Любви время, мести час (СИ) - Бастрикова Марина

«Зачем вообще нужна семья? Какой в этом плюс? Никогда не женюсь. Точка» 

Глава 6. В лесу родилась ёлочка Игорь

Оля проснулась от маминых вопросов. Открыв глаза, девочка увидела ее стоящей рядом. Она нависала над ее кроватью с рыбой в руках.

— Если ты хочешь убить меня рыбой — это зря. Она бьет не больно. А вот удочка. Удочка — вещь. — а что еще было ответить девушке?

— Это ты поймала рыбу? — и почему в этом вопросе звучит столько наезда?

— Если мне не приглючилось, что ты отправила меня на рыбалку, то, скорее всего, да. Есть еще вариант, что она пришла сама. — Ольга попыталась обратно залезть под одеяла, но передумала, чтобы не терять контроль маминых действий. ВДруг, и правда решит подраться рыбой.

— Щука? — и сколько возмущения-то.

— Ты начала шепелявить и меня оскорбляешь? Или я что-то не понимаю? — Ольга сказала и зевнула, понимая, что оба варианта не исключены. Мать всегда отличалась эмоциональностью. И редко следила за выбором слов.

— Как ты смогла поймать щуку?

— Ручками, мама, ручками. — и поспешила уточнить, — в которых удочках была.

«А то еще отправит в следующий раз голыми руками ловить».

— Так, крапивий ты язык, быстро чистить рыбу и в огород.

— Ой, мамочка, я готова сделать только что-то одно. Могу целый день возиться в огороде, а могу почистить эту великолепную рыбу.

Маме очень хотелось назло дочери взяться за чистку рыбы, а доту отправить в огород. Она пересилила брезгливость, вдохнула воздух и уже собралась сказать: «Иди в огород». Как Оля подскочила и сказала: «Ой, мам, она еще живая. Я ж специально ее в воду опустила. Такая красивая, хотелось понаблюдать. И Оля тронула щуку пальцем. Та зашевелилась, а мама, взвизгнув, выпустила чешуйчатую из рук.

— Хорошо, хорошо. Почистишь эту зубастую тварь и свободна. Чтоб ни тебя, ни твое волосатое чудовище я сегодня не видела!

«Волосатое чудовище? Она ж не об Игоре, да?»

Быстро расправившись с рыбой и засунув ее в морозилку, Ольга схватила Барсика и выбралась на улицу. В лес или купаться? В этот раз Ольга захватила рюкзачок со сменной одеждой, водой и бутербродами. Поход. И повернула к нестройным рядам деревьев.

— Оля, ты куда? Постой!

Игорь подбежал. Барсик решил, что с ним играют и побежал за Игорем. То, что парень от него с криками убегает было тоже принято за игру. Ольга даже не знала, что до прилеска можно так быстро добежать. Хотя Игоря можно понять. Ворота бы он открыть не успел, а достаточно высоким забором для спасения от чудовища в лице огромного двортерьера — был только забор дома Игоря. На который невозможно было залезть.

Игорь сидел чуть ли не на макушке ёлки. Её оставили расти так близко к домам, чтобы наряжать на новый год. Уж больно красивая и ветвистая… была. Сейчас же одна из веток сломалась, а сама ёлка накренилась, выглядя теперь немного прибухнувшей. Ольга подошла и взглянула вверх. Игорь сидел на ветке и держался окровавленными ладонями. Выглядел он забавно с распушившимися золотистыми волосами. На них сквозь ветки падал луч таким образом, что «а во лбу звезда горит» уже не казалось художественным вымыслом. Часть зеленых иголок осыпалось вниз, но самые крепки и преданные застряли в волосах у Игоря.

— Ты в курсе, что попортил новогоднюю достопримечательность этой деревни? Но я не в обиде. Во-первых, я редко приезжаю сюда на Новый Год, а во-вторых, я знаю кого теперь можно наряжать вместо этой ёлки.

Игорь прищурился, сорвал с ветки шишку и бросил в Ольгу. Не попал. Барсик, решивший, что игра закончилась и отбежавший, тут же вернулся и гавкнул.

— Зажравшееся животное, тебя бы на живодерню. — второй бросок Игорь попытался сделать уже в Барсика.

— Жестоко ты о себе. Хотя спасибо за пояснения. Я думала, ты теперь ёлочка. А ты ёжик. Еще и потрепавший всем нервы. Ужас, не удивительно, что решил переехать жить на деревья.

