Карен Монинг - В огне

Теперь я считаю овец.

Но в последнее время даже эти паршивки стали напоминать Риодана с его холодным ясным взглядом, имеющим надо мной необъяснимую гипнотическую власть.

Тьфу!

Наверное, чтоб выбросить его из головы, мне придется найти способ, и убить его раз и навсегда.

- Дэни.

Я вздрагиваю. Есть у него способность влиять так на людей, излучая энергию и заполняя собой пространство. Его чуваки такие же, но Бэрронс превосходит их. Я делаю вид, что мне по барабану. Засовываю руку в карман, оставляя большой палец снаружи. И, притворяясь беспечной, выставляю вперед бедро.

- Бэрронс.

Было время, когда я собиралась подарить ему свою девственность, когда вырасту. Или В'Лейну. Первый раз для меня очень важен. Это одна из тех редких вещей, которыми я могу распорядиться сама: с кем, как и когда. Все должно быть Эпично с большой буквы «Э»!

Но Светлый принц В'Лейн оказался Темным принцем Круусом. Бэрронс принадлежит Мак, если такой, как он, вообще может кому-то принадлежать. Этого не изменить, да я и не хочу.

Листок бумаги колышется на столбе за его головой. У меня появляется плохое предчувствие. Чтобы рассмотреть его уходит всего мгновение.

- Ох! Они на хрен издеваются надо мной?

Как они умудрились уже что-то напечатать? Даже на суперскорости я не смогла бы выпустить газетенку так быстро! Но вот она, развевается на ветру словно жирная пощечина.

Не могу читать дальше. Уверена они поливают меня грязью. Но предательский взгляд скользит ниже, и я конечно оказываюсь права.

- Блин! Кто пишет этот бред!?

Это я была сегодня героем! Это я спасла ситуацию выигрышной комбинацией своей сообразительности и способностей. Они даже выделили крупным шрифтом свою клевету обо мне! Мне знаком этот трюк. Сразу видно, что они необъективны! Чувствую, как мое лицо краснеет. Ещё чуть-чуть, и я просто лопну от злости. Эти Попечители просто охренели!

- Останови ее, - кричит Мак.

Против них двоих у меня нет шансов. Да у меня, блин, нет шансов и против одного Бэрронса. Он как Риодан. Я не могу с ним конкурировать, даже когда я в прекрасной форме.

Пока что.

Сжимая руки в кулаки, я делаю быстрые глубокие вдохи, пытаясь выбросить из головы этих мы-может-и-заботимся-но-точно-ни-хрена-не-говорим-правду. Мне хватает секунды, чтобы проанализировать возможности и понять, как мне отсюда выбраться. Ответ так прост, что перехватывает дыхание. Выживание заложено у меня на клеточном уровне. Мое подсознание уже привело меня туда, где мне нужно быть.

Я подныриваю по него, застав врасплох, или, что вероятнее, он почему-то позволяет мне ускользнуть, потому что я даже в стоп-кадре не смогла бы опередить Бэрронса. Не в силах справиться с собой, я бросаюсь назад, срываю этот гнусный кусок мусора с колонны и комкаю его, потому что просто не могу его тут оставить. И вот я снова несусь за книжный магазин к первому зданию слева в Темной Зоне.

В последний раз я была здесь тем вечером, когда мы с Кристианом исследовали библиотеку Темного Короля. Тем вечером, когда слова из книг Бора-Бора сползли со страниц и жалили меня как огненные муравьи. Тем вечером, когда я случайно отпустила на волю Кровавую Ведьму.

Кристиан. Ведьма. Блин, за мной должок.

Когда он показал мне скрытый в стене портал, ведущий к древним Зеркалам, которые фейри раньше использовали для путешествий по мирам, я запечатлела в памяти тот конкретный участок непримечательной кирпичной кладки. Любое оружие и путь для отступления хороши. И даже Риодан с его долбанным контрактом не сможет отследить меня в Фэйри. Ещё тогда я решила, что если в городе станет жарко, то я смогу свалить ненадолго.

