Смотреть, как ты влюбляешься в другую (СИ) - Айрон Мира

— Да, ещё пятнадцать лет назад, — Рома держался за дверцу автомобиля. — Прости, если ввёл тебя в заблуждение. Видит Бог, я этого не хотел.

— Чем она лучше меня?! — выкрикнула Карина, не боясь, что её услышат в доме. — Ведь ни рожи ни кожи!

— Лера — моя жена, и я люблю её.

— Ну и люби! Ты ещё вспомнишь этот разговор! Ты просто трус, предпочитающий увязнуть в пучине быта. Готов на всё, лишь бы не выходить из зоны комфорта!

— Да, ты полностью права во всём, кроме того, что Лера, якобы, некрасивая. Это ложь. Всего хорошего!

Кивнув, Рома сел в машину.

* * * * * * * *

Роме не повезло: к утру опустился сильнейший туман, и вылет задержали на четыре часа. Рома нетерпеливо ходил из угла в угол по залу ожидания и беспрестанно звонил Лере. Его старания увенчались успехом: Лера всё же ответила.

— Да, Рома?

— Лера, я лечу домой. Хочу, чтобы ты знала об этом. Правда, вылет задерживают из-за тумана. Если ты не веришь, можешь посмотреть на сайте авиакомпании. Я сейчас в аэропорту, жду, когда объявят посадку.

— Я верю, Рома, — Лера говорила спокойно, однако именно это спокойствие больше всего настораживало Романа.

— Лера, ты ведь будешь ждать меня дома? Я прилечу и смогу всё объяснить тебе. Объяснить своё дурацкое поведение. Ты будешь дома?

— Конечно, — соврала Лера, бросив взгляд на собранные сумки. — Где же мне ещё быть?

— Ты как-то странно говоришь, Лера.

— Да? Вроде, как обычно. Может, устала немного, всё-таки перелёт.

— Ты хорошо себя чувствуешь, Лера?

— Странный вопрос. Конечно, хорошо, что со мной может быть не так?

— Лера! Послушай, ты должна знать. Ничего не было, Лера!

— Я знаю, Рома. Нисколько не сомневаюсь в твоей порядочности. Ты всегда был таким: честным и цельным.

— Всё же ты странно говоришь, Лера! Я очень волнуюсь.

— Всё хорошо, Рома! Успокойся.

К счастью, в этот момент объявили посадку, и тягостный для Леры разговор был прерван.

Положив телефон в сумочку, Лера ещё раз оглядела холл, взяла сумки и вышла за двери их с Ромой дома. Своего бывшего дома. Ей предстояло ещё придумать для родителей благовидную версию своего появления с вещами в их доме.

* * * * * * * *

Лера закрыла двери и автоматически положила ключи в сумку, которая висела у неё на плече. Спустила сумки с вещами с крыльца, потащила их по снегу к воротам. Вспомнив о том, что нужно будет открывать гараж, начала шарить рукой внутри сумки в поисках связки ключей. Дурная голова ногам покоя не даёт. Правда, в данном случае, рукам.

Это была не та сумка, которую она брала с собой во Владивосток. Туда она брала более стильную и модную сумочку. Сумка, которую Лера взяла сейчас, была довольно старая, «заслуженная», но очень удобная. Мама о подобных сумках говорила, что в неё поместится всё плюс буханка хлеба и килограмм сахара.

Обследуя рукой сумку, Лера наткнулась на что-то плоское и гладкое. Пожалуй, она решила бы, что это пачка сигарет, но у них дома никто не курит. К тому же, пачка была чем-то перетянута.

Лера достала загадочный предмет и замерла посреди двора. Было восемь часов утра, ещё не рассвело, но даже в свете фонарей она поняла, что держит в руках две коробочки с тестами на беременность. Коробочки были перевязаны между собой тонкой розовой тесёмкой.

Лера развязала тесёмку и увидела, что на тех сторонах коробочек, которыми они соприкасались, приклеены бумажные стикеры. На том стикере, который был приклеен к верхней коробочке, надпись, сделанная рукой Ромы, гласила: «Надеюсь, что ленточка на конверте из роддома будет того же цвета, что и тесёмка». На второй коробочке было написано одно слово: «Контрольный».

Рома очень мечтал о третьем ребёнке, и ему хотелось, чтобы родилась дочь. Лера молча смотрела на коробочки с записками. Совсем она сбрендила в этой поездке? Настолько увлеклась жалостью к себе, что забыла о задержке. Теперь уже в две с половиной недели.

