Джейн Донелли - На полпути к звездам

– Только час, – и мигом заснула.

Что-то защекотало ей нос. Девушка вздрогнула и открыла глаза – на подушке сидел котенок, его хвост почти касался ее лица.

– Привет, – поздоровалась девушка.

Он был таким крохотным, синие глазки и красивая мордочка. Шина протянула руку, чтобы погладить его, котенок нежно замурлыкал.

Солнце струилось через окно. Девять часов утра, и она чувствовала себя совершенно отдохнувшей. Пора было вставать.

Она встала с кровати и взяла котенка на руки. Тот, продолжая мурлыкать, потерся мордочкой о ее шею:

– Как же тебя зовут? Боже мой, какая прелесть!

Дверь тихонько скрипнула, и в дверях появилась девочка с бледным личиком, обрамленным гладкими длинными волосами:

– Можно мне забрать моего кота?

В этом голосе чувствовался характер и несвойственное годам самообладание.

– Как его зовут? – спросила Шина.

– Я не знаю, – ответила девочка. – Он у меня со вчерашнего дня.

Шина попыталась вызволить котенка, который запутался в ее волосах, и девочка пришла ей на помощь, не произнеся при этом ни единого слова.

Вскоре котенок был освобожден, и тут на пороге комнаты появилась миссис Морган с подносом в руках.

– Анна! – сердито воскликнула она, и ее Добродушное лицо приобрело строгое выражение. – Что ты и твой кот делаете в этой комнате?

– Я пригласила их войти, – ответила ей Шина.

Это была почти правда. Миссис Морган взяла девочку за плечи и подтолкнула в сторону двери.

– Быстро вниз. – Она покачала головой, глядя на котенка. – Уж и не знаю.

– Доброго вам утра, мисс, – вежливо обратилась Анна к Шине и выскользнула за дверь с котенком на руках.

Миссис Морган поставила поднос на ночной столик у кровати и сказала:

– Сегодня будет прекрасный день.

– Да, – согласилась Шина. – А кто Анна?

– Моя дочь, – ответила ей миссис Морган.

– Какая милая девочка! – Ребенок, помимо характера, обладал поистине волшебным обаянием, унаследованным явно не от матери. Возможно, что девочка больше пошла в отца – мистера Моргана.

Миссис Морган ответила на комплимент кивком.

Спустившись вниз, Шина застала Роба за чашкой кофе, и он тут же вскочил, чтобы усадить ее за стол.

Стол был накрыт на троих, но Роб был один.

– А где твоя семья? – спросила Шина.

– Бог его знает где Кэл. Только что был, а теперь исчез. Элейн никогда не встает до полудня, хотя этим утром могла бы сделать исключение.

Она все-таки сделала исключение. Шина еще смаковала грейпфрут, когда появилась мать Роба. Воплощение миниатюрного изящества, в красном бархатном халате с фигурными манжетами и элегантным жабо. Роскошные волосы, молодое, идеально гладкое лицо, синие, как у Роба, глаза и очаровательная улыбка.

Мать обняла Роба, и он поднял ее, крепко сжав в могучих медвежьих объятиях:

– Немедленно опусти меня и познакомь наконец с Шиной.

Роб поставил ее на ноги:

– Это моя мама.

– Поверить не могу, – призналась Шина. Поверить было трудно. Внешне эта женщина могла сойти за его сестру и выглядела гораздо моложе Кэла. Сколько же времени и денег нужно потратить, чтобы так выглядеть в ее возрасте! – пронеслось в голове у Шины.

– Никто не верит, – согласился Роб, – но мы можем подтвердить все документально.

Они позавтракали вместе. Элейн, весело болтая, пила фруктовый сок и ничего не ела. Ее приятный, почти девичий голосок разливался по комнате. Она говорила и улыбалась – улыбкой Роба. Шина была очарована и не могла не проникнуться к Элейн глубочайшей симпатией.

– Чем сегодня займетесь? – спросила та.

– Я думал показать Шине окрестности. Она никогда раньше не была в наших краях.

– Да, – кивнула Элейн. – Хорошая мысль, но к обеду-то вы обязательно вернетесь, не так ли? Я пригласила нескольких друзей, которые хотят поздравить тебя с приездом. – Она улыбнулась, ее белые зубы сверкнули, подобно жемчугу. – Конечно, истинная причина в Шине, которую всем не терпится увидеть.

Шина не готовилась к торжествам. Все наряды, что она взяла, были довольно простыми и скромными, не для званых обедов. Она сказала:

– Я надеюсь, что не очень разочарую ваших гостей. Гардероб мой довольно скуден.

– О, не ломайте себе голову, дорогая, – отмахнулась Элейн. – Это будут только наши соседи, человек пять или около этого.

Шина все еще сомневалась:

– Ну, если они не ожидают ничего из ряда вон выходящего…

Элейн рассмеялась и взяла ее за руку:

– О чем вы говорите? Пусть себе ожидают чего хотят. Вы точь-в-точь такая, какой мне вас описывал Роб.

Роб в ужасе воскликнул: «Не надо!» – и Элейн, заливаясь смехом, продолжила:

– Хорошо, хорошо, не волнуйся. Что именно ты рассказывал, я говорить не стану. Скажу лишь, что полностью тебя поддерживаю. – Голос ее был приветлив и мил, и Шина с радостью осознала, что мать Роба приняла ее. Хорошо иметь союзника в семье, даже если Старший Братец считает ее дурой.

Они позавтракали и все вместе покинули столовую.

– У вас прекрасный дом! – в очередной раз восхитилась Шина.

– Нравится? – Элейн посмотрела вокруг так, будто видела все это впервые. Потом сказала: – Пойдем, дорогая, я покажу тебе гостиную.

Она пошла вперед и открыла дверь комнаты с антикварной мебелью и прекрасными картинами. Элейн вошла и предстала на ошеломляющем фоне. Шина была в восторге:

– Это великолепно!

– Правда, здорово? – ликующе подхватила Элейн. – Откровенно говоря, это моя любимая комната.

Здесь были пейзажи и натюрморты, а над камином висел портрет самой Элейн Хьюард в полный рост. Шине подумалось, что весь интерьер, возможно, выстроен с учетом этой картины. Ее тона улавливались буквально во всем, от гобеленовых портьер до парчовой обивки стульев.

Элейн стояла под портретом с личным автографом художника и датой, и внезапно Шина задумалась над тем, что она сама будет чувствовать тридцать лет спустя, взирая на собственный портрет.

Она восхищалась портретом. Элейн с улыбкой поведала ей о том, что художник был очаровательнейший и очень влюбленный в нее мужчина. Она продолжала улыбаться, а Роб добавил:

– Всем-то она разбивает сердца.

– А можно посмотреть на Железного Короля? – спросила Шина.

– На прадеда? – усмехнулся Роб. – Иди за мной.

Портрет прадеда висел в библиотеке. Это было темное, богато обставленное помещение, и все портреты, в том числе и Железного Короля, написанные маслом, смотрелись на этих стенах совсем недурно.

– У него рот Кэла, – заметила Шина.

До этого момента никто не упоминал о Старшем Братце. За завтраком они обсудили массу разных тем, Элейн щебетала о десятках людей, но Кэл не был упомянут ни разу. И теперь, стоило Шине произнести его имя, Элейн повернулась к Робу и негромко произнесла: