Голди Росс - Любитель женщин

— Для начала неплохо бы узнать ваше имя, — сухо бросила она и не без злорадства отметила, что из его взгляда исчезла фальшивая теплота. Но он быстро справился с собой.

— Рой Баккарди.

Он протянул Эмме руку, которую она неожиданно для себя пожала. Пожатие длинных гибких пальцев снова навело Эмму на мысль о силе этого мужчины. Она поспешно отдернула руку.

— Здравствуйте и прощайте.

Рой вскинул брови.

— Но я же говорю: нам нужно познакомиться поближе. Не отказывайтесь от ланча, считайте это компенсацией за то, что я вас разбудил.

Рой говорил тихо, но Эмма чувствовала, что он не отступит. Она попыталась сохранить холодную враждебность, но это оказалось нелегко.

— В этом нет необходимости.

— Еще как есть! — Он снова улыбнулся, глядя ей в глаза. — Если вы не согласитесь, мы оба умрем от… от любопытства.

У Эммы зашумело в ушах от бешеного стука сердца. Она сглотнула. Как он ухитряется вызвать у нее такую реакцию? Словно со стороны она услышала собственный голос:

— Ладно, я отнесу покупки и переоденусь, а потом можете отвезти меня в «Крокерз».

Рой молча кивнул. Эмма не поняла, означает ли его кивок, что он знает этот популярный пивной бар, или что он принял к сведению ее согласие. Вероятно, последнее, решила она. Судя по выражению его лица, он не сомневался в ее ответе.

Прижимая к груди пакет с покупками, Эмма побежала в свою квартиру. Рой последовал за ней. Пока она вынимала из пакета покупки, Рой расхаживал по ее гостиной. Она приготовилась услышать какое-нибудь язвительное замечание, но он ничего не сказал.

Она ушла в ванную переодеваться, а когда вернулась, Рой в непринужденной позе сидел в плетеном кресле. При появлении Эммы он встал и оглядел ее наряд, состоявший из черных узких брюк, лиловой шелковой блузки и черной кожаной куртки. Рой был приятно удивлен, особенно ему понравилась блузка.

— Очень мило.

Эмма с вызовом вскинула голову, но Рой спокойно предложил:

— Пошли.

Когда они вышли из дома, он, попросив Эмму подождать, подогнал машину к месту, где она стояла, вышел и галантно распахнул перед ней дверцу. Эмма воззрилась на него с изумлением.

Не привыкла, чтобы с ней обращались, как с леди, подумал Рой. Сдержав улыбку, он открыл дверцу пошире.

Эмма расхохоталась, лучики, разбежавшиеся от уголков ее глаз, придали ей сходство с озорным зверьком из мультика.

— Вы что, собираетесь ехать на машине? Да тут пешком идти минут десять, не больше!

Теперь удивился уже Рой. Когда он приглашал дам в ресторан или в какое-либо другое заведение, то считал своим долгом доставить их до самой двери, да они этого и ждали, особенно в капризную лондонскую погоду.

— Но ведь идет дождь.

Эмма пренебрежительно хмыкнула.

— Что-то вы не похожи на исследователя джунглей.

— Жаль, если я не оправдал ваших ожиданий. Может, мне перекинуть вас через плечо и прыгать вместе с вами с одного фонарного столба на другой?

Эмма рассмеялась — удивленно и немного испуганно.

— Хотела бы я посмотреть, как вам это удастся.

У Роя загорелись глаза, он шагнул к Эмме, но она уже пошла по тротуару.

— Оставьте, я хочу есть и скоро промокну.

Рой, рассмеявшись, догнал ее и пошел рядом. Декор ресторана был выдержан в современном стиле: хром и полированное стекло. Посетителей в зале было немного, но возле стойки бара несколько человек читали воскресные газеты. Эмма с удовольствием огляделась.

— Мне здесь нравится, никто не выставляет себя напоказ.

Рой присмотрелся к рыжеволосой особе, которая потягивала черный кофе и запивала его вином. Одежда на ней была явно от известного модельера, но выглядела так, словно хозяйка в ней спала.

— Кажется, я понимаю, что вы имеете в виду, — со смехом отозвался он.

Подошедшая официантка выглядела элегантнее любого из посетителей. Положив перед ними меню, она стала ждать заказа. Эмма на меню даже не взглянула.

— Часто здесь бываете? — догадался Рой.

Решив, что не стоит портить себе ланч пикировкой, Эмма улыбнулась и сказала правду:

— Я для себя не готовлю.

Рою стало любопытно.

— Не многие женщины решатся сказать это вслух. Вы не любите готовить?

Эмма пожала плечами, ей уже не хотелось смеяться.

— Я никогда этому не училась.

Эмма сделала заказ, не только не заглядывая в меню, но и не дожидаясь, пока Рой спросит ее, что она будет есть. Он не сумел скрыть своего удивления.

— В чем дело? — воинственно осведомилась Эмма.

— Ни в чем, все в порядке. А что будете пить? «Коблер»? Апельсиновый сок? Или, может, «Кровавую Мэри»?

— «Коблер», — равнодушно, словно привыкла пить коктейли с шампанским каждый день, бросила Эмма.

Официантка записала заказ, забрала папку с меню и ушла.

— Почему вы на меня так смотрите? — спросила Эмма.

— Как «так»?

— Будто я выплюнула жвачку в сахарницу.

— Фи, какое отвратительное сравнение.

— Вот именно. Так что я натворила?

— Ничего особенного, — отмахнулся Рой. — А теперь расскажите, как вы познакомились с Амандой.

Но Эмма не дала ему уйти от ответа.

— Что я натворила?

— Мне бы не хотелось вас обидеть.

— Сделайте над собой усилие, я хочу знать, в чем дело, — не унималась Эмма.

— Но это же пустяк. — В голосе Роя послышалось раздражение.

Она подалась вперед.

— Я не успокоюсь, пока не узнаю.

Рой посмотрел на нее с укоризной, постепенно теряя свою обходительность.

— Представляю, каково приходится вашему дружку!

Эмма откинулась на спинку стула и холодно улыбнулась.

— Можете на этот счет не волноваться. Рассказывайте.

Пожав плечами, Рой рассказал. Несколько секунд Эмма ошеломленно молчала.

— Я должна была подождать, пока вы спросите меня, что я буду есть? — недоверчиво спросила она наконец.

Рой снисходительно улыбнулся.

— Это было бы вежливо, ведь я вас пригласил. Но, как я уже сказал, это пустяки.

Эмма покачала головой.

— А по-моему, это нелепо.

Рою не понравился ее тон. Если бы она смутилась, он бы повторил, что это пустяк, но открытый бунт вызвал у него желание доказать свою точку зрения.

— Напротив, это проявление вежливости.

Эмма фыркнула самым не подобающим леди образом. Рой прищурился.

— Цивилизованность, знаете ли, имеет некоторые преимущества. Я давно изучаю поведение животных и знаю, о чем говорю.

Это был уже вызов, и оба это понимали.

— Вы называете меня животным? — уточнила Эмма.

— Все мы животные, только часть из нас научились сдерживать самые грубые из своих инстинктов.