Метси Хингл - Кружится, кружится карусель…

— Честно.

— Я… — Очевидно, удивленная его ответом, Лаура замолчала, так и не закончив мысль. — Тогда полагаю, нам нечего больше сказать друг другу, кроме «спокойной ночи». Если позволишь, я поймаю такси и поеду домой.

— Как насчет праздника в Дубах? — следуя за ней, поинтересовался Джек. — Я не нарочно подслушал. Кажется, твой друг не пошел с тобой.

Мужчина ждал ее ответа. Но Лаура не сказала ни да, ни нет. Она молчала, пока оба не вышли к стоянке такси.

— Ничего страшного. Схожу в другой раз.

— Портье объяснил мне, что это световое представление: лампочки, огонь, фейерверк… По его словам, зрелище потрясающее.

— Да, — подтвердила Лаура, поднимая воротник джинсовой куртки. — Зрелище начинается с наступлением темноты и повторяется по выходным до конца года. Советую посмотреть до отъезда.

— Вы еще здесь, мисс Спенсер? — улыбнулся девушке Альфонс. — Хорошего вам вечера, мистер Хоук.

— И тебе тоже, Альфонс, — кивнул Джек.

— Я думал, вы на празднике с…

— Нам пришлось отменить встречу. Мне нужно такси, чтобы добраться до дома.

— Нет проблем. — Портье свистнул, и к ним тут же подъехала машина. — Жаль, что вы не поедете в Дубы, мадам. Знаю, как вы любили ездить туда с дедушкой.

— Ничего, Альфонс. Посмотрю в другой раз.

Портье открыл перед Лауры дверцу машины. Но прежде, чем девушка успела сесть, Джек схватил ее за локоть и сказал:

— Зачем откладывать? Поехали сейчас. Со мной.

Лаура долго ломала себе голову над тем, что подвигло ее согласиться на предложение Джека сопровождать ее на праздник в Дубах. Этот человек был ее врагом. Вором, желающим украсть то, что принадлежит ей по праву. И независимо от того, выиграет она или проиграет чертово пари, которое они заключили, нужно быть полной идиоткой, чтобы открыть свое сердце такому человеку. Но одиночество, промелькнувшее в его взгляде, когда он попросил ее поехать с ним, затронуло какие-то струны в душе девушки. Она вспомнила, как коллеги рассказывали ей, что Джек провел День благодарения в одиночестве, заказав ужин в номер. Лаура заключила, что ей повезло: она еще ни одного праздника в своей жизни не проводила в одиночестве. Это одно из преимуществ бесконечных маминых замужеств. В разных уголках страны были семьи, где Лауру ждали с распростертыми объятиями. В прошлом году был единственный раз, когда Лаура праздновала День благодарения не со своими родными, а с родственниками Мэтта.

Лаура вспомнила, что не перезвонила Мэтту, как обещала. Воспользовавшись приездом своей сестры Хлое, она так и не увиделась больше с Мэттом. Да и не очень-то хотелось! Девушка переживала за него, но не любила. Во всяком случае, не такой любовью, которая связывала бабушку и дедушку. И несмотря на его признания, она не верила в любовь Мэтта. Если бы он любил ее по-настоящему, он бы понял, почему «Контесса» так много значит для Лауры. Но Мэтт не понял. Как не оценил и того, что девушка уехала из Калифорнии, чтобы спасти отель.

Лаура украдкой посмотрела на Джексона Хоука. В джинсах и спортивной куртке он уже не казался таким зловещим, как раньше. Его темные волосы растрепались на ветру, что придавало его лицу дополнительную чувственность.

Девушка отвернулась к окну. Будет непростительной ошибкой дать Хоуку понять, каким соблазнительным она его находит. В это мгновение такси занесло на повороте и Лаура едва не оказалась на коленях Джека. Девушка вытянула руки и подняла глаза, осознав, что зря это сделала. Жаркий взгляд мужчины обжигал и зачаровывал. Лаура поспешно отодвинулась.

— Прости.

— Нет проблем.

— Извините, — произнес водитель. — В этой части города ураган свирепствовал, как нигде.

— Мы понимаем, — отозвался Джек, не сводя глаз с Лауры.

— Улицы и до урагана находились не в лучшем состоянии, — вставила Лаура. — А после него и вовсе не проедешь. — Как будто в подтверждение ее слов, колесо машины снова попало в выбоину, и девушка упала на Джека.

— Ваша спутница права. Тут не на один день работ. Но люди постепенно начинают возвращаться. И запомните мои слова: Новый Орлеан еще всем себя покажет, просто нужно время прийти в себя.

Таксист стал отвечал по рации на вопрос диспетчера, а Джек повернулся к Лауре.

— Наверное, было нелегко покинуть Калифорнию, чтобы вернуться сюда.

— Мне было легко.

— Правда? Но большинство людей на твоем месте не оставили бы хорошую работу ради захудалого отеля в полуразрушенном городе.

— Я не большинство.

— Да. Именно это и интригует в тебе, Лаура Спенсер.

Не уверенная в том, как ей следует отвечать, Лаура предпочла промолчать и провести последние минуты поездки глядя в окно в попытке игнорировать своего соседа. Как только машина выехала к парку, Лаура стала отстегивать ремень безопасности.

— Дальше не проедем, ребята, — сообщил таксист. — Это уже не дорога, а… Не буду уточнять что. Придется пешочком.

Заплатив таксисту, Джек догнал ушедшую вперед Лауру.

— Раз уж ты заплатил за такси, я плачу за вход, — сказала та.

Но достать кошелек не успела, Джек уже протягивал контролеру пятидесятидолларовую купюру.

— Опоздала. Ничего, потом угостишь меня кофе.

Не желая спорить, Лаура промолчала. Они вошли в ворота парка и оказались среди буйства ярких огней и красок. На дубах словно звезды мерцали белые фонарики, елки, украшенные пестрыми игрушками, вызывали восторг у детей и родителей. Самые маленькие визжали от восторга при виде Санта-Клауса.

— Как в детстве?

— Да. И нет. Раньше было больше деревьев. И соответственно гирлянд. — Девушка махнула рукой перед собой. — Здесь проходила дорога, по которой можно было проехать на машине и любоваться всем этим великолепием из окна. В холодные или дождливые ночи многие люди так и делали. А еще здесь можно было прокатиться в карете, запряженной лошадьми.

Джек улыбался, искренне, весело. Кажется, в этот момент Джексон Хоук был по-настоящему счастлив. Лауре грело душу осознание того, что это она, пусть и невольно, сделала его счастливым.

— А это еще что за грохочущий звук?

Лаура неожиданно развеселилась.

— Здесь есть небольшая железная дорога, поезд совершает круг по парку мимо декораций старого города. — Она потянула его за рукав. — Идем, я покажу тебе.

Она показала ему старый поезд и декорации, выставку елей, украшенных самодельными игрушками, и наконец привела его к своей любимой в детстве карусели.

— Ей больше ста лет, — пояснила Лаура, рассказав, что пронесшийся ураган сломал аттракцион. — Она уже, конечно, не так впечатляет. Краска облупилась и потускнела, но поверь: до урагана карусель была очень красивая.