Бренда Джексон - Высокая ставка

— Помочь тебе одеться?

— Спасибо, обойдусь. Если я правильно помню, у тебя большой опыт только в раздевании.

Когда дверь спальни с грохотом захлопнулась, Вестморленд не смог сдержать улыбки.

Отличный день для пикника и прогулки по воде. Последний раз Брук каталась на яхте пару лет назад. Тогда Малкольм пытался свести ее со своим университетским другом. Двойное свидание на рыбалке в открытом море. К сожалению, с тем парнем ничего не сложилось. Брук провела с ним два часа, постоянно сравнивая его с Айаном. К счастью для нее, подружка Малкольма страдала морской болезнью, поэтому свидание закончилось раньше, чем было запланировано.

— О чем ты сейчас думаешь?

Брук прогнала от себя картинки прошлого.

— Яхта великолепна!

Айан поразительно управлял парусником, заставляя его ловко скользить и маневрировать на волнах озера Тахо. Хотела Брук признать это или нет, но Айан все-таки самый обходительный хозяин, к тому же еще и джентльмен. Последнее, ее несказанно поразило. Закуска хоть и была проста, но все равно необычайно аппетитна: сэндвичи с ветчиной и сыром, чипсы, вино и чизкейк. Ничего роскошного, нарочито бросающегося в глаза.

Вестморленд рассказал ей, как он, Стоун и его жена встретились вместе на самолете, летевшем в Монтану. Он говорил о детях своего дяди, как те наладили отношения с новоиспеченными кузенами из Техаса — Клинтом, Коулом и Кейси.

— Ты обязательно подружишься с Кейси, как только с ней увидишься. — Айан пригубил вино и с улыбкой добавил: — У ее братьев столько же проблем с ее поклонниками, сколько у нас с приятелями Дэлани.

Брук посмотрела на небо и глубоко вдохнула свежий апрельский воздух.

— Наверное, для трех взрослых людей было шоком узнать, что их отец на самом деле жив и здоров.

Айан кивнул.

— Да уж. Клинт и Коул вроде бы уже свыклись, а вот с Кейси все обстоит немного иначе. Она была очень близка с матерью, и когда выяснилось, что та лгала им всю жизнь… Такое не проходит бесследно. Ну достаточно об этом. Пришло время поиграть. — Вестморленд наклонился к ней. В его глазах заблестели озорные огоньки. Возможно, не такой уж он и джентльмен?..

— И что это будет за игра? — От ощущения близости мужского тела у Брук закружилась голова.

— Я наблюдал за тобой вчера.

— И?.. — Женщине показалось, что она почти понимает, куда он клонит.

— Ты была за столом для блэк-джека. И я кое-что заметил.

— Что же?

— Ты совершенно не умеешь играть.

На мгновение глаза Брук округлились, прежде чем она разразилась хохотом. Вот уж этого она никак не ожидала! Брук действительно плохо играла в карты, что, впрочем, простительно — блэк-джек не относится к ее обычному времяпрепровождению.

— Хочешь дать мне пару очков форы? — К ее удивлению, Айан достал колоду карт.

— Однако пусть все будет по-честному, — сказал он, ухмыляясь. — Я не могу позволить тебе спустить все свои деньги в моем казино. Будьте внимательны, мисс Чемберлен.

А затем почти час Айан пытался сделать из Брук профессионального шулера.

— Я провела потрясающий день, Айан. — Несколькими часами позже они вернулись в казино.

— Докажи, составив мне компанию на сегодняшнем шоу. — Вестморленд взял Брук за руку, пока они шли к двери.

— Шоу?

— Смоуки Робинсон.

Глаза Брук расширились.

— Тот самый Смоуки Робинсон? — Когда Айан утвердительно кивнул, она добавила: — Наверное, это единственный человек, которого моя мать любила, кроме отца.

— Тогда отдай ей должное и прими мое предложение. — Айан едва сдерживал улыбку — с его матерью дела обстояли не лучше. — Я зайду за тобой в десять.

— А не проще ли будет нам встретиться где-нибудь внизу?

Айан посмотрел на свою бывшую возлюбленную.

— Без проблем. Хотя мне бы не помешала легкая разминка, — улыбнулся он.

— Хорошо. — Они немного постояли, прежде чем Брук наконец сдалась: — Ты не откажешься зайти на минутку?

Мужчина прекрасно знал, что если уж зайдет, то точно не «на минутку». Терпение — добродетель. Еще будут другие вечера и возможности. Он знал это наверняка.

— Нет, мне еще нужно успеть уладить несколько дел. — Айан отступил на шаг. — Но я был бы не против услышать приглашение еще раз. После шоу. — Его тон внезапно стал искушающим.

Зал был набит битком. Люди толпились даже около бара в дальнем конце. Но все внимание их было адресовано человеку, стоящему посреди сцены и напевающему «Следы моих слез». Высокий тенор был его визитной карточкой, а все тексты песен обладали скрытым смыслом. Они заражали слушателей вечной мечтой о любви.

Затем певец выдал попурри из старых песен, а следом затянул «О, детка, детка». Взгляд Брук был прикован к Айану. Оказалось, что он отвечает ей взаимностью. Неужели он думает о том же, что и она? Что в их прошлом они оба успели наделать ошибок? Или до сих пор винит во всем только ее?

Смоуки приступил к финальному номеру, песне «Собираясь на свидание», и зал ожил. Пары, которые помнили песни и танцы того времени, вышли на танцпол и закружились в самых невообразимых па. Брук не могла не вспомнить, как в детстве ее мать танцевала так вокруг их дома.

— Не хочешь пойти и попробовать? — Айан придвинулся к ней вплотную. И, заметив замешательство в ее глазах, добавил: — В конце концов, что мы теряем? — Он придвинулся и потянул Брук за руку. — Идем, покажем старикам, как надо танцевать.

Следующее, что запомнила Брук, как они с Айаном выделывали те же коленца, что и все остальные. Ее шоколадного цвета платье ничуть не сковывало движений. Брук давно забыла, когда последний раз давала себе волю вот так развлекаться. Только с Айаном она могла быть сама собой.

Когда музыка подошла к концу, она прильнула к Вестморленду, а он, наклонив голову так, что между их губами оставалось каких-то пара дюймов, прошептал:

— Пойдем, мне нужно тебе кое-что показать.

Брук старалась не нервничать, когда они поднимались в его личном лифте. Айан стоял, прислонившись к стене напротив. Ему чертовски шел его костюм. Он смотрел на нее, и от этого взгляда внутри все таяло. Этот мужчина мог одним лишь взглядом вить из нее веревки…

— И куда же ты меня ведешь?

— Будь терпелива.

Лифт продолжал двигаться, и хотя сейчас они находились в частной зоне казино, она понятия не имела, куда направляются. Тем более, что лифт поднялся выше восемнадцатого этажа.

Наконец двери лифта открылись, и у Брук перехватило дыхание. Вестморленд привел ее в свою личную оранжерею. Отсюда было видно все как на ладони. На темно-синем небе теплой апрельской ночи рассыпались серебряные звезды, нежно сиял полумесяц.