МотоКлуб «Ковбои». Книга 3 (ЛП) - Шмидт Эстер Э.

— Она что? — спрашиваю я, ошеломлённый тем, что она помогала.

— Ага, — хихикает Харлин. — Ты слышал меня. Она помогала, а не просто смотрела, как Кольт ухаживает за новыми лошадьми. О, не делай вид, что бесишься. Тебе нужно было проверить дела на свалке, и Кольт решил, что лучше всего работать в режиме многозадачности, поэтому привёл её в конюшню, как только узнал, что я тоже буду там. Ей было весело, как и сейчас. Она прекрасно вписывается сюда.

— Ага, — бурчу я и чувствую, как широкая улыбка расплывается на лице.

Эти две недели были лучшим временем в моей жизни, и, судя по тому, что я слышал, Мюриэл тоже получала удовольствие. Единственная заноза в нашем боку — факт, что проблема с её преследователем до сих пор не решена. У Ника нет никакой новой информации, и мы ни на йоту не приблизились к выяснению, кто мог её преследовать.

Мне не стоит жаловаться. Не тогда, когда каждая секунда с этой женщиной феноменальна. Если ленивые вечерние прогулки или наблюдение за заходом солнца, пока мы проверяем скот на пастбищах. Держимся за руки и украдкой целуемся, словно вернулись в старшую школу. Но я должен признать, что это происходит медленно и знакомство друг с другом приносит больше удовлетворения, чем запрыгивание в постель и предоставление нашим телам самим общаться. От этой мысли я становлюсь чертовски твёрдым, но это не то, что я могу использовать прямо сейчас, когда Харлин стоит рядом со мной.

Я собираюсь перепрыгнуть через забор и направиться к Хаммеру и Мюриэл, но мне мешают, когда Уэстон направляется к нам.

— Президент. — Киваю я.

Он приподнимает подбородок, целует Харлин в макушку, прежде чем сказать:

— Помнишь сообщение, которое ты отправил мне две недели назад? Какое у тебя было предчувствие? Я попросил нашу ветвь МК в Оклахоме перепроверить офицера, который приходил к дому Джей, чтобы уточнить её местонахождение в день, когда пропал модель, и когда был убит.

Ужас наполняет мои вены в предвкушении, потому что отчасти знаю, что сейчас произойдёт, и Мюриэл будет разбита вдребезги. У меня просто было предчувствие, но выражение лица Уэстона заставляет заявить:

— Дай угадаю, не такое уж это и предчувствие, да?

— Джей определённо не девушка. Джейсон Таунсанс завлекал Мюриэл; используя личность сестры, чтобы устроиться на работу ассистентом Мюриэл по социальным сетям. Совпадение заключалось в том, что сестра открыла дверь и ответила на вопросы полицейского без каких-либо подозрений или чего-то ещё, поскольку они никогда не упоминали о работе и тому подобном. Вот почему она… или он был вне подозрений.

— Ты передал Нику информацию? — спрашиваю я. — Потому что это чертовски странно, и уверен, что это относит его к категории преследователей, а не тот, кто искал работу под эгидой сексизма.

— Я только что получил новости из нашего подразделения в Оклахоме. Я хотел, чтобы ты узнал первым и решил, что делать. Я мог бы попросить их схватить его, чтобы разобраться самим, или передать всё Нику и позволить им с этим разбираться. — Уэстон не сводит с меня глаз, пока я обдумываю ситуацию.

— Эй, почему такой серьёзный вид? — спрашивает Мюриэл, и Хаммер плюхается к её ногам.

— Твоя девушка из социальных сетей, оказывается, парень, — выпаливает Харлин и вздрагивает. — Извини. Но Дэкер был прав, попросив перепроверить. Знаешь, если Джей скрывает такую важную деталь и даже подал заявление на работу под именем сестры… это подозрительно. — Голова Харлин наклоняется набок, оценивая Мюриэл, когда спрашивает: — Ребята, вы искали женщину? Мужчина получил бы равные шансы на эту должность?

Глаза Мюриэл округляются.

— Конечно. На самом деле, было двое кандидатов, и один — мужчина, который жил в Европе. Понимаете? Расстояние тоже не было проблемой, ничего не было. Верительные грамоты и тому подобное сократили процесс отбора до нескольких человек, и в конечном итоге именно мой агент выбрал лучшего человека для этой работы.

