Лаура Дэниелз - Пленительная явь

Взглянув на часы и немного подумав, Лора пришла к выводу, что ей все-таки следует заглянуть в свой ювелирный салон.

Если уж я оказалась здесь, дождусь конца рабочего дня и еще раз взгляну на владельца «порше», решила она. Возможно, сегодня он не произведет на меня столь сильного впечатления.

Ей почти хотелось, чтобы так и было. В этом случае она разом избавилась бы от вороха проблем. Ее перестали бы донимать воспоминания о единственной встрече, и, вместо того чтобы разглядывать по ночам потолок, она спокойно засыпала бы. Словом, ее жизнь вернулась бы в привычную колею.

Так и сделаю, размышляла Лора, шагая к ювелирному салону. Дождусь незнакомца, еще разок внимательно взгляну на него — и на том конец. Мне ни к чему увлекаться бессмысленными и несбыточными грезами.

Время до вечера тянулось очень медленно. В прошлый раз Лора увидела незнакомца в начале седьмого, из чего следовал вывод, что работу тот заканчивает в шесть.

В половине шестого она уже вновь устроилась за баранкой своего «бентли», заняв своеобразный наблюдательный пункт. Потекли последние томительные минуты ожидания. Когда часовая стрелка поравнялась с цифрой шесть, сердце Лоры застучало как сумасшедшее, во рту пересохло и стало трудно дышать.

Не отрывая взгляда от проезда между рядами автомобилей, где, по ее расчетам, вот-вот должен был появиться владелец темно-синего «порше», Лора машинально провела языком по губам. Ей казалось, что секунды отсчитывает не стрелка часов, а ее собственное сердце.

Лора так волновалась, что, когда ее взгляд наконец нащупал появившийся в некотором отдалении мужской силуэт, она даже не сразу поняла, кто это. Но в следующее мгновение сообразила, и тут ее сердце будто остановилось. Одновременно с этим рухнули надежды на то, что, увидев незнакомца вновь, она разочаруется в нем, благодаря чему к ней вернется возможность жить прежней спокойной жизнью.

Так же неспешно, как в прошлый раз, незнакомец шел в конец парковочной площадки, где находился его автомобиль. И точно так же, как в тот день, его окружала аура спокойствия и уверенности в себе.

Неожиданно Лора поймала себя на том, что улыбается. Оторвав взгляд от незнакомца, она посмотрела на себя в зеркало и увидела собственную глуповато-счастливую физиономию.

Чему я радуюсь? — проплыло в ее голове.

Спустя несколько минут мимо нее проследовал темно-синий «порше».

Итак, что я выяснила? — подумала Лора, глядя ему вслед. Во-первых, этот парень регулярно оставляет здесь свой автомобиль. Во-вторых, он наверняка работает где-нибудь поблизости. В-третьих, против всяческих ожиданий я ни капельки в нем не разочаровалась. И это для меня самое страшное.

Она вернулась домой и стала думать, как ей быть дальше. Незнакомец по-прежнему не шел у нее из головы, и изгнать его образ не было никакой возможности.

Через два дня, так ничего и не придумав, Лора вновь отправилась в Лондон — единственно затем, чтобы снова увидеть запавшего в сердце мужчину. Она понимала, что поступает глупо и безрассудно, но ничего не могла с собой поделать.

Так продолжалось в течение всего июня. Затем начался июль, однако ситуация ничуть не изменилась.

Второго июля, в пятницу, Лора вновь сидела за баранкой своего «бентли» на парковочной площадке, поджидая человека, с которым успела странным образом сродниться душой, хотя даже имени его до сих пор не знала.

Разумеется, к этому времени она уже успела наизусть выучить номер темно-синего «порше», однако попытки раздобыть с его помощью некоторые данные о его владельце особым успехом не увенчались. Предприняв определенные действия в указанном направлении, Лора вскоре поняла, что имеет дело с закрытой информацией. Добыть ее можно было, лишь взломав доступ к базам данных транспортного департамента полиции — то есть совершить противоправный акт. В своем нынешнем состоянии Лора почти готова была решиться на подобный поступок, однако для осуществления такого замысла нужно было быть хакером, а она являлась всего лишь обычным пользователем персонального компьютера.

Единственно, что ей удалось выяснить, являлось следующее: автомобиль с таким номером зарегистрирован в предместье Лондона.

Сегодня, поджидая появления незнакомца, Лора подумала, что в следующий раз стоит приехать не вечером, как обычно, а к началу рабочего дня. То есть ко времени, когда интересующий ее человек впервые появляется на парковочной площадке. В этом случае можно незаметно проследовать за ним отсюда до места, где он работает. Что это даст, Лора не знала, однако надеялась таким образом раздобыть хоть какую-нибудь дополнительную информацию.

Вновь устремив взгляд в направлении предполагаемого появления незнакомца, Лора перевела его на стоящий рядом темно-синий «порше». Сегодня ей удалось припарковаться прямо по соседству с принадлежащим предмету ее тайного наблюдения автомобилем. Значит, она увидит того вблизи.

Какое счастье, что меня до сих пор не засек здесь никто из знакомых, в который раз за минувший месяц подумала Лора. Я показалась бы им полной идиоткой. Езжу сюда как на свидания, часами сижу в автомобиле, будто в засаде, поджидая человека, который даже не догадывается о моем существовании.

Потом ей в голову пришла другая мысль: и хорошо, что не догадывается, иначе давно бы подозвал полисмена, чтобы выяснить, почему я за ним шпионю.

Представляю, как бы я выкручивалась! — мрачно усмехнулась Лора. Ведь не признаваться же, что я регулярно приезжаю сюда по одной-единственной причине: потому что вбила себе в голову, будто мы с ним родственные души.

Она сокрушенно вздохнула, искренне пытаясь понять, отчего так целенаправленно стремится поставить себя в дурацкое положение.

Я всегда думала о себе как о человеке уравновешенном и здравомыслящем, размышляла она, наклоняясь поближе к зеркалу заднего вида, чтобы поправить волосы, но не забывая при этом поглядывать в сторону въезда на парковку. А сейчас вынуждена признать, что стала взбалмошной, сумасбродной и совершенно непоследовательной. Впрочем, последовательности в моих действиях хоть отбавляй. Жаль только, что она граничит с логикой человека, одержимого какой-нибудь манией.

Или влюбленного, подсказало ей подсознание.

Лора нахмурилась, но и только. Поначалу, когда в ее голове возникал голос интуиции, она тотчас вступала с ним в мысленный спор. Однако с течением времени ей все труднее и труднее становилось находить доводы в пользу противоположного утверждения. К настоящему моменту она и вовсе перестала вступать в дискуссию.

Но ей очень хотелось верить, что подсознание ошибается. Влюбиться для нее сейчас — значит потерять себя. Что, разумеется, было недопустимо.