Сьюзен Кросби - Птичка в клетке

Джулианна шагнула было к Заку, но тут будто молния сверкнула у нее в голове. Она вспомнила, кто та женщина со снимка. Она видела ее в прошлом месяце по телевизору — ее похитили и зверски убили.

Девушка попятилась, немея от ужаса.

— Я… Я уеду отсюда. — Она тихонько отступала к дверям.

Но… куда же я поеду? Мак покину остров?

Его глаза сузились.

— Вы узнали кого-то из них.

— Нет, я…

— Да. — Мужчина преградил Джулианне дорогу к двери. — Кого?

Девушка покачала головой.

— Вы и так наделали дел, не отягчайте ситуацию еще и ложью.

Зак показал на фотографию.

— Ее, да? Ее!

Она попыталась обойти его.

— Вы боитесь меня? — удивленно спросил Зак. Как будто у нее не было для этого причин! — Вы думаете, я имел отношение к ее похищению? К ее убийству?

— А вы имеете к этому отношение?

— Нет. И вам придется поверить мне.

— Почему?

— Потому что я так говорю.

— Только потому, что вы так говорите? — у Джулианны вырвался истерический смешок. — Очень сожалею, что я нарушила ваше распоряжение, но…

— Сожалеете? Ни мало в том не сомневаюсь. И вам придется пожалеть еще больше. — Зак взял девушку за подбородок и внимательно посмотрел ей в глаза. — Потому что теперь вам придется выйти за меня замуж.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Зак не без удовольствия смотрел, как от ее лица отхлынула кровь.

— Нет, — сказала она наконец.

— Да. И как можно скорее.

— Но… почему?

— Потому что жена не может свидетельствовать против мужа.

Джулианна потрясенно смотрела на него.

— Кажется, мне надо сесть.

Он указал ей на стул.

Войдя в кабинет пять минут назад, Джулианна почувствовала запах собственных духов. Если бы она не пользовалась таким стойким ароматом, ей удалось бы выйти сухой из воды.

— Чем вы занимаетесь? — спросила она, но тут же помотала головой. — Не имеет значения. Я не хочу этого знать. Я уеду. Сегодня. Никто даже не узнает, что я здесь была.

— Слишком многие уже знают.

— Но это ваши люди.

— Я защищаю вас, Джулианна.

Она вспыхнула.

— Меня защищали с самого рождения. Но теперь у меня есть планы на собственную жизнь, и вы в них не входите. Я могу сама о себе позаботиться.

Зак скептически покачал головой.

— Все мужчины одинаковы. Вы думаете, что всегда правы.

— Я не претендую на абсолютную истину, но сейчас я прав. — Несмотря на серьезность темы, Зак был очарован ее реакцией. Лицо Джулианны вспыхнуло, кулаки сжались, белокурые кудряшки подскакивали при каждом вздохе.

Девушка закрыла глаза и сосчитала до десяти.

— Посмотрите, — начала она, уже более спокойно. — Я вижу всего-навсего фотографии, висящие на стене, и понятия не имею, что все это значит. Кто бы меня о них ни спросил, я просто не смогу ответить ничего вразумительного.

— Вы узнали Каролин Кили.

В комнате царила напряженная тишина.

— То, чем я занимаюсь, незаконно, Джулианна. Почти каждый день я совершаю преступление. Но я никому не позволю мешать мне в моей работе. Она слишком важна.

Джулианна хотела что-то возразить, но он не дал ей открыть рот.

— Мы поедем завтра во Фрайдей Харбор и заключим брак. К сожалению, свидетельство выдают только через три дня после подачи заявления. — Зак скрестил руки на груди. — А теперь вы можете идти.

Джулианна прошла мимо него, но замерла, взявшись за ручку двери.

— Должно быть какое-то другое решение.

С этими словами девушка бесшумно вышла из кабинета. Запах ее духов все еще витал в комнате.

Зак глядел на фотографии до тех пор, пока у него не зарябило в глазах. Он мог бы этого и не делать, он и без того помнил их всех: Терезу Роджерс, двадцать два года; Дэниел Доти, одиннадцать лет, Джекоб Мунсон, пятнадцать месяцев…

Зак снял фотографию Терезы и перевесил на другую стену. Выражение ужаса на ее лице преследовало Зака семнадцать дней. Нет, больше.

Мужчина продолжал пристально рассматривать фотографии. Он мог рассказать о каждом человеке, запечатленном на них.

Зак обернулся к стене, на которой висели только две фотографии.

Джекоб и Дэниел.

— Я найду вас, — сказал он отрывисто, потом сел за компьютер и внес в него новую информацию по делу Терезы.

В шесть часов он вызвал миссис Моди и попросил ее подать ужин в кабинет. У него не было ни малейшего желания давиться едой в напряженной тишине под ненавидящим взглядом Джулианны.

Девушка едва притронулась к ужину. Она погоняла по тарелке горошек, ткнула пару раз вилкой в жареного цыпленка, потом сдалась и съела пару ложек картофельного пюре. Легче не стало. Она отложила прибор и встала из-за стола.

Как это случилось? Наказание полагается за преступление, но никакого преступления она не совершала. Ладно, она обманула его доверие, но уже признала это и извинилась.

Но выходить из-за этого замуж?

Джулианна подумывала о побеге, но не имела понятия, как выбраться с острова. Она решила позвонить Джейми и попросить забрать ее отсюда.

Но чего так боится Зак?

Я ничего не знаю о том, чем он занимается, что за преступления совершает каждый день…

Так чем я могу ему навредить?

У меня только три дня, чтобы переубедить его… Или сбежать.

Джулианна решила прогуляться. Было уже темно, а она не очень хорошо знала остров, но мысль о том, чтоб остаться в этом доме еще хоть одну минуту…

Она поставила посуду на поднос, вышла в коридор и тут заметила Зака, который сворачивал на лестницу, ведущую во вторую башню. Джулианна поставила поднос и побежала за ним, надеясь объяснить ему, что им нет никакой необходимости вступать в брак.

Но она успела только увидеть, как он исчез за дверью таинственной комнаты. Джулианна помедлила, потом быстро на цыпочках спустилась в коридор, где шаги из башни были слышны лучше всего. Теперь, кроме шагов, она слышала неясные голоса — мужской и женский.

Женщина. Никакой не призрак. Никакой Элспет там нет. Там женщина. Женщина, которую держат там в заточении.

Воображение Джулианны рисовало жуткие картины. Старый замок на забытом богом острове. Сказками о привидении прикрывают… что? Душевнобольную родственницу, которую прячут на чердаке? Почему дверь все время заперта? Или это как-то связано с преступлениями, о которых говорил Зак?

У Джулианны похолодело все внутри. Зак Келлер скрывает какие-то страшные вещи. Как она может дольше оставаться с ним в одном доме, а уж тем более выходить за него замуж?