Патриция Хорст - О ком грустит Пьеро

— Я поняла, — с заговорщицкой улыбкой произнесла Элис. — Ладно, сейчас приглашу его сюда. Принести что-нибудь выпить? Если у тебя действительно мигрень, глоток коньяка не помешает.

Кэтрин откинулась на спинку кресла и прикрыла на мгновение глаза. Все ее попытки провести подругу оборачивались против нее самой. Элис слишком хорошо разбиралась в жизни и не собиралась в угоду приличиям делать вид, что не понимает скрытых желаний Кэтрин.

— Здравствуйте! — Дэвид появился из-за двери совершенно бесшумно. — Вы плохо себя чувствуете?

— Нет, не беспокойтесь.

Кэтрин встала ему навстречу, протягивая прохладную узкую ладонь для приветственного рукопожатия. Но Дэвид вместо этого поднес к губам ее вздрогнувшие пальцы и задержал их на мгновение. Эта тайная ласка заставила сердце Кэтрин затрепетать, она не сразу смогла найти нужные слова для поддержания беседы.

— Вы… Как идут ваши дела? — спросила она, невольно спрятав руку за спину. — Нашли новых заказчиков?

— Увы, пока нет. — Когда Дэвид улыбался, от уголков его пронзительно синих глаз разбегались тончайшие лучики морщинок. — Мое имя ничего не говорит здешним людям. Скорей всего, они просто опасаются, что я обманщик или шарлатан. Даже мой диплом не производит никакого впечатления.

— Как жаль, — сказала Кэтрин. — Я могу познакомить вас с отцом: он состоит в клубе «Белая лошадь» и знаком со многими богатыми людьми. Возможно, он сможет порекомендовать вам, к кому лучше обратиться.

— Спасибо, но… Мне кажется, он будет не слишком рад такому знакомству, — ответил Дэвид. — Зачем вам лишние неприятности?

В гостиную неслышно вошел слуга с подносом, на котором стояли два бокала. Опустив их на столик и поклонившись, слуга так же бесшумно скрылся за тяжелой портьерой. В комнате повисло неловкое молчание, потом Кэтрин, спохватившись, что уже довольно долго не отрываясь смотрит на Дэвида, смущенно сказала:

— Вам, наверное, хочется пообщаться с другими гостями, а я вас задерживаю…

— Я пришел сюда только ради вас, — ответил он тихо и отвел глаза. — Почему-то считается, что люди, оставшись наедине, обязательно должны о чем-то говорить. Но и в тишине иногда скрыт смысл.

За дверью послышались голоса и смех, и в гостиную вошло несколько человек.

— Кэтрин! — воскликнула одна из женщин, шутливо грозя пальцем. — О чем это ты секретничаешь здесь?

— Я… — Кэтрин почувствовала, как румянец заливает ее щеки, и рассердилась на себя и на Маргарет, которой всегда не хватало такта. — Мы с мистером Колбери обсуждали достоинства калифорнийской погоды.

— Неужели? Как интересно, — медленно проговорила Маргарет, пристально разглядывая Дэвида. — Кстати, тебя разыскивает Арчибальд.

Кэтрин холодно кивнула, но не двинулась с места. Какая теперь разница! Маргарет не преминет язвительно упомянуть при родителях, что их дочь прячется в полутемной гостиной, с никому не известным мужчиной. Светская жизнь — это не только коктейли, танцы, беззаботный смех и пинты виски. Это еще и хитроумно сплетенные интриги, зависть, перешептывания за спиной, косые взгляды. Это ежедневно меняющаяся выставка причесок, драгоценностей и вечерних платьев от лучших кутюрье.

Маргарет торжествующе улыбнулась: Кэтрин знала, что та никогда не испытывала к ней добрых чувств, завидуя ее когда-то удачному браку с Тимоти.

— А вы, мистер Колбери, чем занимаетесь? — спросила Маргарет, как бы невзначай загораживая его от Кэтрин.

— Я архитектор, специализируюсь на проектах коттеджей и особняков, — спокойно ответил Дэвид, ничего не замечая.

Он ведь не был искушен в подобных делах и разговорах, где каждое слово, каждый жест несут в себе двойной смысл, где за мимолетным движением руки может скрываться явная угроза, а за добродушной усмешкой — презрение.

— О, как это мило! — воскликнула Маргарет. — Возможно, вы сможете мне помочь. Вот моя визитная карточка, позвоните как-нибудь.

Кэтрин побледнела и отвернулась. Это уже переходило всякие границы. Нечестная игра — Маргарет просто понравился Дэвид, и она решила воспользоваться удобным случаем, чтобы пригласить его к себе. Ну конечно, ужин при свечах, шампанское, и они вдвоем, потому что остальные гости вдруг оказались страшно чем-то заняты.

— Прошу к столу! — Элис появилась очень вовремя, разрядив напряженную ситуацию. — Что за удовольствие сидеть в душной комнате, когда на улице такая чудесная погода.

Все вышли в сад, где на аккуратно подстриженной лужайке стояли столы. Солнце постепенно склонялось к горизонту, отбрасывая на траву нежный розоватый отблеск. В кустах жасмина щебетали птицы, ветерок приносил с океана свежесть и прохладу.

Дэвид опустился на стул рядом с Кэтрин и удивленно посмотрел на нее. Казалось, она была чем-то расстроена: взгляд серых глаз блуждал по знакомым лицам, уголки губ печально опустились.

— Вас что-то огорчило? — с тревогой спросил Дэвид. — Или все еще нездоровится?

— Не обращайте внимания. — Ее ответ прозвучал слишком резко, и она попыталась смягчить его слабой улыбкой. — Вам понравилась Маргарет?

— А кто это?

— Та длинноногая брюнетка, что дала вам свою визитку, — сказала Кэтрин сердито. — Она и сейчас на вас смотрит.

— Знаете, я как-то не обратил внимания, — растерянно ответил Дэвид. — Но если она действительно сможет предложить мне работу…

— Не стройте из себя наивного мальчика. — Кэтрин заметила, что на них начали оглядываться, и понизила голос. — Ей нужен не чертеж, а вы! Она коллекционирует красивых мужчин, как некоторые — бабочек.

Дэвид пожал плечами: все эти сложности начинали понемногу утомлять его. Насколько было бы лучше сейчас прогуляться по улицам, зайти в открытое кафе и выпить вина или просто посидеть в одиночестве, ни о чем не думая, не строя никаких планов. Ему совершенно не нравились эти самовлюбленные люди, поглощенные собой и собственными удовольствиями.

— Послушайте, а давайте сбежим, — вдруг предложил он, наклоняясь к Кэтрин и вдыхая сладкий аромат ее духов. — Мне жаль тратить такой вечер на пустые разговоры.

— Но… Это невозможно! Что о нас подумают? — Она недоуменно покачала головой. — Нет, мистер Колбери, я никак не могу.

— Что ж, тогда останусь и я, должен же кто-то вас развлекать. — Он обреченно вздохнул и отпил большой глоток коньяка. — Хотите, я расскажу вам об архитектуре Италии? Я ездил туда на стажировку.

Кэтрин заслушалась и не заметила, как настал вечер. Повсюду зажглись разноцветные фонарики, спрятанные в кустах или среди ветвей деревьев. Из окна особняка доносилась приглушенная грустная мелодия, заглушаемая голосами и взрывами смеха.