Патриция Хорст - Искушение

У нее так и вертелся на языке вопрос: «Даже моей?» Но она воздержалась от него, холодно заметив:

— Ну конечно же. И не беспокойся о том, что у нас войдет в привычку звать тебя каждый раз, когда у нас возникнут чрезвычайные обстоятельства. Мы гордимся тем, что достаточно самостоятельны.

Однако, как и любое другое утверждение, сделанное Мэри за последние часы, это тоже оказалось ложным. К утру колено Шанталь страшно распухло, и пришлось опять обратиться к Патрику.

— Мне вспоминается, что оно как-то не так повернулось, когда я упала, — нехотя призналась Шанталь, когда он пришел на нее взглянуть.

— Если бы вы поехали в больницу на обследование, как я предлагал, вашей ногой можно было бы заняться еще ночью, — заметил Патрик.

— По сравнению с тем, что случилось прошлой ночью, это вообще не заслуживает упоминания. В любом случае, предполагается, что ты врач, вот и займись этим.

— Мне совсем не улыбается, чтобы вы подали на меня в суд за преступную небрежность, миссис Дюбуа, — заявил он. — Во-первых, я больше не занимаюсь врачебной практикой, и, во-вторых, вам необходимо пройти рентгеновское обследование. И считайте, что вам крупно повезло, если вы не сломали шейку бедра.

— Если это пример того, как ты относился к пациентам, то просто замечательно, что ты больше не лечишь больных! — отрезала Шанталь.

Мэри обреченно вздохнула. К этому времени она уже успела съездить в Монжуа, чтобы встретиться с брандмейстером и услышать его отчет о последствиях произошедшей прошлой ночью трагедии. Он позволил ей забрать несколько платьев и других необходимых вещей, но был непреклонен в вопросе о том, что домом в его теперешнем состоянии пользоваться будет нельзя.

Гостиная, к сожалению, была уничтожена практически полностью, вся мебель в ней почернела и намокла от воды, но самое главное — произошли какие-то повреждения в несущей стене. Ну, и, конечно, весь дом пропах дымом. Из его слов Мэри поняла, что пройдут недели, прежде чем они смогут вернуться домой, — новость не из тех, которые способны порадовать.

С точки зрения Мэри, проблем было более чем достаточно, и ей совсем не улыбалось вмешиваться еще и в эту свару. Шанталь явно решила изводить Патрика своими насмешками, и у нее это, несомненно, получалось отлично. А вот самой Мэри с трудом удавалось сдерживать эмоции, когда дело касалось его…

— Я отвезу вас в больницу, — предложила она, надеясь отвлечь внимание своей бабушки. — А потом, когда вам окажут первую помощь, мы снимем в отеле номер и решим, что делать дальше.

— С какой это стати? — воскликнула Дороти, вошедшая в комнату как раз вовремя, чтобы услышать конец разговора. — В этом доме достаточно комнат, чтобы нам не пришлось спать вповалку.

— Ты очень добра, — с преувеличенной вежливостью пропела Шанталь, — но это обернется для тебя дополнительными хлопотами, так что вопросов здесь быть не может.

— Не торопись отказываться от моих услуг, — сказала Дороти. — На носу лето, и туристы уже начинают заполонять все вокруг. А вдруг ни в одном отеле не окажется свободных номеров? Куда ты тогда денешься, Шанталь Дюбуа, если не желаешь обременять собственную семью своим брюзгливым присутствием? Как-то я плохо представляю себе, что ты будешь жить в палатке, пока твой убогий дом не восстановят.

— Позвони и вызови такси, Мэри Клэр! — велела Шанталь, не удостаивая вниманием такие ничтожные аргументы. — У нас есть дело, и я хочу завершить его чем раньше, тем лучше.

Когда они приехали в больницу, Патрик поговорил с лечащим врачом Шанталь, чье мнение полностью совпало с его собственным, сказал, что заедет за ними часа через три и немедленно исчез.

Мэри восприняла это с огромным облегчением и отправилась на поиски Терезы.

Как оказалось, у той не было проблемы с жильем.

— Не надо мне никакой гостиницы, мисс Мэри, — объявила она, забирая свою одежду. — Моя невестка уже столько месяцев зовет меня погостить. Вот теперь я это и сделаю. Когда у мадам все будет готово к тому, чтобы я вернулась и приступила к работе, пусть позвонит. Дом невестки на другом краю городка, так что я буду в Монжуа немедленно.

— Хорошо, позволь мне хоть проводить тебя до такси, — сказала Мэри.

— Это все сигареты! — сообщила ей Тереза по секрету, пока они ждали лифта. — Мадам никогда не признается, но это просто чудо, что она не спалила дом еще задолго до прошлой ночи. Видите ли, она засыпает с зажженной сигаретой в руке…

Ее признание лишь подтверждало то, что указал в своем отчете брандмейстер.

— Мне очень жаль, что тебе приходилось справляться со всем этим в одиночку, — вздохнула Мэри. — То, что ты мне сейчас рассказала, еще больше укрепляет меня в моем решении. Нам придется позаботиться о лучшей организации жизни в Монжуа, когда он будет отремонтирован. А до тех пор мы будем жить в гостинице, там ты и найдешь нас, если тебе что-нибудь понадобится.

Но Дороти, судя по всему, была наделена божественным даром предвидения: в «Нью-Виллидж отеле» — самой престижной гостинице в городе — могли предоставить им комнату самое большее на пару дней. А после этого все номера были забронированы до окончания сезона. Таким образом, надежды обеспечить себе место для длительного проживания оказались похороненными.

Мэри поняла, что избавиться от общества Патрика так ловко и быстро, как она надеялась, не удастся. Если в ближайшие час, другой не произойдет какого-нибудь чуда, у них с Шанталь не останется иного выбора, как воспользоваться гостеприимством Дороти, пока в Монжуа опять нельзя будет жить.

Мысль о том, что придется лицезреть Патрика три раза в день за обеденным столом и спать всего лишь этажом ниже, вызвала у Мэри приступ головокружения.

3

Казалось весьма символичным, что первым человеком, с которым Мэри столкнулась на улице сразу после того, как рассталась с Терезой, был Патрик. Он только что пересек дорогу, выйдя из почты, и был так увлечен просмотром полученной корреспонденции, что столкнулся с ней в самом буквальном смысле слова.

— Извините, — пробормотал он с отсутствующим видом, машинально протянув руку, чтобы поддержать ее, и только потом осознал, кого именно он чуть не сбил с ног.

На какое-то мгновение ей вдруг вспомнился тот день, когда она влюбилась в него. Тогда он тоже налетел на нее, как танк, и тоже, судя по всему, не слишком задумывался, с кем имеет дело… Один поцелуй следовал за другим, и ей чудилось в них «навеки». К сожалению, это оказалось таковым только для нее…

— Хорошо, что это ты, а не твоя бабушка, — усмехнулся Патрик, и на какую-то долю секунды в нем мелькнуло что-то от того человека, которым он некогда был. — Она несомненно пообещала бы подать на меня в суд. Ну что, тебе удалось устроиться в гостинице?