Мелани Рокс - Вулкан страстей

Все они до сих пор хранились у нее. Пол отказался взять себе фотокарточку, сославшись на то, что не желает испытывать судьбу и истеричную Элен. Правда, Пол всегда с удовольствием рассматривал эти фотографии. Джулии казалось, что они буквально излучают тепло и любовь, наполняя человека, смотрящего на них, добротой и хорошим настроением.

Сейчас, правда, ее настроение от взгляда на фотографию становилось все хуже и хуже. Тот день в парке был слишком далек от реальности, которая ее окружала. Джулия даже усомнилась, действительно ли он был. Может быть, фото – дело рук умелого мошенника, подставившего их с Полом головы в фотографию другой семейной пары? Точнее, фальшивка – лишь ее голова. На ее месте гораздо логичнее смотрелась бы маленькая белокурая головка Элен.

Джулия подошла к тумбочке и взяла в руки рамку с фотографией. Затем выдвинула верхний ящик и опустила в него фотографию. Если я уезжаю из этой квартиры, то незачем оставлять в ней Пола, решила она. Правда, мысли выкинуть фотографии у Джулии даже не промелькнуло. Она была похожа на обиженную женщину, всем своим видом демонстрировавшую оскорбленную добродетель, но при этом в глубине души надеявшуюся на продолжение тайного романа.

4

– Привет трудоголику! – задорно произнес Родриго, появившись на пороге кабинета Энрике Контареса.

Родриго был высоким загорелым мужчиной лет тридцати пяти. Черные длинные волосы были гладко зачесаны назад и стянуты на затылке в тугой хвост. В карих глазах сверкали искорки, свидетельствовавшие об авантюризме и страстности натуры. Женщины всех возрастов находили Родриго неотразимым красавцем. Впрочем, и Родриго был не прочь приударить за какой-нибудь прелестницей. До женитьбы, однако, дело ни разу не дошло. Родриго был не из тех мужчин, которые женятся. Женщины отказывались в это верить, всеми силами пытаясь завоевать его сердце. Но Родриго не отличался особым постоянством в любви. Вернее он слишком любил женщин, чтобы полюбить только одну из них. Впрочем, многочисленные любовные связи не превратили его в циничного и холодного развратника, менявшего подругу каждую ночь.

Несмотря на внешность мачо – бугры мускулов, широкие плечи и мощный торс, – Родриго искал настоящего друга и истинную любовь. Возможно, именно его романтизм притягивал как магнитом к Родриго женщин. А разве он мог оттолкнуть от себя одинокое, жаждавшее любви сердце? Он дарил любовницам ласку, нежность, заботу… Кто виноват, что любви и верности Родриго подарить не смог ни одной претендентке, как ни старался?

– О! Какие люди к нам пожаловали! Чем обязан столь редкому счастью?

Родриго усмехнулся. Друг вечно упрекал его в невнимательности и нечастых визитах, а стоило ему объявиться на пороге, так Энрике сразу убегал на очередные переговоры. Даже удивительно, что он до сих пор на месте, а ведь уже половина одиннадцатого утра. Родриго решил по пути на работу проведать старого товарища, в общем-то не особо рассчитывая на то, что у Энрике найдется пара минут на дружескую болтовню.

Родриго восхищался и, возможно, немного завидовал трудоспособности, деловой хватке и предприимчивости Энрике. Вот уж кому деньги достались заслуженно! Энрике был готов работать триста шестьдесят пять дней в году по двадцать четыре часа в сутки, при этом искренне получал удовольствие от собственных достижений. Дело было даже не в деньгах, хотя они представляли собой некий показатель престижности и авторитетности и тешили самолюбие их владельца.

Родриго и Энрике представляли собой довольно странную пару. Один в пестрой гавайской рубашке, неизменно расстегнутой и открывавшей загорелую мускулистую грудь, покрытую жесткими темными волосками. Другой – серьезный бизнесмен в строгом деловом костюме, рубашке и при галстуке. Моника всегда удивлялась их дружбе, пережившей не одно десятилетие.

– Да вот решил зайти на минутку, узнать, как у тебя дела и не свела ли работа тебя с ума, – произнес с усмешкой Родриго.

Энрике добродушно улыбнулся и развел руками.

– Как видишь, весь в делах.

– Я бы удивился, будь иначе, – заметил Родриго. – Как Моника, девочки? Говорят, сегодня большой детский праздник на Кафедральной площади.

– Да, Моника повела туда Флор и Катарину… – Энрике резко оборвал себя на полуслове и громко вскрикнул, как будто увидел привидение. – Проклятье! Совсем забыл!

Родриго с тревогой взглянул на друга.

– В чем дело?

– Моника меня убьет! – Энрике и в самом деле был не на шутку встревожен.

– Да что случилось? – нетерпеливо переспросил Родриго.

– Случилось то, что я форменный идиот!

– Самокритика – похвальное качество, но не для тебя. – Родриго усмехнулся. – По крайней мере, в делах – ты ас.

– Вот именно: дела, дела, дела… Я так заработался, что совершенно забыл о просьбе Моники. Нет, она меня точно прикончит! – Энрике всплеснул руками, затем схватился за голову и, выбежав из-за стола, в два шага подскочил к Родриго. – Ты просто обязан меня спасти!

Импульсивность и бешеный темперамент свойственны многим гавайцам, но Энрике – редкостный по генному набору экземпляр нации, подумал Родриго.

– Что я должен сделать? – спокойно спросил он, когда Энрике немного успокоился.

– Ты должен привезти в мой дом американку, женщину из Лос-Анджелеса.

Родриго удивленно вскинул брови.

– И всего-то? Только найти где-нибудь в Гонолулу американку и доставить ее тебе на дом? Ее упаковать или можно обойтись без яркого бантика и золотой фольги?

Энрике расхохотался.

– Вечно ты со своими шуточками.

– Какие уж тут шутки? – Родриго действительно не мог взять в толк, чего от него добивался друг.

– Американка – подруга Моники, сегодня прилетает в Гонолулу. Точнее, уже прилетела. Я должен был встретить ее в аэропорту в одиннадцать часов. Так что у тебя пятнадцать минут.

– У ме-ня-я-а? – протянул Родриго.

– Да, ты ведь не бросишь друга в беде. – Энрике бросился ему на шею. – Умоляю, Риго, ты ведь не допустишь, чтобы Моника свела меня с ума своими упреками и издевками?

– Эй, дружище, не паникуй. Я все улажу. – Родриго отстранил Энрике и ободряюще похлопал по плечу. – А почему, кстати, ты сам не можешь встретить ее?

– Я назначил на полдень важную встречу на другом конце города, а от аэропорта до моего дома полчаса езды. – Энрике заметил, что Родриго колеблется. – Я дам тебе свою машину. Ты в два счета управишься. Высадишь Джулию у дома, посигналишь, чтобы вышла Моника или Хуанита, и погонишь на работу.

– Джулия, говоришь… – задумчиво проронил Родриго. – Она красива? – спросил он, давая Энрике понять, что выполнит его просьбу лишь при этом условии.