка на отборе у дракона (СИ) - Миленина Лидия

Впрочем… если все пройдет хорошо, меня ждет куда более устроенное существование аристократки. Хорошо. Стать посудомойкой или кем-то в этом духе я не готова.

— Ну давай, моя хорошая, еще одно усилие! — услышала я знакомый голос Вероники.

Последнее время, видя мои утренние мучения, она относилась ко мне чуть ли не с материнской заботой. Да и вообще эта холодная дамочка на поверку оказалась вполне адекватной и приятной. Она и поддерживала меня больше всех — наравне с Сергеем, Денисом и Игорем, которые два месяца назад сопровождали меня в Лондон и Париж и исполняли там все мои капризы.

Эх… Даже жалко расставаться с ними, подумалось мне. Спецагенты тоже люди, недаром один известный актер, дважды сыгравший Бонда, говорил в интервью, что хочет показать, что его персонаж — тоже человек, с чувствами и страстями, свойственными людям.*

Если подумать, своей семьи у меня не было. И на эти четыре месяца именно Вероника и команда «парней», готовивших меня, моей семьей и стали. И неважно, что забота о начинающей шпионке в какой-то степени была способом обеспечить мою лояльность спецслужбам, когда я уйду в другой мир и окажусь сама себе хозяйка. Я знала, что и Вероника, и парни были со мной искренними и старались не только научить всему, но и поддержать. Особенно, когда срок моего бодрствования стал приближаться к семи часам в сутки, а каждое утро стало адским.

И все же… В то утро, даже еще не сумев разлепить веки, я ощущала странное чувство. Свободу, перемешанную с тревогой. Приятной тревогой, похожей на ту, что ощущаешь перед экзаменом, к которому действительно хорошо готовился и знаешь предмет. Или ту, что испытала, впервые садясь на лошадь или отталкиваясь ногами от стены, когда училась разным способам спуска на веревке (вдруг понадобится).

Сегодня я уйду в другой мир, и там никто не сможет меня контролировать. У меня останется лишь чувство долга. Но я сама буду решать, как мне этот долг исполнить. Ведь я понимала, что Андрей Александрович и другие что-то умалчивают, что-то большее, чем история Марианны. Что именно, мне так и не удалось выяснить. Лишь вспоминалась странная реакция Вероники на вопрос о драконах. Но… главное я знала: они искренне заботятся о нашем родном мире. И предавать их я не собиралась.

Кстати, драконы мне больше не снились, лишь в курсе «истории и географии» упоминалось, что такие животные в том мире есть.

-

* Речь идет о Тимоти Далтоне, сыгравшем в фильмах о Бонде 80-х годов «Искры из глаз» и «Лицензия на убийство». Кто-то считает его Бонда неубедительным (и говорит, что Далтон сыграл не Бонда, а еще одного мистера Рочестера), кто-то признает его Бонда лучшим. Именно Далтон говорил в интервью, что не хотел повторять Бондов Шона Коннери и других звезд, отметившихся в этой роли прежде, и что хотел показать Бонда-человека.

С последним усилием я разлепила веки. Вероника помогла мне привстать и выпить пару глотков стимулятора. Теперь он почти не помогал, все равно нужно было около получаса, чтобы прийти в себя и хотя бы просто встать.

Сегодня этот ад закончится, подумала я. Только ради одного этого стоило пойти в другой мир: чтобы спасти свою жизнь и избавиться от этой пытки.

— Вот так, девочка, сейчас полегчает… — привычно соврала Вероника. Неожиданно наклонилась, обняла руками мои плечи и прижала к себе. — Боишься?

— Нет, — я, улыбаясь, покачала головой. — Ты меня хорошо подготовила, спасибо…

Мне показалось, или она хлюпнула носом.

— Я… буду рада, если однажды ты вернешься, — вдруг произнесла Вероника мне на ухо. Распрямилась и указала на стол. — Завтрак, как только сможешь.

Я перевела взгляд и увидела массу блюд под крышками. Прямо как в элитном ресторане… Или как для смертника, которому дают напоследок наесться вдоволь.

— Чемодан собран, — Вероника указала на чемодан, стоявший неподалеку от кровати — «старинный», хорошо замаскированный под вещи того мира, как и вся моя одежда и оружие. Из современной техники я должна взять с собой лишь микроскопический фотоаппарат — вдруг удастся сфотографировать стратегически важные магические объекты и показать их во время «односторонней связи». — Чуть позже все проверим в последний раз. Давай я помогу тебе встать…

Возле портала собрались все — четверо парней, принимавших больше всего участия в моей подготовке: Сергей, Денис, Игорь и Виктор; Вероника, Андрей Александрович. Трое иностранных специалистов, которых я видела в первый вечер здесь, тоже приехали. А еще был Кирилл. С тоской стоял возле отца и буравил меня взглядом. Ну вот зачем ему разрешили, подумала я. Все же при виде Кирилла сердце как-то саднило.

Впрочем, теперь пути назад уже не было. Все произойдет прямо сейчас.

Вот так, обыденно, в общем-то, подумалось мне. Я поправила завязки плаща на шее, осмотрела свой костюм. По плану я должна сразу сесть в экипаж, идущий из Малиты в Андорис, а значит, надевать костюм для «спортивных занятий» девушке не положено. Нелегко будет протащить в портал чемодан, будучи одетой в длинное дорожное платье. Но придется. Благо вещи шили так, чтобы весили они как можно меньше. Пожалуй, самым тяжелым был спрятанный у меня под одеждой пистолет.

Андрей Александрович давал мне последние наставления.

— Маша, ты ведь понимаешь, все теперь зависит от тебя. Тебе решать, как ты распорядишься полученными знаниями. Можешь просто спасти свою жизнь. А можешь… Мы и весь мир рассчитываем на тебя.

Такие «идейные» беседы он вел со мной все это время. И в целом я была с ним согласна. Просто… сейчас уже хотелось стать свободной. Ностальгия, тоска по родному миру — все это будет потом. Сейчас мне нужно совершить самый главный шаг в жизни — шаг через портал.

— Я понимаю. Задание выполню, насколько смогу, — спокойно кивнула я.

С Вероникой и парнями мы обнялись. Потом Игорь в последний раз проговорил последовательность действий, которые я должна совершить в другом мире. Андрей Александрович и иностранцы пожали мне руки.

Неожиданно я встретилась глазами с Кириллом. Нет, не могу уйти так под его грустным взглядом.

Быстро подошла, уже привычно приподняв юбку, встала на цыпочки и мягко поцеловала его в щеку.

— Пока, старый друг, — шепнула я.

Как и несколько месяцев назад возле ненастоящего такси, он мельком придержал меня за талию:

— Пока, Машка… И прости меня за …

— За то, что ничего не получилось, — закончила я за него, улыбнулась. — Но это и к лучшему, я… спасу наш мир.

Развернулась и пошла к порталу, куда Игорь подтащил мой чемодан.

Да-а… поднять его было нелегко, я взялась за ручку двумя руками, вздохнула. В последний раз посмотрела на провожающих… В голове мелькнуло, что Андрей Александрович обещал позаботиться о родителях, может, даже получится вылечить их от алкоголизма. А значит… я могу идти.

Уловила в лицах напряжение, на губах парней — ободряющие улыбки.

Мгновение — я делаю шаг — поверхность, похожая на гладь воды лишь чуть-чуть сопротивляется. Я почти не ощущаю этого сопротивления, куда больше чувствую вес проклятущего чемодана.