Сандра Стеффен - Весна не обманет

– А ты доверяешь Нику?

Бриттани встала из-за стола.

– Две вещи я знаю о нем наверняка. Первое: он никогда не теряется, будь то незнакомая местность или трудная ситуация. Второе: Ник чувствует опасность. Это чутье не раз спасало ему жизнь.

– И как же ты поступишь? – спросила Кристал.

– Я не хочу уезжать отсюда, но придется. А ты думаешь иначе?

– Если этот тип действительно так всемогущ, ему не составит труда найти тебя в любом месте. И еще: ты окончательно уверена, что хочешь разойтись с Ником? Он сумеет тебя защитить, но его защита – это далеко не все, что тебе нужно, верно?

Бриттани выпрямилась и скрестила руки на груди.

– И откуда ты взялась, такая умная?

Кристал многозначительно подняла глаза к небу.

– По-твоему, мои ученые степени ни на что не годны?

– И сколько же их у тебя?

Кристал медленно встала из-за стола. Пожав плечами, она грациозной походкой направилась к двери, небрежно бросив на ходу:

– Не помню.

– Папа, какой твой любимый цвет?

Ник взглянул на раскраску Саванны. Дочка мучила его вопросами весь день. Любимый цвет?

– Я не знаю, – ответил он. – Как-то не задумывался об этом в последнее время.

В коридоре послышался голос Бриттани.

– Каштановый, карий, – произнес Ник. – Цвет волос и глаз твоей мамы.

«И голубой, – подумал он про себя, – цвет глаз Саванны».

Как же он по ней соскучился! Весь день Саванна что-то ему объясняла, как будто Ник был ребенком, а она взрослой. Но Ник ничего не имел против. Он любил ее слушать, ему нравилось следить за ходом ее мыслей. Все родители считают своих детей одаренными, но их дочка действительно умница.

А Бриттани, кажется, не собиралась уезжать. По крайней мере вещи не упаковывала. В данный момент она готовила попкорн вместе с Кристал, и запах долетал до кабинета доктора, где сидели Ник и Саванна.

– Раньше Хейли со своей мамой жила в Техасе. Папа, а Техас далеко?

Ник кивнул.

– Так же далеко, как Чикаго?

– Еще дальше.

Саванна на мгновение задумалась.

– Хейли не хочет играть со мной, потому что я малявка, но ей нравится со мной разговаривать. Прошлым летом ей попало за то, что она таскала печенье с веранды своей тети. Но в тюрьму ее не посадили. Хейли ничего не боится. Один раз она плавала голышом вместе с мальчиком. Потом ей, наверное, сильно досталось от папы.

– Саванна, от твоей болтовни у папы могут отвалиться уши, – послышался в дверях красивый низкий голос.

Девочка усмехнулась.

– Пока оба на месте.

Бриттани снисходительно улыбнулась.

– Пойди и помоги Кристал.

Саванна вскочила на ноги и упорхнула, подобно сильфиде.

– Она просто счастлива, – сказала Бриттани.

– Мне было интереснее, чем ей. У нас прекрасная дочурка. Хотя меня несколько беспокоит ее выбор подруг.

– Ты о Хейли Карсон?

– Эта маленькая хулиганка не научит Саванну плохому?

Бриттани улыбнулась.

– Не волнуйся, Ник. Хейли остепенилась, когда ее отец женился на Мелоди Маккалли.

– Ты уже приняла решение? – спросил Ник.

Улыбка исчезла с лица Бриттани.

– Я остаюсь.

– Но, ради всего святого, почему?

Бриттани строго посмотрела на своего мужа.

– Не надо выходить из себя, Ник.

Да тут никакого терпения не хватит! Неужели он настолько ей ненавистен, что она предпочтет пулю в лоб поездке с ним в Чикаго?

– Досон найдет меня везде. А в таком маленьком городке его появление будет легче заметить.

Ник усмехнулся. А ведь когда-то он мог убедить ее в чем угодно. Она дразнила его задирой, а ему это нравилось. Тогда Бриттани млела от его поцелуев.

Его жена явно нервничала, расхаживая по комнате.

– Мы должны каким-то образом предупредить всех в Джаспер-Галче. – Бриттани остановилась и, взволнованно дыша, посмотрела на него в упор. – Ты же офицер полиции, Ник. Ты, как никто другой, умеешь управляться с плохими парнями и никогда не теряешь присутствия духа. Что нам сказать жителям Джаспер-Галча? Они в любом случае поймут, что ты здесь неспроста.

Ник шагнул к ней. Где-то в большом доме мурлыкала кошка и смеялась маленькая девочка. На улице завывал ветер.

– Мы скажем им, что не можем жить друг без друга, – ответил он.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Бриттани не удивил подобный ответ. Ник пытался сказать это еще накануне. Но вчера вечером глаза его светились лихорадочным блеском, страсть заглушала в нем голос разума. Сегодня он был на удивление спокоен и терпеливо ждал, как жена отреагирует на его слова. Та находилась в замешательстве.

– Но ведь это неправда, Ник.

– Только не с моей стороны, Бриттани.

Настольная лампа отбрасывала на стену длинные, дрожащие тени. Ник подошел ближе, и Бриттани заметила, как он постарел за эти полгода. Ей тоже пришлось нелегко. По ночам Бриттани просыпалась в холодном поту. Порой ей казалось, что нервы уже сдают. И она по-прежнему любила своего мужа.

Бриттани подошла к цветам в вазе. До приезда в Джаспер-Галч у нее, как у этих нарциссов, крокусов и гиацинтов, не было корней. Ее детство и юность прошли в двенадцати городах двенадцати штатов. И ни один не стал для нее родным, а со смертью матери она и вовсе отчаялась обрести когда-нибудь свой дом. После свадьбы с Ником луч надежды забрезжил для нее вновь, но ненадолго. И дело было не только в грабителях, просто Бриттани начала сомневаться в любви собственного мужа.

В Джаспер-Галче она наконец-то почувствовала себя дома. Ник должен ее понять.

– Ник, я знаю, что ты, как никто другой, сумеешь защитить нашу дочку.

– Саванна не единственная, кого я должен защитить, черт побери! – прервал ее Ник, гневно сверкнув глазами.

Улыбнувшись одними губами, Бриттани медленно вышла из комнаты. В печали, поселившейся в глазах его жены, Ник винил только себя. Он уставился в темноту за окном, положив руки на стекло. Ему вспомнилось, какой шок он испытал, когда узнал, что Бриттани взяла назад девичью фамилию – Мэттьюз, это было равносильно удару ниже пояса, но что он мог сделать!

– Папа, скорее иди сюда, – позвала Саванна. – А то мы с Кристал съедим весь попкорн.

– Ну до чего же мил! – воскликнула Мертил, выключив телевизор и тяжело поднявшись с дивана. – Будь я на двадцать лет моложе, я бы написала письмо этому Моли Сэйферу.

Кристал удивленно взглянула на старушку. Бриттани слабо улыбнулась и пожала плечами, погруженная в собственные мысли.

Мертил Джентри со своим мужем Фредом более сорока лет держала единственную в городе бакалейную лавку. Двенадцать лет назад Фред умер, и с тех пор Мертил заправляла всем сама. В свои восемьдесят четыре эта женщина была необыкновенно энергична, но в последнее время начала понемногу сдавать. Пять месяцев назад Мертил продала магазин и поселилась в гостинице Бриттани. Обычно она удалялась в свою комнату, когда Бриттани укладывала спать Саванну, но сегодня любимая воскресная передача всех старушек «Шестьдесят минут» вышла на полчаса позже из-за какой-то спортивной трансляции.