А сейчас в нём стало слишком жарко.

- Дэни, не делай этого! - кричит Мак.

Я прыгаю на стену. Она странная, впитывает меня словно губка. И вот я в большой комнате без окон и дверей с голыми белыми стенами и белым полом, и в воздухе висят десять огромных зеркал разных форм и размеров. Некоторые неподвижно, а некоторые лениво вращаясь. Не удивительно. Фейрийским штучкам, как живым, так и нет, наплевать на человеческие законы физики. Поэтому Танцор так на них сдвинут. Некоторые зеркала в изящных резных рамах, другие в тонких кованых окантовках. Поверхность одних черна как ночь, других - молочно-белая, а в третьих мелькают тени, к которым не хочется приглядываться.

Я знаю точно, какое Зеркало выбрать - второе справа. То, которое пропихивает тебя в изу-хрено-мительный Белый Дворец. У меня всё равно чесались руки его исследовать. Если они последуют туда за мной, я оторвусь от них в лабиринте коридоров или отвлеку их внимание чем-нибудь. Потому что Правило Номер Один в Справочнике Мега О'Мэлли: главное выжить, о последствиях позаботишься потом. Ты не сможешь заняться последствиями, если мертв.

Если они не станут преследовать меня, можно дождаться, когда заработают мои суперспособности, и вернуться в Дублин, пропустив правда пару дней, а то и пару недель. В прошлый раз мы с Кристианом потеряли в Фэйри целый месяц, ведь в этом измерении время течет совсем иначе! Не будут же они караулить меня в Белом Зале круглосуточно. Ненавижу терять дублинское время, которое могла бы потратить на помощь моему городу, но если умру, то уже ничем и никогда не смогу ему помочь.

Мак прорывается сквозь стену, словно пушечный снаряд, врезается в меня, и я едва не влетаю в неправильное Зеркало. Понятия не имею, куда ведут остальные, и меня ужасает сама мысль о том, что могло бы случиться, попади я в мир, где нечем дышать, или в саму Тюрьму Темных, или во вселенную Охотников или Теней, или Серых Женщин! К Серым людям у меня особая неприязнь. Одна из них почти убила меня и вынудила Мак дать обещание, которое не следовало давать.

Я отталкиваю ее от себя, и она, оступившись, едва не врезается в Бэрронса, который только что вошел и сразу заполнил своей величавой звериной грацией всё помещение.

Иерихон Бэрронс - непоколебимая, неизменная константа. Он краеугольный камень моей вселенной. Или они оба. Я не уверена. Единственное, в чём я уверена, пока эти двое и КиСБ существуют, всё не так уж и плохо в моей жизни.

Ничего не могу поделать с собой и разглядываю их пару секунд. Мне нравится смотреть на них. Я замираю, впитывая каждую деталь.

Мак резко тормозит, чтобы не столкнуться с Бэрронсом, и ее светлые волосы откидываются назад за спину, касаясь его лица. Мой слух настолько хорош, что я слышу их шорох по его щетине. Он поднимает руку, чтобы придержать, и касается её груди, а когда понимает, до чего дотронулся, в его взгляде появляется голод. Хочу, чтобы именно так однажды на меня смотрел мужчина. Пытаясь восстановить равновесие, их тела движутся в грациозном танце с безупречной синхронностью, демонстрируя союз, симбиоз и партнерство, о каком я могу только мечтать. Они словно волки, объединившиеся в стаю, чтобы поохотиться вместе. Словно солдаты, готовые прикрыть друг друга, несмотря ни на что: ни на грехи, ни на проступки, ведь мы все ошибаемся. И, глядя на них, мое сердце на хрен разрывается, потому что однажды мне удалось пережить это незабываемое ощущение принадлежности, к которому я стремлюсь всем существом. Вдвоем они прекрасны, лучшие из лучших, сильнейшие из сильнейших.