С расстегнутыми пуговицами - Екатерина Че

такой наивный, как чукотский мальчик. Поэтому что? Правильно. Поздравлю, пожелаю счастья, и буду надеяться, что он будет тем самым исключением, и жили они долго и счастливо… пока не встретились.

— Привет, Ром. — Еще один командир, неузнаваем в штатском. — Где там наш именинник с подарком? — Виталий приветственно протянул руку.

— Здарово Берег, все шутишь? — Высокий лысеющий блондин ответил крепким рукопожатием, — Вон, около арки позируют. Сам как?

— Да нормально, что мне сделается? — Береговой перевел взгляд в указанном направлении. — Я ж свободен, а значит жить буду.

Около высокой арки увитой белыми цветами, декоративной зеленью и атласными лентами, позировали молодожены. С лица Дмитрия не сходила пьяная бесшабашная улыбка, хотя пока все угощались только шампанским, взгляд подозрительно блестел, даже с такого расстояния это было заметно. Может принял чего покрепче для храбрости? Невеста выглядела более сдержанно, мило улыбалась на камеру, с готовностью обнимала жениха, и вообще позировала довольно профессионально. Модель чтоли? Тьфу ты! Не дай Бог! Пока ум фиксировал все детали, глаза привычно обшаривали лица и фигуры гостей в поисках знакомых очертаний, разочарование противной душной волной поднималось к горлу. Он точно знал, что она приглашена. Неужели оказалась умнее его и решила не поддерживать этот спектакль любовного абсурда? Противоположные желания разрывали его на части. Он хотел ее увидеть, и в тоже время надеялся, что они не встретятся.

— Ясно, ничего не изменилось значит. — Хмыкнул знакомый.

— Ну почему же? Вискарь подорожал, слышал?

— Да ну тебя. — Роман только махнул рукой и отсалютовал каким-то знакомым.

— Ладно, пойду я, скажу свое, веское. Увидимся. — Виталий медленно вырулил между гостей, в нужном направлении.

***** *****

Почему я такая амеба? Вот ведь не было настроения идти на эту свадьбу, совсем. Зачем тогда пошла? Ну и что, что сейчас мы в разных экипажах, Диму обижать не хотелось. Мы всегда хорошо общались.

Димка он добрый. Девочку его не знаю, но уверена, что он плохую не выбрал бы. И одной идти тоже не хотелось. Виктор Евстафьевич конечно намекал на Мишу, но нет. Ради одного вечера давать надежду это плохой выбор. И пользоваться хорошим отношением тоже. Ничего, поздравлю, поулыбаюсь и потихоньку бочком-бочком домой.

Платье бесило и раздражало. Вроде и цвет красивый и покрой, но вот неудобно и все тут. А вот не надо было все на последний день откладывать! Теперь приходилось принаравливать шаг к сумасшедшему разрезу на подоле, и держать себя в руках от дикого желания почесаться. Красивый струящийся материал с искрами каких-то блестящих вкраплений нещадно покусывал кожу в самых нежных местах. И кажется входил во вкус, зуд становился все сильнее и нетерпимее.

Незаметно провела рукой по бедру вдавливая ткань в кожу, чтобы хоть не надолго избавится от противного желания провести со всей дури ногтями, и неожиданно встретилась взглядом со знакомыми карими глазами. Да ладно!? Как? Михаил тут же сделал вид, что сильно увлечен процессом фотосъемки молодых, выходило у него это плохо. Я упрямо сложила руки на груди и не отрываясь смотрела на этот спектакль. Михаил не имел никакого отношения ни к Диме, ни к его невесте. Это я знала точно от тогоже Естафьича, пока он убеждал меня взять Мишу с собой на это мероприятие. Так каким чудом он тут оказался? Ну Евстафьич…, ну друг… Плечи Михаила поникли, когда он понял, что просто так я от него не отстану и объяснений не избежать.

— Привет Саша, шикарно выглядишь, тебе очень идет этот цвет. — Глаза смотрели с щенячьей преданностью и немым укором “я же хороший” чего ты?

— Спасибо Миш. Какими судьбами? — Прозвучало не очень дружелюбно, парень тяжело вздохнул.

— Брат двоюродный дружит с Диминым другом. — Вымученная улыбка вызвала укол совести. Нет, это нужно прекращать! Так нельзя!

— Миш, давай начистоту, а? Я же все понимаю, и ты все понимаешь, ну зачем вот это все? Я не буду с тобой встречаться, ты замечательный человек, отличный друг, и все такое, но … я не давала поводов думать иначе, и настойчивость и терпение тут не помогут, прости Миш. — Парень кивал в такт словам, кончики его ушей розовели все больше. В груди разливалась адская смесь из раздражения, злости и досады. Настроение и так бывшее ниже плинтуса, упало окончательно. — Друзья? — я протянула ему руку. Через долгое мгновение он все-таки ответил на рукопожатие, задержав мою ладонь в своей и задумчиво поглаживая ее большим пальцем. — Миш?

— Прости Саш. Конечно. Друзья. — Я мысленно выдохнула, а молодой человек грустно улыбнулся в ответ. — Я постараюсь не попадаться тебе на глаза сегодня, на работе уж прости не получится. — Улыбнулась и сделала вид, что оценила шутку. Между нами повисла неловкая тишина. Моя рука по прежнему была зажата в его ладони. Я аккуратно попыталась высвободится, рывками освобождаясь из теплых пальцев. Так, всё! Последний рывок, свобода и печальные карие глаза. Ничего, переживет.

— хорошего вечера Миша. — Я стала активно искать взглядом куда-бы мне заныкаться на время фотосессии, чтобы потом по-быстрому поздравить молодых и свалить.

Но, видимо у судьбы сегодня на меня были особенные планы. Горячая волна окатила меня с ног до головы. С ленивой грацией обожравшегося тигра в нашу сторону шел Береговой. Костюм ему очень шел, небрежно расстегнутый ворот белоснежной рубашки и отсутствие галстука нисколько не портили картину и не уменьшали его солидности. Что-то в нем было такое… отчего всем сразу было понятно чьи в лесу шишки. Миша проследил за моим взглядом, сжался и быстро юркнул куда-то в сторону, мгновенно затерявшись среди гостей. Предатель!

Я была уверена, что бывший командир не придет. Наравне с легендами о покоренных женских сердцах, ну или телах, ходили россказни о его отношении к бракосочетаниям. И о том, с каким рвением он защищал мужскую независимость. И раз ему не удалось переубедить Димку ДО ЗАГСА, что он тут делает? Расстояние между нами катастрофически сокращалось. Ноги как-будто вросли в пол и пустили корни до самого первого этажа. Собственно бежать я никуда не собиралась, но собственная реакция на этого мужчину меня напрягала. После памятного вечера мы не виделись больше. Я не бегала, не пряталась, просто для себя решила, что эту страницу нужно перевернуть и начать все с чистого листа. А уж как оно получилось или не получилось, дело другое. И сейчас, глядя как отблескивают потолочные люстры в потемневших глазах моего бывшего командира, я отчетливо понимала, что нифига я ничего не перевернула… просто оставила открытой. Вздохнула. Два выяснения отношений за вечер да еще и на свадьбе может быть только у