Камилла Франс - Прихоть судьбы

— Все еще спите?

Стивен сладко потянулся, зевнул. Затем лениво приподнялся и с усмешкой спросил:

— Надо полагать, кругом не оказалось ни одной живой души?

Она с покорным видом глубоко вздохнула.

— Весьма прискорбно! — нахмурился Стивен. — Черт побери, я так надеялся, что вы хоть кого-нибудь подцепите. — Схватив Коломбину за руку, он потянул ее к себе. — Я должен посмотреть, как вы успели загореть, пока искали мне замену.

Он оперся на локоть и, расстегнув пуговицы ее жакета, несколько мгновений любовался ее обнаженной грудью, потом прищелкнул языком:

— Память меня не обманула: их — две!

Коломбина ухмыльнулась, но промолчала. Стивен наклонился над ней и поцеловал по очереди оба соска.

— Я не захватила презерватив, — прошептала она.

С неохотой оторвавшись от ее груди, Стивен вытянул губы и почти пропел в ответ:

— У меня по-о-лно их.

— Серьезно? Зачем же так много?

— Я как-то проезжал через маленький приморский городок и второпях скупил в местном магазине чуть ли не весь запас. Срок годности истекает только через год.

— Теперь вы верите, — глухо прошептала она, перебирая пальцами густые волосы Стивена, пока тот продолжал целовать ее сосок, — что я просто хочу вас? И мне не нужен безудержный разгул секса?

Поскольку губы Стивена были заняты, он утвердительно промычал.

— Вот это мне нравится, — удовлетворенно сказала Коломбина, с трудом отрывая его голову от своей груди и притягивая к лицу. Он воспользовался этим, чтобы тут же ввернуть:

— Так говорят все женщины…

— Вы уже объездили всю страну, проверяя свою теорию на практике?

— Вы забываете, что мне уже тридцать пять лет. Кроме того, я был женат.

— О да! Несомненно, вы — вполне опытный мужчина.

— Сколько вам лет?

— Совсем скоро исполнится тридцать.

Стивен вновь привлек девушку к себе. Он гладил ее тело, покрывал поцелуями… И все же первым услышал скрип тормозов подъезжавших машин и своим телом постарался заслонить ее от посторонних взглядов. Ральф тотчас же вскочил, выбежал из-за тента и застыл в охотничьей стойке. Владельцы автомобилей, видимо, колебались, остаться ли здесь или поискать другое место. Но грозный вид и настороженный взгляд огромной собаки заставил их избрать второй вариант. Оба автомобиля покатили дальше вдоль пляжа. Стивен посмотрел на Ральфа и поблагодарил его:

— Хороший пес!

— Р-р-раф, — откликнулся тот.

3

Арлекин сбросил свои туфли и снял пляжные тапочки с ног Коломбины. Затем вновь лег на подстилку и прижал девушку к себе.

— Поцелуй меня. Сделай свои губы мягкими и зовущими.

И он первым несколько раз ее поцеловал.

— Еще?

Она плотно сжала колени и шепнула:

— Да…

Стивен снова поцеловал ее, сделав это в высшей степени серьезно. Потом поднял голову, осмотрелся и приказал Ральфу:

— Охраняй!

К его удивлению, пес тут же встал, бесшумно выбежал из-за тента и, усевшись на песок, стал деловито оглядываться по сторонам. Потом снова поднялся, прошел несколько шагов и сел уже в другом месте. Но при этом продолжал озираться, очевидно именно так понимая команду «Охраняй!».

Глаза Арлекина светились озорством.

— Этот пес — сторожевой, — убежденно сказал он. — Своими громадными размерами и грозным видом обманет кого угодно. Сегодня утром я думал, что он разорвет меня в клочья.

— Поцелуй меня еще раз, — перебила девушка болтовню Стивена.

— Еще раз? Тогда соблаговолите хотя бы обнять меня.

Он вновь поцеловал ее. Это был уже более требовательный, властный поцелуй. Руки Стивена приобрели неожиданную чувственность. А его губы так яростно прижимались к ее рту, что она не смогла бы подняться, даже если бы очень захотела.

Ладони девушки медленно ползли вдоль локтей Арлекина к плечам, а тело извивалось под ним. Она тяжело дышала.

— Ты хочешь меня? — спросил он.

— Не притворяйся глупым! Все это время я только и делаю, что пытаюсь до тебя добраться. И не может быть, чтобы ты этого не заметил!

— Ах ты, соблазнительница! — Стивен становился все более настойчивым и дерзким. По его лицу обильно струился пот. — Как ты думаешь, долго это будет продолжаться? — спросил он.

— Бесконечно! — простонала она, задыхаясь и впиваясь ногтями в его грудь.

— Вполне соответствует моим планам. Только подожди секундочку. Я должен надеть презерватив.

Вновь повернувшись к ее горевшему безудержным желанием телу, он утонул в нем. Его охватила дрожь. В груди нарастали и вырывались наружу какие-то дикие звуки. А Коломбина сжимала своего Арлекина в объятиях и умоляла:

— Не торопись!

Стивен беззвучно засмеялся. И, приподнявшись на локтях, стал следить, как менялось выражение ее лица по мере того, как его мужское естество проникало все глубже в охваченное всепобеждающим огнем тело.

Коломбине казалось, что она вот-вот лишится чувств. Руки девушки почти бессознательно шарили по телу Стивена, до крови расцарапывая ногтями кожу. А он целовал ее щеки, лоб, губы. И это были настоящие поцелуи. Горячие, страстные…

— О-о! — застонала Коломбина, чувствуя, что силы оставляют ее. Она скользила бедрами вверх и вниз вдоль его тела, извиваясь и прижимаясь к нему своей упругой грудью. Ее губы искали его губы, а поцелуи были жадными, долгими, пронизывающими. И хотелось еще…

Движения его тела стали более мягкими и осторожными. Арлекин хотел продлить наслаждение Коломбине. Но дыхание его было уже тяжелым и прерывистым. Чувствуя, что еще немного, и близости настанет конец, Стивен на мгновение отстранился и огляделся по сторонам.

Кругом все было спокойно. Ральф по-прежнему сидел невдалеке и прилежно «охранял» предававшуюся страсти пару.

— Коломбина, — прошептал Стивен, глядя прямо ей в глаза, — как твое настоящее имя?

— Еще…

Арлекин знал, чего хочет Коломбина. Но, стараясь продлить сладкие мгновения, перевозбудил и ее, и себя. Поэтому, когда очередной пик страсти миновал и он попытался отстраниться от девушки, та крепко обвила руками его шею. Тогда Стивен решил сменить тактику. Бешеная агрессивность партнерши была уже удовлетворена. Теперь наступила очередь мягкого, полного взаимной истомы и неги обладания, сравнимого разве что с райским блаженством…

Они долго еще лежали под самодельным тентом на старой армейской подстилке. Их потные руки и ноги переплелись между собой, а тела, казалось, составляли одно целое. Дышали они тоже в унисон, тяжело, прерывисто. Лицо девушки сияло удовлетворением и тихой радостью.