Она рассказала Роме о задержке за день до того, как они полетели во Владивосток, и он, видимо, купил для неё тесты. Купил и спрятал в сумке, с которой она постоянно ходила. А Лера не успела обнаружить тесты и улетела с другой сумкой.

Опустившись без сил на баул с вещами, стоявший прямо на снегу, Лера заплакала. Впервые за долгое время. Впервые за эти несколько ужасных дней.

Она и без тестов была уверена, что ждёт ребёнка. Они с Ромой планировали эту беременность, принимали витамины, укрепляли иммунитет.

Так получилось, что беременность совпала с испытанием на прочность их с Ромой семьи. Лера знала, что рано или поздно подобная ситуация выпадает на долю почти каждой супружеской пары. Семейная жизнь далеко не всегда и не у всех бывает лёгкой и безоблачной.

Прошли ли они с Ромой своё испытание? Это им ещё предстоит узнать.

Лера осторожно потащила вещи в обратную сторону, к дому. Разобрав и разложив вещи, пошла делать тест, потом, спустя некоторое время, второй, «контрольный». Оба теста показали положительный результат.

Несмотря на ранний час, Лера позвонила родителям и поехала за сыновьями, а по пути в продуктовый магазин. Всю дорогу она сосредоточенно думала. Делать вид, что ничего не случилось, Лера не станет; пусть Рома знает, какую боль он ей причинил.

И о беременности пока не скажет. Пока. Хотя бы в течение нескольких дней будет хранить тайну. Ей необходимо понаблюдать за Ромой и проанализировать свои чувства к нему.

Конечно, найденные в сумке коробочки с тестами всколыхнули в Лере всё то тепло, которого, казалось, больше нет и уже никогда не будет. Не давала покоя и мысль о том, что Рома всё же практически сразу отправился следом за ней.

Хорошо, что она опомнилась и не успела сгоряча наломать дров, не втянула в неприятную историю детей и своих родителей. К тому же, Рома сказал, что хочет всё объяснить.

И хотя Лере казалось, что она уже не любит Рому так, как любила, никогда не сможет по-прежнему любить, и прикоснуться к себе не даст, лишать его возможности всё объяснить она не имеет права.

Лере не было стыдно за то, что она говорила Роме в доме свёкра, за свой отъезд и за то, что она едва не совершила ошибку. Она по-прежнему чувствовала себя сломанной, лишь наполовину живой.

В конце концов, она не универсальный солдат без чувств и эмоций, ведомый вперёд лишь логикой и достижениями технической мысли. Она живая женщина, да ещё, как выяснилось, женщина в интересном положении.

Первым вопросом, который задали счастливые сыновья, конечно же был вопрос: «А где папа?». Лере опять пришлось соврать (она порядком поднаторела в искусстве лжи за эти дни) и сказать, что когда они меняли билеты, решив вернуться домой пораньше, двух билетов на один рейс не оказалось, потому они с Ромой полетели порознь, друг за другом.

Едва приехав домой, мальчики на радостях начали мастерить какие-то сувениры для неё и для отца, и Лера вновь поблагодарила судьбу за то, что не успела набедокурить. Как она смогла бы смотреть детям в глаза, что-то объяснять?! Нет уж. Если Рома намерен разрушить их семью, пусть сам всё и объясняет детям и родителям.

Лера привела себя в порядок, приготовила обед, и вскоре приехал Рома. Выглядел он далеко не лучшим образом: не успел или забыл побриться, явно не спал, и взгляд как у побитой собаки.

Вот последнее Лере было нужно меньше всего. Она не хотела раскаяния и самобичевания со стороны Ромы. Ей хотелось его разумных (насколько возможно) объяснений и каких-то выводов. Но помогать она ему не станет.

У Леры всегда очень хорошо получалось всё, что касалось поддержки мужа, и так было до вчерашнего дня. Вчера, когда она дала Роме три дня «на размышления», всё едва не полетело под откос. Она слишком любила его, боготворила и боялась потерять, потому поддалась панике.

Теперь она крепко держит себя в руках, любовью уже так не ослеплена, культ личности мужа частично развенчан. Рома оказался обыкновенным, таким же, как все. Ему не чужды страсти и увлечения. Рано или поздно через испытание пришлось бы пройти, и хорошо, если оно окажется первым и последним.