Эльфийка-травница для дракона-циника - Лиззи Голден

Лиззи Голди

Эльфийка-травница для дракона-циника

1 глава

Ветер свистит в ушах, хлещет по лицу, но Сайрен не обращает внимания и стремится вперед. Его вороной конь, почуявший ярость седока, несется по дороге, вздымая комья грязи. Каждый удар копыт о землю отдается в висках глухим раздраженным стуком: «Нес-пра-вед-ли-во. Нес-пра-вед-ли-во».

Сайрен бы полетел, как уважающий себя дракон, да только с высоты в такой темени при ужасной погоде не разглядишь светящихся окон приземистых пабов и гостиниц. А ему нужны именно они.

Мысленно он снова и снова перебирает то, что произошло за последние несколько часов. Этот дурацкий визит к рунописцу, толстая папка с завещанием, согласно которому он ― без пяти минут владелец шикарного поместья… а теперь он скачет по грязной дороге, униженный и изгнанный из собственного дома.

Три часа назад

Сайрен сидит в договорной конторе, испытывая легкую скуку и желание как можно скорее получить заветный документ.

― Поместье Блэкстоун-Холл, со всеми землями, угодьями, библиотекой и движимым имуществом, переходит к вам, господин Адрастин, — бубнит рунописец. — Однако… есть одно условие.

― Условие? — Сайрен приподнимает бровь. Условия могут быть для торговцев, адептов магических академий, а не для драконов-аристократов.

― Ваш дядя… просит вас предоставить кров нынешним обитателям поместья, ― почти по слогам читает рунописец, чтобы ничего не пропустить. ― Эльфийке Мирине и ее сыну. Он не мог по закону выделить им долю, но попросил вас позаботиться о них.

― Попросил? — фыркает Сайрен, не удержавшись. Дядя никогда не просил об одолжении, только приказывал, и уж тем более ни о ком не заботился, не говоря уже о какой-то эльфийке с приплодом. Эльфы, как известно, не слишком-то любят драконов, завидуют их силе, а те отвечают им взаимной неприязнью.

Что это за гоблинья проказа?

Или за эти шесть лет, пока Сайрен учился в Академии, дядя-дракон завел… любовницу?

Из эльфов. Оригинально. Экзотично, можно даже сказать.

― Чтобы вступить в полное наследование поместьем и всем, что к нему прилагается, господин Адрастин, вы обязаны относиться к эльфийке Мирине и ее сыну Илаю, как к близким родственникам. В ином случае право наследования аннулируется.

Сайрен вскакивает. Что еще за чушь! Дядя даже после смерти не может, чтобы не контролировать его жизнь. Как делал и раньше.

Раньше ― когда он еще мечтал о добром отце, с которым можно будет подолгу говорить, смеяться с разных глупостей, в шутку бороться и поддерживать друг друга во всем. О том самом, который будет говорить: «Я с тобой, сынок. У тебя все получится».

Но все, что дядя мог ― выделить ему денег на образование и сплавить подальше от дома, чтобы самому жить, как считает нужным. Спасибо, что после него осталась только одна эльфика, а не целый гарем.

― А это можно как-то обойти? ― спрашивает он, не слишком надеясь на успех.

― Увы, нет, ― разводит руками рунопицец. ― Завещание скреплено магией вашего дяди, и только он мог бы разрушить ее действие.

Он замолкает, не говоря о том, что и так понятно. Дядя Нортис в могиле, а его магия обречена жить вечно.

2 глава

Час назад

Сайрен стоит перед массивной дубовой дверью поместья Блэкстоун-Холл. Он чувствует сладкий вкус победы. Наконец-то эта громадина, все эти земли, библиотека и лаборатория дяди принадлежат ему. Правда, победа слегка омрачена одной идиотской строчкой в завещании. «Попросил позаботиться». Его дядя никогда не был сентиментальным дураком, но к старости лет, кажется, им стал.

Хотя он умер не старым. Сердце подвело. Не лечился, не любил этих лекарей, хотя травников очень уважал. При этом обожал ходить по пабам и меряться силой с балбесами-драконами.

С такими же, как и он сам.

Впрочем, это неважно. Праздная жизнь дяди подошла к концу, а его, Сайрена, только начинается. Он толкает дверь, и она открывается, пропуская его в просторный холл. Слуги все, как один, кланяются в пол. Но Сайрен выхватывает цепким взглядом тех, кто как-то не вписывается в их ряды.

Эльфийка. Вот она, нет сомнений. Смотрит на него насторожено. Ну конечно, боится, наверное, что у нее отберут вот это струящееся элегантное голубое платье, как будто собралась на вечеринку или бал, дорогое колье на шее и все прочие излишества. Но при этом держится по-королевски ― одна осанка чего стоит. Наверняка знает себе цену и может, даже предполагает, что Сайрен упадет в обморок при виде ее ярко-голубых глаз, длинных волнистых волос лунного оттенка, загадочного взгляда, точеной фигурки и всей такой ангельской неземной красоты. Упадет ― и тут же вскочит, чтобы снова упасть, но только к ее ногам.

Ага, уже разогнался.

Впрочем, эльфийка не из робких. Выходит вперед и становится перед ним, безбоязненно глядя в глаза.

― Добро пожаловать домой, господин Адрастин, ― говорит она мягко, но в то же время с достоинством, как будто она здесь хозяйка, а Сайрен так, мимо пробегал. — Меня зовут Мирина, а это мой сын, Илай.

Она указывает рукой на мальчишку лет шести, который смешался со слугами, а теперь делает робкий шажок вперед. Худенький, щуплый, как будто его не кормили ― впрочем, все эльфы такие. С острыми кончиками ушей и ярко-голубыми глазами ― чистокровный эльф, ни дать, ни взять. И эти самые глаза смотрят на него с огромным любопытством и… радостью?

У Сайрена на мгновение перехватывает дыхание от такой вопиющей наглости. Чему, спрашивается, радуется этот нахаленок? Что через пару минут его выдворят, как и его мамашу, из дома, где ему не место?

― Ой, а вы и правда дракон? ― выпаливает мальчишка, осмелев и подойдя еще ближе. ― Вы новый хозяин, да? А вы можете превращаться?

Сайрен прикрывает глаза. Все, чего он хочет сейчас — это покой. Провести вечность в одиночестве среди книг, ароматных трав ― да, ему иногда нравится с ними возиться, так уж и быть. А потом выходить на арену и драться ― да так, чтобы искры из глаз. Бить когтями, крыльями, чешуйчатой головой, всем телом… и побеждать. Раз за разом.

Потому что никто ― никто