Я верю в чудеса (СИ) - Гриб Елена Григорьевна

  А еще я хотела узнать правду. Услышать не пересказанный разговор, не обрывки фраз, а откровенный ответ на прямой вопрос.

  Было страшно, не спорю. Я никогда не имела дел с теми, кто управляет чужими жизнями и может как бы невзначай заявить: "Я позаботился об Олеге". Но полтора года ада и бесплодных попыток убедить себя и окружающих, что все хорошо, сильно сказались на моем мировоззрении. Ради девочек я сделаю что угодно и не пожалею об этом.

  Пункт первый: узнать, что случилось с их отцом. Любой ценой! А потом будет видно. Я не заглядывала наперед - сосредоточилась на настоящем.

  Мокрая одежда отправилась в сушилку, мне же достались вещи бывшей жены хозяина дома - просторные джинсы и толстый вязаный свитер.

  Мы пили чай на диване у бассейна. То есть я пила - Игорь потягивал напиток покрепче. И молчали: я не решалась заговорить, он разглядывал меня поверх ободка бокала как занятный биологический экземпляр.

  - Пойдемте, - сказал, опустошив бокал. - Я себе это не так представлял, но раз уж вы здесь...

  - Хочу знать все! - Меня трясло от волнения. - Все, ясно? От начала до конца!

  - А я хочу спать, но раз уж вы настаиваете...

  Он провел меня на второй этаж, в просторную спальню с огромным телевизором, и клацнул пультом.

  - Смотрите и... Не нужно благодарностей.

  Когда часы пробили полночь, я рыдала на груди Игоря как беспомощный ребенок и уснула в чужой постели, напичканная успокоительными действеннее валерианы. А утром меня разбудил поцелуй.

  - Никогда не поверишь, что со мной случилось, - прошептал Олег, гладя мои волосы.

  Он был худой, бледный, простуженный, с непривычной сединой в волосах и тем особым блеском в глазах, что отличал его от других мужчин - по крайней мере, для меня.

  - Это и правда ты?

  Я протянула руку, чтобы коснуться его, и Олег приник к ней губами.

  - Почти весь. - Он подмигнул и прижал мою ладонь к сердцу. - Пары зубов недостает, но мы ведь это переживем?

  Я не сумела ответить, только смотрела на него, не веря своим глазам, а вот девочки времени зря не теряли. Радостно визжа, они ворвались в комнату и повисли на папе, едва не повалив его на толстый пушистый ковер с восточным узором. Им не требовались слова, да и мне тоже...

  Чудес не бывает? Скажите это кому-нибудь другому, а я тем временем улыбнусь скептикам и буду наслаждаться вернувшимся счастьем!

  8

  Полгода спустя

  - Эй, братан, это ж ты тут хозяин?

  - Нет, не я. - Олег посмотрел на бритоголового качка в кислотно-зеленых шортах и кивнул в сторону административного здания. - Управляющий там. Какие-то проблемы?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  - Да ладно, я ж тебя видел! С этим, как его... Игорь какой-то, что постоянно в телике понтуется. Ты ж наследник похищенный, все это знают. Пойдем к нам, мужики тебя угостить хотят и историю послушать. Правда, что ты залив переплыл, когда сбежал? Уважаю, братан!

  Олег повернулся ко мне, вопросительно поднял бровь.

  "Справишься?" - спрашивали его глаза.

  Я сдержала улыбку и степенно кивнула.

  - Развлекайся, милый, не только у девочек каникулы.

  Качок шлепнул моего мужа по спине, направляя к навесу, под которым расположилась шумная компания. Их поприветствовали громкими криками и вылетевшей пробкой от шампанского.

  - Хорошая у тебя баба, - сказал кто-то.

  - Самая лучшая, - подтвердил Олег.

  Грянул одобрительный гогот, и я отвернулась, следя взглядом за дочурками, что резвились на пляже.

  - Какие же они красивые. - Ко мне подсела Тамара Марковна с коктейлем в руке, оправила просторный сарафан и сняла соломенную шляпу, позволив теплому ветру встрепать примятую "химию". - Никогда бы не подумала, что все так обернется... Везучая ты, Валюшка. И я везучая, хотя и дура. Вот почему я тогда поверила сплетням? Почему не писала, не звонила, не добивалась встречи? Слабая я. - Свекровь вытерла глаза. - Пойду в номер, чтобы вам настроение не портить.

  - Лучше с девочками поиграйте. И вам веселее будет, и они притихнут немного.

  Тамара Марковна неуверенно кивнула и сделала шаг к морю. Остановилась, уставилась вдаль и будто нырнула в воспоминания. Я чувствовала: она корит себя за то, что тридцать с лишним лет назад отпустила своего грека без возражений, не боролась за него и не интересовалась его судьбой.

  Он ведь не бросил ее. Отправился домой, чтобы серьезно поговорить с семьей насчет будущей жены и еще не рожденного сына, и не доехал.

  И Тамара Марковна, и отец ее возлюбленного считали себя преданными и не шли на контакт. Но два года назад старик серьезно заболел. Предстояла рисковая операция, говорили, он не выкарабкается... Ему же напоследок захотелось увидеть опального сына и внука.

  Переписка была краткой. Олег получил письмо, из которого понял, что его сбежавший папаша - не сбежавший, настрочил подробный ответ с кучей встречных вопросов и отправился в Грецию, чтобы все прояснить на местах.

  Старик послания не получил - как раз валялся в больнице. А вот кое-кому неожиданно появившийся теоретически возможный наследник очень не понравился, и этим кем-то был родной дядя Олега.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

  Когда-то он избавился от брата, который мог потребовать свою долю в семейном деле и развалить бизнес, что только-только вставал на ноги, ради какой-то иностранной вертихвостки. Теперь распланированная на десятилетия вперед жизнь снова оказалась под угрозой. Более того, могли открыться давние грехи!