Суровый батя для Снегурочки - Оливия Стилл

class="p1">В доме повисла гнетущая тишина, только треск дров в печи казался громче обычного. Мой взгляд встретился с его, и я почувствовала, как внутри меня всё переворачивается.

Его глаза – зелёный и голубой – словно заглядывали в самую глубину моей души, вытаскивая правду, которую я так долго прятала.

Но я не могла найти ответа.

Или, может, не хотела его давать.

Глава 10

– Кто отец Маши? – вопрос Дениса висел в воздухе, заполняя комнату странным, тяжёлым напряжением.

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри что-то сжимается. Он должен был догадаться. Эти глаза, его повадки, то, как он смотрит на неё. Но вслух я не могла это произнести. Ещё не могла.

Я медленно опустилась на кровать рядом с Машей. Её дыхание было ровным, спокойным, и это давало мне силу говорить, хотя голос всё равно дрожал.

– Это… сложная история, – начала я, не глядя на него.

– Я вышла замуж за Андрея, когда мне было всего двадцать. Мы учились в одном институте, он всегда был таким… уверенным. Знал чего хочет. Или, по крайней мере, мне так казалось. А я… я думала, что нашла того самого.

Денис сел напротив, его взгляд не отрывался от меня. Я чувствовала, как он слушает. Не перебивает, не осуждает, просто ждёт.

– У нас долго не получалось завести ребёнка, – продолжила я, с трудом подбирая слова.

– Мы пробовали всё, что могли. Врачи, анализы, процедуры… И тогда мы узнали, что Андрей… он… бесплоден.

Я поймала его взгляд и увидела в нём не жалость, а что-то вроде понимания. Это помогло продолжить.

– Для него это было ударом, но он пытался держаться. Мы решили обратиться в клинику за донорством. Это была его идея, – я горько усмехнулась.

– Он сказал, что ребёнок – это главное, что нас связывает, и что без него всё остальное теряет смысл.

Я замолчала, вспоминая тот день, когда мне позвонили из клиники с новостью, что процедура прошла успешно.

– И я забеременела, – сказала я наконец. – С первой попытки. Это было… счастье. Невероятное счастье. Я помню, как плакала, как обнимала его, и думала, что это начало новой главы для нас. А потом появилась Маша.

Горло сжалось, и я глубоко вдохнула, стараясь не дать эмоциям, взять верх. Денис молчал, но я чувствовала его напряжённое внимание.

– Она была таким чудом. Такой красивой, умной, яркой. Но Андрей… он изменился. Он стал отдаляться. Сначала это были мелочи: задержки на работе, короткие ответы. А потом… потом я застала его с Юлей.

Слова застряли в горле. Я увидела, как в глазах Дениса мелькнуло что-то резкое, едва сдерживаемое. Злость? Возмущение? Я не знала.

– Юля была моей подругой, – продолжила я, не глядя на него. – Мы дружили ещё с института. Она была частью нашей жизни. И вдруг… я захожу в дом, думаю сделать ему сюрприз, а там они… в нашей спальне.

Я зажала рот рукой, чтобы не выдать дрожь в голосе. Казалось, что эти слова вытягивают из меня последние силы.

– Ты ушла, – сказал Денис, больше утвердительно, чем вопросительно.

– Да. Я забрала Машу и уехала, – кивнула я.

– Мне было больно, так больно, что я не могла дышать. Но ради неё я должна была это сделать.

Его лицо смягчилось, и я увидела в его глазах сочувствие. Он медленно протянул руку и положил её поверх моей. Это движение было таким простым, но в то же время неожиданным. Его ладонь была тёплой, и на мгновение мне показалось, что всё напряжение исчезло.

– Ты сильная, Ирина, – сказал он тихо.

– И очень смелая.

Я улыбнулась, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Его близость успокаивала, но и пугала. Я поймала себя на мысли, что хочу задержать этот момент. Что хочу, чтобы он остался рядом.

– Ты не должна была проходить через всё это одна, – продолжил он, его голос стал мягче.

– Твой муж… он не заслуживает ни тебя, ни Маши.

– Может быть, – прошептала я, не отводя глаз.

– Но Маша… она моё счастье.

Денис кивнул, и я заметила, как его взгляд снова скользнул к Маше. Он замер на несколько секунд, и я поняла, что он снова что-то обдумывает. Его пальцы слегка сжались на моей руке, и я почувствовала, как сердце начинает стучать быстрее.

– Ирина… – начал он, но в этот момент за окном вспыхнул свет фар.

Оба мы одновременно повернули головы к окну. Свет был ярким, режущим глаза, и я сразу поняла, что это автомобиль. Сердце ёкнуло.

– Кто-то приехал, – тихо сказал он, его голос был как сталь.

Я встала, чувствуя, как ноги становятся ватными. Это не мог быть случайный человек. Мы были слишком далеко от дороги, от других домов.

– Ирина, кто это может быть? – Денис подошёл ближе, его взгляд был жёстким, как у хищника, готового защитить свою территорию.

– Это… – слова застряли в горле, когда в памяти всплыли знакомые черты, холодный голос, обвинения. – Это Андрей.

Стук в дверь прозвучал как гром. Я замерла, чувствуя, как внутри всё сжимается. Денис обернулся ко мне, его глаза встретились с моими. В них был вызов. Он был готов ко всему.

– Открой дверь! – послышался грубый голос снаружи.

– Я знаю, что вы там!

Я почувствовала, как всё внутри замирает. Глава, которую я думала, что закрыла, вдруг снова оказалась передо мной.

А Денис… он был готов сразиться с призраками моего прошлого.

Глава 11

Я сидел в кресле у печи, глядя на танцующие языки пламени. Тёплый свет освещал комнату, но внутри меня было темно. Мысли сжигали хуже огня.

Правда, которую я не хотел признавать, начала складываться, как пазл. Она смотрела мне прямо в лицо в виде девочки, которая тихо спала на кроватке, борясь с заразой.

Маша… она моя дочь.

Я знал это.

Знал с самого момента, когда заметил её глаза, этот удивительный контраст между зелёным и голубым. Мои глаза. Не просто совпадение. Это было невозможно.

Ирина говорила, её голос дрожал, но она продолжала рассказывать свою историю. О муже, о боли, о Маше. Я слышал каждое её слово, но в голове звучал собственный голос. Воспоминания накрыли меня с головой.

Я глубоко вздохнул и закрыл глаза, возвращаясь мыслями в тот день, когда я впервые оказался в клинике.

Тогда всё казалось таким простым. Мне было двадцать пять, жизнь только начиналась, и денег катастрофически не хватало. Я работал ночами, таскал коробки на складе, днём