Эллисон Хэдер - Околдованные любовью

Рыжая, рыжая, конопатая! Джаред припомнил, как они потешались над ней на весеннем празднике в школе. Подкалывали-то, правда, всех, но Элизабет было вовсе не смешно. На следующий же день, купив себе химический выпрямитель для волос, она намазала им голову. Результат был чудовищный.

Ей пришлось остричься почти наголо, а то, что осталось, торчало какими-то пучками, все равно кудрявыми.

Джаред обнаружил ее в классе, рыдающую, в то время, когда они должны были присутствовать на церемонии вручения дипломов.

И в тот самый момент, когда надо было подняться на сцену и торжественно получить диплом, Джаред Ратледж сделал Элизабет Уилкокс предложение.

– Что это тебя так развеселило? – сурово спросила Лиззи, заметив на его лице улыбку.

– Воспоминания.

Некоторое время он смотрел на нее, потом обвел рукой кабинет.

– Я вижу, ты отлично устроилась. Какую часть здания ты занимаешь?

– Все здание мое. – Вот тебе, Джаред, получай!

– Поздравляю. – Он перевел взгляд на футляр с бумагами у нее на коленях.

Его ответ не удовлетворил Лиззи.

– Элизабет, я хотел посоветоваться с тобой насчет моего проекта. Если ты не против.

– Я не против, если ты прекратишь свои выпады.

– С удовольствием, если ты прекратишь свои детские выходки.

– Детские выходки?

– Да – как в тот день, когда ты удрала.

Лиззи порывисто поднялась, обошла стол и, прислонившись к стене, скрестила на груди руки Стоять так, возвышаясь над сидящим Джаредом, было невежливо, но она решила не обращать на это внимания и глубоко вздохнула.

– Я удрала, потому что не было смысла оставаться. – Что? – Кажется, он смутился.

– Я отменила свои встречи, я потратила время на перелет в Даллас, а ты меня оскорбил – в который уж раз. Раньше я старалась не реагировать. чтобы это не затронуло нашего бизнеса, нашего брака… Но теперь у нас нет ни общего бизнеса, ничего. Больше мне нет нужды сносить твои оскорбления…

– Оскорбления? – Брови Джареда сдвинулись в одну широкую линию.

– …и я не буду.

Лиззи видела, что он едва сдерживается. Как все это знакомо… Почему нельзя просто высказать все прямо? Или закричать? Или швырнуть что-нибудь?

– Мы были очень молоды, Элизабет, – холодно сказал он, – и потом наши пути в бизнесе разошлись.

– И в личной жизни тоже.

Наступило молчание.

– Я с удовольствием вспоминаю нашу личную жизнь, – наконец сказал Джаред.

Лиззи захотелось его ударить. Как он может так спокойно говорить? Они были без ума друг от друга. Они были супругами четыре года. Лиззи думала, что проведет с ним всю оставшуюся жизнь. А теперь он говорит об этом как о короткой интрижке давней молодости.

– Давай наконец распишем наши роли. Ты делаешь мне одолжение, я это понимаю. Я перед тобой в долгу. Что скажешь насчет милости к побежденным? Он протянул ей руку ладонью вверх. В ответ Лиззи протянула свою, хотя и понимала, что это просто его хитрый прием. – Как знать, – проговорил он, сжав ее пальцы, – может быть, и я тебе понадоблюсь.

Никогда, было первой ее мыслью. Ты уверена? – мелькнула вторая, когда тепло его пальцев всколыхнуло в ней прежние чувства.

Лиззи уставилась на свою ладонь в его руке. У Джареда были прекрасные руки, с длинными красивыми пальцами. Лиззи так любила смотреть, как он рисует, так же нежно сжимая карандаш, как сжимал в объятиях ее.

Джаред медленно выпустил ее руку. Лиззи почувствовала, как его пальцы ускользают из ее ладони.

Он медленно разложил на столе чертежи, отодвинув приставку для карандашей и тарелку с кукурузными хлопьями.

Назад в настоящее. Лиззи моргнула, заставляя себя всмотреться в чертежи.

– У тебя слишком много пустого места – Нет, – возразил Джаред. – Я должен быть уверен, что здесь смогут проехать инвалидные коляски.

– Хмм. – Соберись, Лиззи. Она оперлась на край стола, рассматривая чертежи, ее сердце сладко замирало при виде массы неиспользованных возможностей, которые могли бы позволить этому «Дому ужасов» соперничать с лучшими «Домами». В том числе и ее.

– Я хочу с помощью этого «Дома» помочь клинике заработать. Им это необходимо. Сам я встану на ноги быстро, и мне хотелось бы помочь другим.

Лиззи посмотрела на него.

– Так вот откуда ты знаешь эту клинику.

Джаред улыбнулся.

– Да. Я чуть было не сошел с ума, ожидая очереди. – Его улыбка погасла. Но дети меня тронули. Я поправлюсь. А кто-то из них – нет.

Он вернулся к чертежам, а перед глазами Лиззи стояла картина: Джаред в клинике, в окружении детей-инвалидов.

– О, Джаред. – Она закрыла лицо руками. – Единственное, чего я не могу перенести, – это детское горе. Но мои «Дома» требуют на постройку несколько недель. Ты не успеешь в этом году. – Она отвела руки от лица и посмотрела на Джареда. – Мне очень жаль. Честное слово.

Его лицо посуровело.

– Тогда сделай что-нибудь временное, легкое.

Лиззи покачала головой.

– Я занята. Абсолютно. Даже на простенький проект нужна уйма времени.

Я…

Джаред сжал ее руки в своих.

– Прошу тебя…

Хитрюга. Смотрит на нее снизу вверх. Шантажирует детьми-инвалидами. Как она может ему отказать? Ее замучит совесть.

Вздохнув, она предупредила:

– Это будет трудно. И дорого.

Джаред с облегчением улыбнулся:

– Я знал, что ты согласишься.

Лиззи тут же пожалела о своем решении.

– Я не шучу насчет денег. Придется учитывать сверхурочные и сжатые сроки.

Может быть, овчинка выделки не стоит?

– Насчет денег не беспокойся. – Джаред отмел этот вопрос как пустяковый.

– Сегодня мои родители устраивают небольшой прием. Вечеринку для сбора средств. Вот почему я в Хьюстоне.

– Они решили сделать это, еще не зная, что я соглашусь помочь? – А она-то вообразила, что он прилетел только ради нее.

Джаред отъехал назад.

– Они не знают никого, кто мог бы устоять перед обаянием их сына.

Лиззи хотелось чем-нибудь швырнуть в него.

– Приду за тобой в половине восьмого. – Он покатил к выходу.

– Не поеду!

– Но ты должна там быть.

– Меня не приглашали. – Родители Джареда если и приглашали ее куда-нибудь, то без особой охоты.

– Считай, что ты приглашена, – небрежно бросил Джаред. – Кто еще может так хорошо убедить людей вложить деньги, как не ты?

– А тебя не волнует, что у меня на сегодня могут быть другие планы? Лиззи вышла за ним в холл.

– Нет. – Он улыбнулся ей через плечо. – Карлин сказала, что ты свободна.

– Карлин не касается мое личное время! – громко, специально для Карлин, заявила Лиззи. – К тому же когда я должна делать проект?

– У тебя впереди целый день. Да и нужно-то всего несколько набросков. Эти люди – не архитекторы.