Измена. Новая жизнь - Татьяна Тэя

Всю воду по дороге выдула, а на заправке притормозить не сообразила. Можешь налить чего-нибудь?

— Чего-нибудь? — усмехается Мила. — Чего-нибудь — это мы быстро, — подмигивает.

Отходит к бару и гремит посудой.

— Так, вот держи, — с ходу суёт мне бокал с белым сухим в руки.

Нюхаю терпкий аромат вина.

— Я не это имела в виду.

— Пей-пей-пей, — трогает ножку бокала кончиками пальцев. — Шардоне, как известно, прекрасно утоляет жажду.

— И печаль, — добавляет девушка на диване.

— По мне так заметно, что я в печали? — вздыхаю расстроенно.

Мила аккуратно подталкивает меня к столику с мягким уголком. Я плюхаюсь в кресло и пью вино. Веселее, конечно, не становится, но, возможно, будет эффект с оттяжкой.

— Это Лика, коллега наша с Глебом, — знакомит нас Мила.

— И соседка по даче, — улыбаясь, та наклоняется, чтобы чокнуться с нами бокалами. — Ну, почти соседка. У меня участок в другом конце садоводства.

— Соседка, — отмахивается Мила. — Подлить? — кивает на моё уже наполовину выпитое вино.

Не собиралась сегодня пьянствовать, но чувствую, что расслабиться не мешает.

— Давай. — махаю рукой. — Но, если заметишь, что напиваюсь, тормози меня. Ибо внутренний тормоз у меня сбоит.

— Ни разу тебя пьяной не видела, посмотрела бы на это, — усмехается Мила и уходит за бутылкой.

Сначала бы болтаем о разном, но то, что крутиться на моём языке требует выхода.

— А Глеб где? — спрашиваю Милу о муже.

— В командировке.

Пхыкаю с иронией.

— Пфф…. Поаккуратнее с этими грёбанными командировками, — вырывается у меня.

Поднимаю глаза к потолку. Надеюсь, девочки не услышат, что мы тут обсуждаем. А ещё очень хочется выругаться.

— Света-а-а, что случилось-то?

Допиваю вино длинным глотком.

— Чужие трусики в кармане мужа случились.

Лика хихикает, но я так зыркаю на неё, что он быстро извиняется.

— Прости, но звучит смешно.

Долгий выдох, и остатки воздуха покидают лёгкие.

— Звучит, может, и смешно, а вот ощущается — не очень.

Глава 9

— Так, что произошло? — по-деловому строго спрашивает Мила.

И тут из меня начинает сыпаться информация о событиях последних дней.

Девушки сидят, открыв рты, ловят каждое слово. Будто я не жизнь свою рассказываю, а краткий пересказ какого-то сериала.

Признаться честно, есть у меня ощущение, что попала я в дешевое кино.

Я выдаю самое основное: о нижнем белье в пиджаке, о моей поездке в аэропорт, об операционном директоре и их такси на двоих, а вот об угрозах Тёмы предпочитаю молчать. Думаю, что позже, когда переварю утренний разговор с пока ещё мужем, поделюсь с Милой.

Когда замолкаю, подруга печально смотрит на меня, затем наклоняется, чтобы похлопать по руке.

— Ах, не надо меня жалеть, — одёргиваю ладонь и прикладываю её ко рту, чувствуя, что ещё секунда, и разревусь.

— А что надо? Поругать козлину эту?

Знала бы Мила, насколько Артём в действительности окозлился!

Киваю. И подруга начинает выполнять свою миссию. Затем спрашивает:

— Разводиться будешь?

— Планирую.

— Правильно, я бы не смогла терпеть.

— Глеб у тебя надёжный.

— Тёма твой тоже надёжным казался.

— Он умеет пускать пыль в глаза.

Какое-то время мы обсуждаем мужчин, Лика рассказывает какую-то историю из жизни. Не своей, чужой, а Мила для меня поясняет.

