Его рождественский подарок - Дженна Роуз

как и всегда. Именно так, как мне нравится. Дейзи внезапно вспоминает, что у нее в руке латте, и делает глоток. Я вижу, как все ее лицо светится.

— Вкусно? — спрашиваю я.

Она энергично кивает.

— Очень вкусно! На вкус как Рождество!

— Отлично, — улыбаюсь я. — Ну, вернемся к тому, о чем мы говорили: в колледже я получил степень юриста и в следующем году поеду на юридический факультет в Гарвард.

— Ух ты, пижон, — поддразнивает она.

— А что касается семьи, то теперь я гораздо более независим от них. Я зарабатываю собственные деньги в небольшой технологической компании, которую мы с несколькими друзьями открыли еще в колледже, помогая рекламодателям оптимизировать то, куда тратить свои деньги, и я просто подрабатываю Санта-Клаусом ради удовольствия.

— Боже, Крейг, есть что-нибудь, в чем ты не силен? — спрашивает Дейзи, делая еще один глоток латте.

— Приводить девочек на выпускной? — предполагаю я. Мы оба смеемся. — Я до сих пор чувствую себя ужасно из-за этого, Дейзи. Нам так и не удалось станцевать выпускной танец. Наш выпускной поцелуй…

Я слишком давлю. Знаю. Но просто ничего не могу с собой поделать. Дейзи слишком красива. Я как будто чувствую гравитационную силу ее тела, манящую меня, и совершенно беспомощен перед ней. Я просто ничего не могу сделать.

Ее глаза встречаются с моими.

Пять лет. Пять лет, которые кажутся пятнадцатью.

— Наш выпускной… другие дела, — отвечает она тихим голосом.

Вот и все. Я больше не могу этого терпеть. Я отставляю чай в сторону и готовлюсь к последнему удару. Ее губы такие пухлые, и между нами ничего нет, так что я просто рвусь прямо к ним. Если она отстраниться, то так тому и быть. Но, по крайней мере, никто не скажет, что я не пробовал.

Но она этого не делает. Не отстраняется.

Наши губы соприкасаются, и вокруг нас словно взрывается фейерверк. Это правда? Это действительно происходит?

Я просовываю одну руку ей под рубашку и обхватываю грудь. Она теплая и нежная, сосок напрягся, и в моей руке он ощущается как рай. Я чувствую, как у меня быстро начинает твердеть, мое мужское достоинство прижимается к ткани штанов. Дейзи целует меня в ответ, еще больше разжигая мою страсть, и это доводит меня до крайности.

Я срываю с нее одежду, как животное, разворачивая ее, как подарок, оставленный мне под елкой. Рождество еще не наступило, но она — мой подарок, и она мне совершенно необходима прямо сейчас.

И я могу, если захочу, верно? Ведь я Санта!

Я прижимаю ее спиной к дивану под собой и раздеваю ее. Она издает стон, когда я сжимаю обе ее груди. В моих руках они словно два идеальных шара. Мой член теперь полностью в боевой готовности, почти болезненно крича, требуя, чтобы его выпустили. Я даже не осознавал, насколько сильно во мне вспыхнули первобытные инстинкты. Я был так занят, объяснениями с Дейзи за последние пять лет, что все, на чем был сосредоточен, — это она и то, примет ли она мое объяснение или нет. Но теперь, когда все закончилось, все, на чем я могу сосредоточиться, — это то, как сильно я хочу ее.

Я провожу рукой вверх по внутренней стороне ее бедра, заставляя ее ахнуть и разорвать наш поцелуй. Но в то же время наши глаза встречаются, и она смотрит на меня с выражением, которое проникает мне в душу. Похоть, невинность, желание, ожидание — все это здесь. Но самое главное — доверие.

Она ждет моего следующего шага и достаточно доверяет мне, чтобы отдаться, несмотря на историю между нами. И в моем сердце загорается искра, какую я никогда раньше не чувствовал.

Я позволяю своим губам нежно коснуться ее губ, продолжая пальцами подниматься по ее бедру. Затем я чувствую это: тепло, влажность, ее женственность, приятная и готовая для меня. Я не сомневаюсь.

Я просовываю средний палец внутрь. Делаю это осторожно, давая ей время привыкнуть к этому ощущению, но от выражения ее лица, когда мой палец входит, достаточно, чтобы я чуть не взорвался в штанах.

Ее губки распахиваются, с них срывается стон, и она шепчет мое имя.

— Крейг…

Я разрабатываю ее пальцем, согнув его во втором суставе, нащупав то приятное место, которое сведет ее с ума, когда начинаю другой рукой стягивать с себя штаны. Мне тоже пора раздеться.

Дейзи начинает слегка покачивать бедрами и тянет меня за рубашку.

— Хочу всего тебя, — говорит она мне.

Ей не придется просить меня дважды.

Я срываю с себя рубашку и отбрасываю ее в сторону. Я полностью тверд, мой член торчит прямо, как копье, готовый ворваться в нее.

— Ты такая сексуальная, — рычу я, глядя вниз, осматривая каждый дюйм ее тела. — Я знал, что скучал по тебе последние пять лет, но не осознавал, как много мне не хватало.

Щеки Дейзи краснеют, когда я опускаюсь на нее сверху. Я обнимаю ее за шею и притягиваю к себе, нажимая бедрами вперед и медленно вхожу. Мы оба вздыхаем в унисон. Я чувствую, как она растягивается, когда принимает мой член, и ее тепло и влажность вызывают глубокий рык, который рвется из меня.

— Ох, черт, детка, — стону я ей в ухо, притягивая ее еще ближе к себе.

— Боже мой, Крейг, — хнычет она, когда я медленно двигаюсь глубже, отдавая ей все, что могу, пока не оказываюсь внутри, вплоть до самого основания. — Ты такой большой. Я чувствую тебя всем естеством.

— Тебе хорошо? — спрашиваю я, начиная медленно толкаться.

— Очень, — отвечает она с очаровательным вздохом, когда я откидываю назад прядь волос, упавшую ей на лицо.

Теперь я ускоряю темп, когда она, кажется, уже привыкла к этому. Она для меня как абсолютный рай. Я сдерживаюсь, чтобы не кончить раньше времени. Наши губы снова сплетаются, мы целуемся. Мой пульс учащается, а сердце так сильно стучит в груди, что мне интересно, чувствует ли она его своей грудью.

Это своего рода блаженство, которого я никогда раньше не испытывал. Сначала я воссоединился с девушкой, с которой думал, что никогда не увижусь снова, а затем починил то, что, как я когда-то думал, невозможно исправить между нами. Я настолько тверд внутри нее, что могу срубить дерево членом, и то, как Дейзи продолжает проводить своими маленькими нежными ручками по моей спине, пока я ее трахаю, меня возбуждает еще больше.

Она богиня. Мечта. Когда мы снова вместе, я чувствую, что возможно то, о чем я даже не подозревал.

На этот раз она никуда