Дмитрий Ребров - Мне не нужна любовь

— Ну как? Жива? — наклонилась к Свете ее добровольная банщица.

В ответ Света смогла лишь умиротворенно и благодарно улыбнуться.

— Тогда переворачивайся, — последовала очередная команда.

Света легла на спину, непроизвольно прикрыв одной рукою грудь, а другой — низ живота.

— А ну-ка, убери руки! — прикрикнула на нее женщина. — Ничего с твоими прелестями не случится, только слаще станут, — усмехнулась она.

И опять летал в жарком душистом воздухе парной волшебный веник, то интимно-нежный, то безжалостно-мучительный. Силы совсем оставили Свету, тело стало казаться чужим, уже не подвластным ее воле. Да и воли-то у нее, похоже, больше не осталось — всю до капельки выпарил банный жар…

— Все! Для первого раза — хватит! Теперь вставай и дуй за мной, — Света услышала сквозь звон в ушах чей-то далекий голос.

Она покорно поднялась с лавки и, пошатываясь от изнеможения, осторожно спустилась вниз, к выходу. Дверь распахнулась, парилка выдохнула их обеих, окутанных клубами пара, из своего раскаленного чрева. Женщина бросилась к бассейну, увлекая за собой совершенно обессиленную Свету, и, отшвырнув в сторону веник и шляпу, с разбегу ухнула в воду. Вынырнув на поверхность, она обернулась к стоящей в нерешительности Свете и недоуменно выдохнула:

— Ну?!

«А-а-а… Помирать, так с музыкой!» — отрешенно подумала Света. Непослушными ногами она ступила на край бассейна и, зажмурив глаза, с утробным стоном рухнула вниз…

Ее раскаленное докрасна тело не ощутило холода воды — только сразу перехватило дыхание, и Света почувствовала, как тысячи тончайших иголок впились в каждый сантиметр ее кожи. Немного побарахтавшись, она выбралась из воды. Тело снова горело — на этот раз от бесчисленных легких покалываний, остатки сил утонули в бассейне, Свете надо было срочно сесть, а еще лучше — лечь. Она беспомощно озиралась в поисках своей наставницы, без ее указаний Света была не в состоянии уже и шагу ступить.

— Пойдем-пойдем, я тебя сейчас чайком угощу, — подошла сзади она. — Тебя звать-то как?

— Света, — едва ворочая языком, представилась она.

— А я — Вера.

Вера помогла Свете закутаться в чистую простыню и усадила на кстати освободившееся по соседству место. Из сумки был извлечен огромных размеров термос, и в руках Светы появилась кружка с ароматнейшим чаем, заваренным на душистых травах, листьях смородины и брусники. Прихлебывая обжигающий напиток, Света постепенно приходила в себя, отходя от изнурительного знакомства с русской баней. Вера, хорошо понимая ее состояние, с вопросами не приставала, дав новичку время спокойно оклематься.

Допив чай, Света сходила за своими вещами, окончательно переселившись к новой знакомой. Они с Верой налили по второй и, под духмяный чаек, начался неспешный разговор.

— Так ты в самом деле здесь в первый раз? — спросила Вера.

— Не только здесь, вообще — в русской бане.

— Что ж, хорошее дело начать никогда не поздно. И что же, интересно знать, тебя сюда привело? Наверное, ради красоты на муки пошла? Жирок согнать хочешь? — подмигнула Вера.

— Да нет, — расслабленно протянула Света, — просто затеяла дома ремонт, и сейчас моя ванная — одни сплошные руины…

— Так ты что, только помыться сюда пришла? — изумилась Вера.

— Ага…

— Ну вот, а я тебя — веничком приголубила, — она засмеялась. — Ты уж извини, я не знала… Что ж ты в парную-то полезла?

— Так… любопытно… — пожала плечами Света. — Мне один человек весьма настоятельно рекомендовал попробовать.

— А человек-то этот… мужского пола?

Света кивнула, опять вспомнив Андрея, теперь — с мимолетной благодарностью.

— Понятно… Меня тоже к парной муж пристрастил. Он сам-то деревенский был, баню больше жизни любил и разбирался в этом деле до тонкостей, не хуже, чем в микробиологии, — Вера мягко улыбнулась, вспомнив о муже. — Такой, знаешь, Алеша Бесконвойный[1]…

— А он?.. — Свету смутило слово «был».

— Он был ученым-микробиологом и умер шесть лет назад от рака… Эх, Светочка, ты бы видела, какую баню он у нас на даче отгрохал! Чудо просто! Когда я дачу продавала — спать не могла, так баню жалко было… Все же его руками…

— Так, может, не стоило ее тогда продавать?..

— А что делать? Детей надо было поднимать — учить, женить, устраивать… Что я со своей профессорской зарплатой могла для них сделать? А тут еще внуки появились… — махнула рукой Вера.

— Что вы говорите? Внуки? Сколько же вам лет? — Света с интересом осмотрела гибкую фигуру своей соседки, ее стройные ноги и плоский живот — на вид ей было лет сорок или около того.

— Сейчас же прекрати «выкать». В бане это так же нелепо, как «тыкать», скажем, в консерватории, — категорично заявила Вера и добавила, без тени кокетства отвечая на заданный вопрос: — Мне 52 года.

— Быть этого не может! — Света даже привстала от удивления.

— Знаешь, ты не первая говоришь мне нечто подобное, но, стыдно признаться, каждый раз слышать это чертовски приятно! — довольно рассмеялась Вера. — Вот будешь с веником дружить, Светочка, будешь еще лучше выглядеть! Ну, хватит рассиживать, парная ждет!

Хотя во второй раз в парилку Света заходила с некоторой опаской, все, вопреки ее ожиданиям, прошло на удивление гладко. То ли жар уже был не так силен, то ли организм Светы сумел быстро адаптироваться к необычным условиям, но никаких особых мук на этот раз она не испытала и парилась, можно сказать, в полное свое удовольствие.

Потом опять был бассейн, горячий чай и неторопливый разговор. Вера оказалась отличной собеседницей, слушать ее можно было бесконечно, однако Света определенно вошла во вкус к новым ощущениям, и третий заход в парную был сделан уже по ее инициативе. В этот раз ей, наконец, удалось довольно сносно пропарить Веру. От ее искренней похвалы Свете стало не просто приятно, а приятно заслуженно, как обычно бывает, когда сделанная с душой и старанием работа получает высокую оценку авторитетного специалиста.

И снова дымился в кружках чай, и две женщины, исполненные несомненной симпатией друг к другу, вели задушевные разговоры. Казалось, что пар размягчил не только тела, но и души. Света подспудно удивлялась сама себе — с какой легкостью и откровенностью она обсуждала самые деликатные темы с совершенно чужим, по сути дела, человеком. Время летело незаметно, Свете и в голову не приходило взглянуть на часы. Это сделала Вера.

— Ого, однако заболтались мы с тобой, Светочка, — озадаченно пробормотала она.

— А сколько там? — забеспокоилась вдруг и Света.

Вера ответила, и Света ахнула, вспомнив о договоре с Андреем. Получалось, что он ждал ее уже больше часа! Да и у Веры тоже были какие-то неотложные дела дома.