Пегги Морленд - Любовь и наследство в придачу

Зазвонил телефон, и Джина уже знала, что это — Кейз. После второго звонка она сняла трубку.

— Доброе утро! Я не разбудил тебя?

При звуке его голоса по позвоночнику пробежала невольная дрожь. Джина откинулась на подушки, прижимая трубку к уху.

— Нет, я уже проснулась.

— Как спалось?

— Спала как убитая. А ты?

— Я тоже. Никогда не думал, что рисование — такая тяжелая работа.

Джина улыбнулась.

— Что-то я не помню, чтобы ты держал карандаш в руках.

— Разве? — Она услышала его сдавленный смех. — Тогда, может, объяснишь, отчего у меня пальцы скрючены?

— Может, потому, что ты всю ночь держал меня у себя на коленях?

В трубке некоторое время было тихо, потом он спросил:

— Какие планы на вечер?

Джина удивилась, что он так внезапно сменил тему разговора.

— Пока никаких, я еще не думала об этом.

— Тогда поужинай со мной. Только что приехали мои родители из Австралии, и вся семья собирается в особняке.

Джина судорожно сжала в руках трубку, грудь сжалась от волнения при одной лишь мысли о встрече с его родителями.

— Кейз, я бы не хотела мешать семейному празднику.

— Но ты никому не будешь мешать. Все будут счастливы, если ты присоединишься к нам.

— Я не знаю, Кейз. — В голосе Джины звучало сомнение. — У меня совсем нет опыта общения с большими семьями, я ведь — единственный ребенок в семье.

— Сделаем так. Раньше семи часов ужин не начнется. Я заеду за тобой в шесть, устрою тебе экскурсию по нашим владениям, за это время ты успеешь познакомиться с некоторыми членами семьи и не будешь так смущаться.

И все же Джина была смущена. У нее просто пропал дар речи от увиденного величия поместья общей площадью сто семьдесят пять акров земли и огромного особняка в готическом стиле, который как крепость высился на фоне серого неба. Центральная часть дома представляла собой трехэтажное здание из темно-серого камня и металла, справа и слева от которого располагались два одноэтажных крыла.

Кейз взял Джину за руку.

— Не волнуйся, — поддразнил он ее, — привидений здесь нет. А прогулку по территории перенесем на более теплое время.

Кейз вышел из машины, помог выбраться Джине, и они направились к входной двери. Снаружи особняк казался холодным и мрачным, а внутри он был наполнен теплом и красками. Кейз взял ее за руку и потянул вправо.

— Первая остановка — моя спальня. Джина споткнулась от неожиданности, заставив его остановиться.

— Ты здесь живешь? — с изумлением поинтересовалась она.

— Вместе с родителями, братом Кридом, сводными братом Блейком и сестрой Элизабет. У Скайлар, моей сводной сестры, есть коттедж в имении, так что, считай, она тоже живет тут.

— Не слишком ли много людей здесь проживает? Дом огромный, но ведь хочется же тебе когда-нибудь побыть одному.

— Тогда я отправляюсь в свой пентхаус, расположенный на верхнем этаже здания нашей компании. Там же находится пентхаус Крида, но они никак не сообщаются между собой. Даже когда мы бываем там с ним одновременно, мы редко видим друг друга, если только не договоримся об этом предварительно. — Кейз снова потянул Джину за руку. — Пойдем, мне еще много надо показать тебе.

Они поднялись на второй этаж. Кейз открыл дверь и сделал легкий поклон.

— Мое скромное жилище, мадам.

Повеселившись над его манерами дворецкого, Джина вошла в комнату и огляделась. Через секунду глаза ее округлились и веселье уступило место шоку.

— Вот это да! Здесь поместится вся моя квартира, и еще место останется!

Кейз снял пальто и положил его на стул, потом помог раздеться Джине и направился к бару в углу комнаты.

— Выпьешь что-нибудь?

— Мне только воды, пожалуйста.

Пока он наливал напитки, Джина продолжала осматривать комнату. Она была прекрасно отделана, но все равно было понятно, что здесь живет холостяк. У одной стены все пространство занимала огромных размеров кровать, аккуратно застеленная темно-синим бархатным покрывалом с монограммой «Ф» в центре. В зоне отдыха стояли два огромных мягких кресла красного цвета, повернутые так, чтобы было удобно смотреть плазменный телевизор на противоположной стене. Слева от телевизора висели портреты в рамках. Джина подошла ближе, чтобы рассмотреть их.

— Вода, пожалуйста.

Джина взяла у него стакан и снова повернулась к портретам.

— Кто это? — с любопытством спросила она, указывая на выполненный маслом портрет женщины, одетой в длинное вечернее платье и позирующей в саду.

— Моя мать.

— Она красавица.

— Да, она была красавицей.

Озадаченная тем, что он говорит о матери в прошедшем времени, Джина в замешательстве посмотрела на Кейза.

— Была?

— Она умерла, когда мне было шесть лет, — пояснил он.

— Но ты сказал, что твои родители только что вернулись из Австралии.

— Вернулся мой отец и мачеха.

— Ты страдаешь из-за этого? — спросила Джина, не удержавшись. — Ты ведь любил свою мать. Наверно, тебе было трудно смириться с тем, что отец женился повторно и привел в дом, который делил с твоей матерью, новую жену.

— И да, и нет. Вообще-то, после смерти матери отец женился дважды. Я презирал свою первую мачеху и презираю ее до сих пор. Трина Уоттерс — коварная женщина, отец вовремя понял это и развелся с нею. У них двое детей — Блейк и Скайлар. После развода с Триной отец нанял Патрисию, мою теперешнюю мачеху, в качестве няни для детей и позже женился на ней. — Кейз поднял руку. — Я знаю, о чем ты сейчас подумала, но ты ошибаешься. Патрисия вышла замуж за отца не из-за денег, как это сделала Трина. Отцу пришлось долго убеждать ее принять его предложение.

Джина была совсем сбита с толку многочисленными поворотами и хитросплетениями в семейном древе Кейза.

— Как ты ладишь с ними со всеми?

— Есть еще один человек. Мэй Блэкстоун, дочь Патрисии и моя сводная сестра. Пойдем, я хочу еще показать тебе террасу. Там недалеко есть пруд и фонтан, и если ты подойдешь поближе, то можно даже увидеть лягушек, прячущихся в папоротнике.

Джина рассмеялась. Они вышли из комнаты и начали спускаться по лестнице. Пройдя половину пути, Джина заметила стройную женщину, которая стояла у стола в холле и просматривала многочисленную почту. Внезапно женщина замерла, ее взгляд был прикован к конверту, который она держала в руках. Спустя секунду она слегка покачнулась, словно была на грани обморока.

Кейз, вероятно, тоже заметил реакцию женщины, потому что почти бегом спустился вниз и поддержал ее.

— С тобой все в порядке, Патрисия?

Женщина прижала ладонь ко лбу.