— Ты знаешь, как прошли несколько последних собеседований? По веб-камере? По телефону? — спрашивает Уэстон.

Шок на её лице сменяется смесью паники и страха, и мне становится противно. Последние несколько недель она была такой беззаботной. Я обхожу забор и обнимаю её. Моё сердце сжимается, когда она кладёт голову мне на грудь.

— Понятия не имею, — бормочет Мюриэл и глубоко вздыхает.

Уэстон смотрит на меня, и я говорю:

— Позвони Нику и передай информацию. Он разберётся, наша задача — обеспечить её безопасность, его — решить проблему преследователя. Мой единственный приоритет — моя женщина, и если мы займёмся этим, рискуем, что Ник и закон будут дышать нам в затылок.

— Понял, брат. — Уэстон хватает телефон, но убирает его, чтобы освободить руки, когда Харлин сжимает ограждение двумя руками.

Мюриэл бросается вперёд.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

Уэстон заключает свою старушку в объятия.

— Беременна, работает круглые сутки и забывает выпить и поесть за двоих. Тебе следовало бы отдыхать, а не стоять на солнце.

— Всё из-за проклятой жары, — ворчит Харлин и ударяет Уэстона по груди. — Я ем и пью, властный неандерталец.

Уэстон смотрит на меня.

— Я забираю её домой и позвоню Нику, когда уложу Харлин в постель, хорошо? Напиши мне позже, и я сообщу тебе последние новости.

Мне едва удаётся сдержанно кивнуть, прежде чем он уводит Харлин.

— Разве ей не нужно обратиться к врачу? — спрашивает Мюриэл, беспокойство отражается на её великолепном лице.

— Харлин и Кэссиди обе беременны, и ты знаешь, что у Кэссиди бывает утренняя тошнота. Харлин всегда жарко, но, как сказал Уэстон, она много работает и может думать, что ест и пьёт, но на самом деле внутри неё крошечный человечек пожирает всё, что она потребляет. Впрочем, нам не о чем беспокоиться. Я почти уверен, что пока мы разговариваем, Уэстон привязывает её к кровати и следит, чтобы она уже скоро почувствовала себя лучше.

Мюриэл одаривает меня ухмылкой.

— Судя по тому, как он потащил её в дом, думаю, что с этого момента он будет её тенью. Бутерброд в одной руке, бутылка воды в другой. Он убедится, что ей будет достаточно еды и воды.

У меня вырывается лающий смешок.

— Ты зришь в корень.

Она смеётся вместе со мной, но слишком быстро замолкает.

— Ты действительно думаешь, что Джей мог быть преследователем? Я не могу поверить, что она — это он. Мы так много болтали. Почему я ничего не замечала? Это так странно.

— Общение между вами двумя было цифровым? Ни звонков, ни голосовых сообщений, ничего?

— Джей никогда не отправляет голосовых сообщений и не звонит. Было несколько раз, когда кто-нибудь случайно нажимал вызов, но Джей быстро вешал трубку. Она… — Мюриэль вздрагивает и прочищает горло. — Он говорил, что у него фобия, и он никогда не звонит и не принимает звонки. Меня это не беспокоило. Я никогда не задумывалась об этом, учитывая мои странности. Из-за всех этих повседневных разговоров я думала, что мы хорошие друзья. Не могу поверить, что он мой преследователь. Что, если он просто прячется, потому что не думал, что получит работу, если напишет от своего имени?

— Может быть, но мы скоро узнаем. Ник докопается до сути. Пойдём в дом. — Я тащу её за собой и резко свищу. Хаммер вскакивает и следует за нами.

— Почему бы вам, ребята, не проверить это? Это вы выяснили, что Джей солгал, почему бы не копнуть немного глубже. Я действительно хочу знать почему.

Я обнимаю её за талию, чтобы прижать к себе. Мы почти доходим до домика, и именно по этой причине я ненадолго останавливаюсь.

— Ник сам разберётся. Если вмешаемся, повредим делу, которое он ведёт, и преследователь может ускользнуть из рук закона. Мы этого не хотим. Это не просто преследователь, а чёртов убийца. И если разберётся клуб и что-то случится, либо его поймают, либо не настоящий преследователь, который убил модель, мы рискуем как клубом, так и тобой… твоей карьерой. Мы рискуем всем. Итак, сейчас мы идём по пути правосудия, позволяя Нику разобраться с этим.