Герой (СИ) - Елена Александровна Романова

особенность — останавливаться из-за моих слов.

Мама замерла, ее испуганный взгляд метнулся к отцу. Лица у них обоих были очень встревоженные, будто я сообщила им, что заложила бомбу в саду за домом.

— Кто именно, Кесси? — спросила мама, и голос у нее охрип от напряжения.

— Один человек… знакомый, — отчего-то внимание родителей заставило меня понервничать. — Один мужчина.

Отец пристегнул Ива, отодвинул стул и сел за стол, не спуская с меня глаз.

— Что за мужчина, Кесс? — мама тоже села. Полотенце так и осталось висеть на ее плече. — Кто он такой?

— Мы познакомились в магазине… Ему понравилось мое лицо, и он…

— Кесс, вы познакомились недавно? — строго спросил отец. — Что вы делали? Что он сделал?

— Ничего. Он… он хочет предложить мне подработку… то есть работу. Хорошо оплачиваемую, да…

— Господи… — заговорила мама. — Я знала, что когда-нибудь это случится. Оуэн, ты по-прежнему считаешь, что Кесс сможет о себе позаботиться? Ты думаешь, нам не стоит контролировать ее окружение? Я же говорила тебе, что…

— Мы не можем ее изолировать… да, мы знали, что когда-нибудь это произойдет. Она взрослеет, Корил, и это нормально. Девочки в ее возрасте…

— Ты же знаешь, что возраст здесь ни при чем, — нервно бросила мама. — Я не хочу, чтобы какой-то… извращенец…

В этот момент раздался звонок в дверь, и я вздрогнула. Мама с отцом замолчали, а маленький Ив недовольно засопел.

Если бы я, и правда, могла замораживать мгновения, как супергерой, я бы навеки осталась за столом, ибо меня захлестнула паника.

Мама скрылась в холле, и вскоре появилась в гостиной вместе с Тайлером, который постарался выглядеть в этот день особенно небрежно, будто доказывая всем и каждому: “Я чертовски плохой парень”.

— Добрый вечер, — сказал он, видя, что произвел своим появлением эффект разорвавшейся бомбы… той самой, что я прикопала в саду: — Меня зовут Тайлер Шоу, я… модельный агент, — и протянул моему отцу руку.

— Если вы хотите разжиться здесь деньгами, господин Шоу, — холодно произнес отец, демонстративно и подчеркнуто убирая руки в карманы брюк, — вы зашли не по адресу. Мы не идиоты.

Тайлер коротко взглянул на меня, напрягся. А затем спросил:

— Не против, если я покажу твои фото?

Едва я открыла рот, мама изумленно воскликнула:

— Он тебя фотографировал, Кесс? Вы что, пришли вымогать у нас деньги?

— Послушайте, — произнес Тайлер, сдерживая негодование: — Я не пытаюсь обмануть вашу дочь. Фотографии, которые сделал профессиональный фотограф, у нас купила крупная косметическая сеть. Кесс заработала неплохие деньги.

— Вы продали фото нашей дочери? — изумленно прошептала мама.

— С ее согласия, потому что ей уже есть восемнадцать, — ответил Тайлер. — И я понятия не имею, какого хрена она спрашивает у вас разрешения на то, что может делать и без него. Мне кажется, она достаточно взрослая, чтобы сама принимать решения.

— Вы ничего не знаете, — вмешался отец. — Кесс не может принимать самостоятельных решений.

Тайлер усмехнулся.

Усмехнуться в лицо моему отцу мог только самоубийца. И все же, я чувствовала какую-то горькую благодарность за то, что он осмелился здесь наговорить.

— Картофель остынет, — вклинилась я робко. — Может, я уже принесу курицу?

Мама вынула хнычущего Ива из стульчика, резко бросила нашему гостю:

— Вам лучше уйти!

Тайлер посмотрел на меня, приподнял бровь, будто вопрошая: “Ну, ты скажешь хоть что-нибудь, крошка?”

Я вдруг оказалась в ловушке. Я редко перечила родителям, вернее, никогда не перечила родителям.

— Кесс, — произнес Тайлер требовательно: — Может, ты скажешь им, что ты хочешь на самом деле?

— Я… я хочу съесть курицу… наверно, уже остыла.

— Кесс, сейчас есть кое-что поважнее курицы. Ты утром согласилась подписать бумаги. Ты все еще хочешь работать со мной? — о, он был очень настойчив.

— Наверно, я… — взглянула на маму, закусила губу. — Я не знаю.

Тайлер хмыкнул.

— Ладно… тогда увидимся, когда твои желания станут более определенными, Кесс, и ты перестанешь слушать людей, которые считают тебя неполноценной. Когда ты осознаешь, что будешь работать в магазине отца до самой старости, звякни мне, договорились? — и он подмигнул моему брату, развернулся и пошел к двери.

Я наблюдала, как он скрылся в холле. А затем раздался хлопок дверью, который вынудил меня броситься следом.

Я выскочила на крыльцо, сбежала по ступеням за Тайлером, который шел к машине, заложив руки в карманы, втянув голову в плечи.

— Отвали, Кесс! — бросил он грозно.

Он шел так быстро, что мне оставалось бежать рядом, путаясь у него под ногами.

— Тайлер, я… просто… я не знаю, как объяснить…

— Что именно, Кесс? То, что твои родители считают тебя идиоткой?

— Они заботятся обо мне!

— Неужели, — он закурил на ходу.

Я остановила его у самой машины, встав у дверцы.

— Они переживают за меня, Тайлер!

— Им на тебя плевать.

— Нет!

— Да, — он вынул сигарету изо рта, и она задымилась в его пальцах: — Они когда-нибудь слушают тебя, Кесс?

— Я… просто… — и я крикнула: — Я не такая, как другие. Я…

— Особенная? — этот вопрос выбил меня из колеи. — Что, Кесс Белис? Ты не такая, как все?

— Нет.

— Потому, что перемножаешь в голове гигантские, мать их, цифры? Потому что выглядишь, говоришь и думаешь по-другому?

— Не знаю.

— Ты учишься в колледже, Кесс, и работаешь на двух работах. Ты не ходишь на тусовки, не пьешь и не куришь травку. Ты святая мать Тереза, и при этом твои родители считают тебя неполноценной?

Я молчала, потому что не знала, что ответить, но больше потому, что меня душили слезы.

— Кесс, — он взял меня за подбородок, — ты можешь все, что захочешь.

— Ты говорил, что я чокнутая.

— Это был дешевый подкат, — по его губам скользнула усмешка.

— Я хочу поехать с тобой, — вдруг сказала я, и взгляд Тайлера стал на удивление серьезным.

— Со мной? — переспросил он. затягиваясь. — Ко мне? — Да.

— Кесс, — он погладил меня по щеке, будто собираясь сказать “нет”, но сдался: — Хорошо, крошка… Останешься у меня на ночь?

— А можно?

— Ты же понимаешь, что значит “остаться на ночь”? — осторожно спросил он.

— Мы поиграем в какую-нибудь игру?

Его брови взлетели вверх.

— Что?

— Шарады, например, — просветила его. — Купим пиццу и газировку! И… посмотрим старые выпуски мультфильмов!

— Черт, какое веселье, — растерянно произнес Тайлер, — это как раз то, о чем я и думал.

Глава 7

Она была наивным ребенком в логове Тайлера Шоу.

Не сказать, что его квартира производила впечатление порочного гнездышка, но холостяцкой конуры — точно.

Здесь висели фото его моделей, стоял штатив с фотокамерой, на окнах, вместо занавесок, жалюзи. Зато