Кристин Лестер - Заблудившийся ангел

Он же явно из богатой семьи! — в ужасе подумала Синди. Он же дорого одет! И эта прическа, и его джинсы, которые, она теперь точно разглядела, стоят недешево. А куртка! Тончайшая кожа, сшитая так, что комар носу не подточит, и явно не из секонд-хенда. Это — новая вещь. И очень дорогая.

— Слушай, а кто твои родители?

— Я так и знал! — Джи почему-то обиженно отвернулся.

— А что такого?

— Все об этом спрашивают.

— Если спрашивают, значит, им интересно!

— Я же говорил, я ушел из дому сразу после окончания школы. Моя семья самая обычная. Они живут не в Лос-Анджелесе.

— Во-первых, ты мне ничего не говорил. А во-вторых, я почему-то думала, что ты местный…

Джи покачал головой:

— Я такой же, как и ты. Только обитаю тут уже четвертый год.

— А где живет твоя семья?

— В другом штате. Я давно их не видел.

— Ты на них за что-то обижен?

— Нет. Это я во всем виноват. Но мне почему-то не верят, когда я рассказываю о своей семье.

— А живешь ты сейчас в этой самой съемной квартире?

— Да.

— Но ты говоришь, что у тебя мало денег. А район дорогой.

— Синди, ты что, полицейский?

— Нет, извини.

Она помолчала. В самом деле, что она прицепилась к человеку? Ведь если тебе в голову пришла какая-то нелепая мысль или подозрение, это вовсе не означает, что окружающие должны страдать от твоих фантазий. Может, он действительно говорит правду!

В любом случае не надо к нему привязываться. Больше чем хочет, он все равно не скажет.

— А скутер — подарок моего приятеля.

— Как подарок?

— Фактически. Мой приятель занимается скупкой подержанных авто и мотоциклов. Вот привозят к нему это чудо и продают. Он тут же звонит мне, я приезжаю и выкупаю Джо по первоначальной цене.

— То есть твой приятель даже не наварился?

— А как бы он стал навариваться на мне? Все по-честному.

— Любопытно.

Он улыбнулся:

— Синди, мне почему-то кажется, что ты все равно не веришь мне.

— Видишь ли, Джи! От парня, который живет бедно, не будет пахнуть одеколоном за пять сотен. Но я тебе готова поверить. Извини за нелепый допрос. Это действительно было некрасиво с моей стороны.

— Да перестань ты! — расхохотался он. — Вот ты жалуешься, что тебя воспринимают слишком серьезно, а сама?

— А что сама?

— Снова говоришь всякие серьезные глупости… «Некрасиво с моей стороны»… Проехали! Давай-ка лучше выпьем! А то у нас сейчас все вино выветрится, мы совсем про него забыли.

— Да, в самом деле. Я сегодня была такая молодец! За мой экзамен!

Синди одним глотком осушила бокал и тоскливо уставилась на воду. Джи тотчас заметил эти странные перемены в ее настроении:

— Что с тобой? Что-то не так?

— А? — Она с трудом растянулась в улыбке. — Ничего! Тебе показалось.

Он взял ее за руку:

— Синди, не лукавь. Я же вижу, что тебе плохо. Что случилось?

Она из последних сил собралась с духом. Плакать сейчас в любом случае нельзя. А с каждым глотком вина хочется все сильнее.

— Ты как будто не рада, что сдала первый экзамен.

— Ах, если бы ты знал!

Она вдруг мысленно одернула себя: а ну хватит хандрить! Как старая соседка-пьянчужка, которая жила через дом от ее родителей. Та всегда начинала плакать, когда напивалась.

Нет, надо взять себя в руки. Джи, конечно, темная лошадка, и у него могут быть всякие связи, но вряд ли чем-то реально сможет помочь со школой танцев. А вот с работой… Все-таки надо поговорить, пока ее совсем не развезло от вина и жалости к себе. Ведь ради этого разговора она и назначила свидание.

— Синди, ты можешь мне объяснить, что происходит?

— Послушай, Джи. А ты не мог бы мне немного помочь сориентироваться в одном вопросе?

— Все, что в моих силах!

— Это хорошо. — Она задумчиво закусила губу и немного помолчала.

Джи принялся исподтишка любоваться ею, как вчера. Он вообще всегда так делал, когда наступала пауза. Больше всего он почему-то любил смотреть на ее профиль, словно старался запомнить. Может, он все-таки художник? — подумала Синди.

— Дело в том, Джи, что мне нужна работа, — бухнула она без всякого вступления, потому что оно сейчас все равно бы не получилось.

— Работа?

— Конечно. Я же буду учиться. — В этом месте она поперхнулась и тут же заставила себя успокоиться. А что? Она же будет учиться на подготовительном отделении! — Ну вот, поэтому мне нужно подрабатывать где-нибудь, потому что моя семья не в состоянии обеспечить мне проживание в городе.

Джи задумался:

— Работа…

— Ну самое простое, конечно, официанткой. Но мне не очень хочется… Но если ты не можешь ничего посоветовать… просто я-то ничего и никого здесь не знаю, и просто я…

— Хорошо, я подумаю. Завтра что-нибудь найдем.

Ее поразила простота и деловитость, с которой были сказаны эти слова. Как будто Джи был магнат, и ему ничего не стоило устроить бедную девушку в одно из своих многочисленных предприятий.

Она покосилась на него:

— А… что мы завтра найдем?

— Время покажет. Постараюсь сделать все, что в моих силах.

— Хорошо. Я тебе верю.

Несколько минут оба молчали, думая каждый о своем. Вино тем временем все больше давало о себе знать: Синди пила уже третий бокал на пустой желудок. А после такого насыщенного и, прямо сказать, нелегкого дня это было слишком много для того, чтобы голова оставалась ясной.

— Знаешь, Джи, сегодня я кое-что поняла. И кое-что решила.

— Что ты решила?

— Я решила больше не откладывать на потом развлечения и удовольствия жизни.

— А раньше откладывала?

Она кивнула:

— Практически всегда. Это все потому, что была старшей.

— Мы уже договорились, что старшим буду я, — улыбнулся Джи.

— Это хорошо. Ты поможешь мне? О, Джи, я уже второй раз прошу тебя о помощи.

Он вдруг прижал палец к ее губам:

— Тсс!

— Почему? — шепотом спросила она.

— Потому что ты снова начинаешь говорить серьезные глупости. Какая разница, сколько раз и о чем ты меня попросишь! Я всегда рад помочь! Особенно в таком приятном вопросе, как развлечения.

— Я просто никого, кроме тебя, не знаю в этом городе. А в шко… в университете пока ни с кем не познакомилась настолько близко, чтобы пойти развлекаться…

— Тсс! — Он снова легонько прижал палец к ее губам. — Не говори больше ничего… Ты знаешь, что ты очень красивая? Похожа на русалку. Или — на лесную фею…

— Нет, правда, Джи! Может, на днях я смогу… А сейчас получается…

Дальше она не успела ничего сказать, потому что Джи молча обнял ее и начал целовать. Но на этот раз — гораздо более смело и, как показалось Синди, слишком искусно для девятнадцатилетнего мальчика. А может, все это — от вина?