Саша Майская - Срочно требуется муж!

— У вас неприятности на работе? Дети не слушаются? Начался климакс? Вас бросил муж? Поссорились с любовником? В химчистке испортили любимую кофточку? Жить надоело? В современном мире так много проблем, что бывает трудновато справиться с ними в одиночку. Но не волнуйтесь! Отныне у вас есть верный друг. Заходите к нам! Приобретайте новую книгу всемирно известного психолога, экстрасенса, магистра оккультных наук, любимой ученицы Далай-ламы и почетной папессы римской Марион Диксон! Марион Диксон — ваш свет в конце тоннеля!

Прохожие ошарашенно выслушивали эту галиматью и торопливо обходили магазин стороной, однако Ольга неожиданно заинтересовалась и смело направилась внутрь.

Книгу Марион Диксон презентовали в небольшом зале, выгороженном в отделе детской развивающей литературы. Стопки новеньких книжек в глянцевом переплете выстраивали затейливый аналог небольшой Снежной крепости, которую принято брать при помощи штурма и снежков. Внутри этой книжной крепости за небольшим столиком сидела энергичная особа невнятного возраста — от двадцати до сорока — и пронзительным взглядом огромных черных глаз гипнотизировала оробевшую покупательницу, робко сидящую перед столом на табуретке.

Ольга с интересом рассматривала эту сцену, когда над ухом у нее интимно и доверительно прошелестела невысокая продавщица в синей униформе:

— Это переводчик книги. Анфиса Бромберг. Профессиональный психолог. Звезда! Сегодня последний день её бесплатных консультаций. Рекомендую!

Ольга ахнула и схватила продавщицу за руку.

— Вы думаете…

— Не сомневайтесь! Психолог — тот же врач, только раздеваться не надо. Сейчас она мадаму окучит…

«Мадама», действительно, уже поднималась с табуретки, мелко кланяясь и беззвучно благодаря звезду отечественной психологии. Анфиса Бромберг величаво махнула рукой и отвела свой гипнотический взгляд, как бы отпуская клиента на волю. Зато теперь она смотрела на Ольгу — и у той против воли затряслись коленки. Она сама не поняла, как опустилась на неудобную табуретку и преданно уставилась на Анфису.

Та некоторое время молча рассматривала Ольгу в упор, поблескивая черными глазами, а потом рявкнула звучным контральто:

— Слушайте, девушка, вы же не производите впечатления хронической идиотки! Зачем вы сюда приперлись?

Ольга от неожиданности чуть не свалилась с табуретки и промямлила:

— Я… объявление на улице… Вот, зашла…Хотела просто посмотреть… Книга по психологии… За рубежом интересные разработки…

— За рубежом отлично налажен сервис, сфера обслуживания и вообще вся материальная база. Естественно, за счет духовной составляющей, потому как природа не терпит пустоты. С этим разобрались. Дальше?

— А эта Диксон, она…

— Это я. Дальше?

— Как?! Вы? Но ведь это же…

— Псевдоним. Рекламная акция. Вся контрабанда делается на Малой Арнаутской. Хитрый ход маркетинга.

— То есть… обман?

— О! Вот с этого места поподробнее. Где трудимся?

— Дизайн… и реклама…

— Тогда кому и знать об обмане, как не вам. Инженеры человеческих душ! Нуте-с, отведаем Тьфутис. Такой сла-а-адкий — аж ложка стоит! Тому, кто это придумал, надо было дать срок — за использование порнографии в средствах массовой информации.

— Почему?

— Понятно. Замужем?

— Н-нет, то есть…

— Бросил мужик. Дальше?

— Я, наверное, пойду…

— Сидеть! Чего вы ждете от этой книги?

Ольга вдруг разозлилась на эту горластую и надменную бабу в джинсах, так стремительно и легко выставившую ее, Ольгу Ланскую, идиоткой.

— Как я могу ждать чего-то от того, что я еще не читала?

Анфиса Бромберг удовлетворенно улыбнулась — так мог бы улыбнуться кот, обнаруживший, что дохлая мышка у него под лапой еще шевелится и способна доставить ему несколько минут удовольствия от игры — просто так, в качестве бонуса.

— Неверный ход, девушка. Вы прослушали объявление, мысленно прикинули заявленные проблемы на себя и пришли за книгой. Значит, надеетесь, что с ее помощью сможете эти проблемы разрешить. Скажите, вас заинтересовало бы рекламное объявление типа: «Не можете самостоятельно заварить швы на трубах теплоцентрали? Заморозили котельную? Потеряли любимую метлу? Мечтаете о карьере мусоросжигателя? Обо всем этом в новой книге магистра домоводства, почетного траншеекопателя, профессионального истопника и любимого ученика личного дворника Сталина, Алоизиуса Хны!»..

— Но ведь это же бред! Правда, довольно смешно…

— Совершенно верно! Вы еще не потеряны для мира, я смотрю. Девушка, не валяйте дурака и не тратьте деньги на эту абракадабру.

— Шестьсот шестьдесят шесть рублей — лучше сходите в «Макдональдс» и купите на эти деньги гамбургеров для бомжат.

— Вообще-то я впервые вижу, чтобы товар рекламировали таким образом.

— То есть честно?

— Ну… да!

Анфиса Бромберг удовлетворенно кивнула.

— Заметьте, я вас ни о чем конкретном не спрашивала. Вы сами добрались до истоков своих проблем.

Она вдруг наклонилась вперед и страшным шепотом произнесла:

— Сегодня вы сами себе признались, что большую часть жизни прожили во лжи. На работе, дома, с родными, с мужчиной — везде. Вы всегда это знали, но успокаивали себя тем, что так поступают все. А это не так. Ложь — как радиация. Она имеет свойство накапливаться. И однажды достигнет критической массы. Единственное лекарство — назвать все вещи своими именами и прекратить заниматься ерундой. Все, идите. Мне надо обслужить еще пару идиотов, получить бабло и отвалить из этого Вавилона.

Анфиса Бромберг сердито замахала на Ольгу руками, и та торопливо покинула зал с книгами. В голове у нее царила полная неразбериха, но настроение, как ни странно, значительно улучшилось.

Дома она решительно принялась за уборку и с особой мстительностью выбросила в мусоропровод пластиковый мешок с забытыми Петечкой одеколонами, бритвенными станками, носками и прочей ерундой. Потом влезла в компьютер и удалила все Петечкины файлы, не читая, сбросила в корзину всю почту, потом послала по «мылу» заявку на отключение абонента Ркйг и только в самом конце устыдилась и перенесла все уничтоженные материалы из корзины на диск. Завтра отправит по почте Тиребекову, он передаст.

Уже засыпая, Ольга еще раз попыталась вспомнить фамилию сбежавшего Петечки.

Бесполезно. Тьма. И уже совсем на пороге сна Ольга вдруг поняла, что не помнит, какого цвета у него глаза…

4

НЕЖДАННЫЙ УДАР. ДРУГ — ЭТО ТРЕТЬЕ МОЕ ПЛЕЧО…

Неделя пронеслась стремительно, словно норовистый конь, и Ольга почти пришла в себя. Объективности ради следовало сказать, что по большому счету в ее жизни ничего не изменилось — все те же контракты, встречи, поездки, телефонные переговоры, дизайн-макеты, ругань с исполнителями и улещивание заказчиков…