— Лика у нас одиночка. Мужей нет, только любовники.

— Я поняла, что так проще, — кивает.

— Может, ты и права…

Это я вслух говорю, но ведь понимаю, что каждому своё. Я всегда мечтала о крепкой семье, о детях, совместных отпусках и праздниках, счастливом доме, а что получила?..

Удар в спину? Предателя под боком? Ещё и кучу угроз, вместо покаяния. Хоть бы извинился, сказал, что ему жаль. Но нет… лучше внушить мне, что я всё придумала, чем признать факт собственного падения.

Когда Лика уходит, Мила пересаживается ко мне поближе и обнимает.

— Может, у Алиски из-за отца такое состояние? Не думала?

— Думала? Он нервный и раздражительный стал, как там всё закрутилось. Это я так думаю. Так что… всё может быть.

— Вы когда к психологу?

— Пока не знаю.

— Ты что, ещё не записалась?

— Собиралась, но… чёрт, перенервничала перед разговором с Артёмом и из головы всё повылетало. Я ужасная мать.

— Ты отличная мать, хватит само уничижаться. Звони давай. Телефон же есть.

— Так суббота. Да и время уже…

— И что? Администратор запишет на свободные дни.

— Да? — приподнимаю бровь, затем беру сотовый и ищу номер центра.

И действительно — милая девушка администратор вежливо спрашивает имя «пациента», возраст, мои пожелания по специалисту.

«Даже так?» — думаю я.

— Если можно, то к женщине постарше… спокойной такой, располагающей к себе. Так лучше будет.

— У нас все специалисты спокойные. И вежливые, не переживайте. Давайте запишу к Алисе Александровне. Как раз будет что-то общее, они же тёзки с вашей дочкой, это уже должно расположить девочку к общению. Плюс у Алисы Александровны прекрасная многолетняя практика и дети идут на контакт с первого сеанса.

— Отлично, нам подходит.

Забиваю время в календарь, когда кладу трубку. Потом взмахиваю телефоном и кидаю его на диванчик рядом с собой.

— Дело сделано, — рапортую Миле.

— Молодец, а теперь… пошли играть в «Лото», потому что, кажется, вторая часть «Холодного сердца» почти закончилась.

— А-а-а… — поскрипываю, как старая вешалка, когда встаю с дивана. — Можно мне кофе перед этим? А то я спать хочу.

— Кофе? Конечно… Сейчас будет ударная доза эспрессо.

— Нет, ударную не надо, я ещё хочу ночью забыться сном, а не лить воду на мельницу переживаний… и сожалений.

— Как красиво ты выражаешься, Светка. Нет бы просто сказать: истерить и накручивать. Дам тебе снотворного, если будут проблемы. Не переживай, у меня всё в аптечке есть.

Знаю, что Мила шутит, но улыбаться совсем не хочется.

Я словно пустой сосуд после того, как высказалась. И легче, вроде, не стало, хотя должно было бы…

Вечером до сна болтаю с дочкой, стараюсь улыбаться и делать вид, что всё отлично. Аккуратно сообщаю ей, что в понедельник мы пойдём пообщаться с одной тётей.

Алиса спрашивает, что там будет.

— Вы просто поговорите, может, поиграете немного, ты, главное, делай, как она попросит, отвечай, когда спрашивает.

— Это как урок?

— Нет, что ты… Простая беседа. Иногда людям надо разговаривать, чтобы понять друг друга.

— Как мы сейчас?

— Да, как мы.

— И вопросы можно задавать?

— Естественно.

Алиса на секунду прислоняется головой к моему плечу, потом выдаёт:

— Мам, а что с папой?

Вздыхаю невольно. Вот что я могу ответить ребёнку конкретно на этот? Ведь вопросов дальше будет ещё больше, когда или Артём, или мы съедем с квартиры. Как объяснить Алисе эти