— От тебя не только на деревья уедешь. — Игорь облокотился лбом о ствол. Но это больше походило на попытку побиться головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Лучше куда-нить в большой город. Там точно от меня спрячешься. И людей много, и я большие города не люблю. — Ольга усмехнулась. — Ну раз это не ты за мной шел, а я тебя преследую… то на сегодня шпионскую деятельность заканчиваем. Барсик, гулять.

Пёсель радостно рванул в лес. Знал, что там ему полная свобода и хозяйка даже не будет пытаться контролировать. Ольга развернулась, чтобы уйти, но раздалось шебуршание. Когда Оля подняла лицо Игорь, цепляясь за ветки, падал. Девушка благородно протянула руки, чтобы убрать пару иголок с волос упавшего Игоря.

— Ты, конечно, — златовласка, но я не принц тебя ловить, Оловянов. Иди домой, у тебя все руки в крови.

Игорь подскочил с невозмутимым лицом. Только губы прикусил до крови, когда оперся на ногу.

— Царапина. Пошли, куда ты шла. — прохрипела ёлочка и задрала подбородок к небу. Ох и пафоса-то сколько.

— Та-аа-ак.

Ольга посмотрела на покер-фейс соседа и вздохнула. Ну куда ему, болезному на ногу и понты?

— Пошли зайдем к тебе. Я у вас в аптечке видела все необходимое. БАРСИК!

Ольга сделала настолько резкий переход с тихого голоса на выкрик, что Игорь подскочил в испуге, оперся на левую ногу, сморщился и, не удержав равновесия, снова повалился в траву.

Когда Барсик подбежал, Игорь уже привстал, но передумал и притворился мёртвым. Только глаза крепко-крепко сжимал, как будто его сейчас съедят. Сердобольный Барсик подошел проверить, что с обморочным.

— Когда очухаешься, ЕГО в нос не советую целовать. С червяком оно-то безопаснее было. Все-таки худоват ты, а Барсик кости любит.

Ольга побрела назад, а за ней и Барсик. Вскоре, доковылял и Игорь. Только старался он стоять так, чтобы между ним и собакой была Оля. Девушка фыркнула и выгнула бровь. Игорь решил ответить на молчаливый вопрос:

— Тебя он будет жрать достаточно долго, чтобы я успел спастись.

Оля решила даже не обижаться. Итак, парнишка выглядел обиженным жизнью.

— Ворота открывай, ёжик.

Игорь запыхтел, что стал действительно похожим на колючего.

Стоило воротам открыться, как Ольга запихнула внутрь Барсика.

— Это план по не пусканию меня в собственный дом?

— А что? Вам охранник от всяких других животных не помешает. Особенно ёлочноводных. Пошли уже. Оля схватила за руку Игоря и завела того в собственный дом. Хотя Барсик, давно уже не обращал внимания, исследуя новую территорию.

Ольга взволновано прислушалась к звукам в доме.

— Родителей нет, выдохни.

Игорь усмехнулся и, вырвав руку, из цепких пальцев Оли удалился в ванну приводить себя в порядок. А Оле было не удобно без спросу заходить в чужие комнаты (а в дом, значит, нормально, да?), и она пошла на улицу посмотреть, чем занят Барсик.

Тот ловил истинный кайф от того, чтобы пометить столь дорогие вещи. Уже даже сварганил статую для украшения. Вот, главное, в лесу ему этого не захотелось? А на дорогом газоне, чуть ли не посыпаном золотом — сразу творчество в нем проснулось. Тут раздались знакомые причитания, переходящие на выкрик.

— Да что ж это творится! Украли! Пса украли. Сторожевого! Да как же так-возможно-то?

Ольга подошла поближе к забору между коттеджем Игоря и их избушкой на самогоньих ножках (иначе тех строителей и не назвать) и произнесла:

— Ба, спокойно, это я его притащила. Как освобожусь — верну.

— Ух ты хоспади, а напугали-то как. У меня чуть обе части лица не заработали.

Бабуля махнула рукой и продолжила грядкокопательную операцию. Мамы видно не было, и это давало надежду, что она не заметит. Ольга обернулась и увидела лицо Игоря в окне. Так, нужно срочно зайти и отвлечь его. А то еще найдет на газоне новую скульптуру, еще и убирать заставит. Пусть лучше перед родителями оправдывается, что сии экскременты от собаки. А то, что у них собаки нет… пусть разводит своими окровавленными ладошками в стороны. «Ох, узнать бы, что те подумают».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})