После развода. Хирург, не возвращайся! - Анна Раф

– А Маша?

– Маша уже большая девочка. К тому же, мы можем попросить Таню присмотреть за ней, – улыбаюсь я. – А теперь, родная, мне пора работать.

– Да, – кивает Настя. – У меня тоже полно дел. Ладно. Кость… До вечера.

– До вечера, – киваю и возвращаюсь за письменный стол.

Стоит мне достать очередной документ для проверки, как мне на телефон приходит уведомление о входящем сообщении.

Отправитель – Таня Белова.

Фотография.

Откровенный снимок, на котором она в ярко-красном нижнем белье. Под фотографией игривая подпись: “Снял бы с меня эти кружева?”.

ГЛАВА 8

ГЛАВА 8

Темников

Нервно сглатываю. Ничего не понимаю… Что Белова себе позволяет? Я, конечно, понимаю – сейчас она только-только начала оправляться от недавнего развода, но это ведь не значит, что можно отправлять такие фотографии мужу своей лучшей подруги!

В следующую секунду приходит ещё одно сообщение.

– Ой, не тебе, – читаю одними губами, после чего взгляд ненароком возвращается к фотографии.

Снимок моментально удаляется из нашей переписки, в которой мы обычно обсуждали пациентов, назначения и предстоящие операции.

В горле встаёт ком.

– Не мне, так не мне, – бубню себе под нос, после чего возвращаюсь к работе.

Из мыслей, однако, не выходит этот чёртов снимок. Как давно подобные фотографии мне не присылала жена. Из-за работы в последнее время она совсем не своя. Сколько не просил её уволиться или хотя бы снизить нагрузку – всё бестолку.

Было время, когда она была самой настоящей зажигалкой – весёлой, улыбчивой, а сейчас… Видимо, усталость взяла своё. Сейчас единственное, на что хватает Насти – приготовление ужинов и уборка дома. В общем, идеальное ведение быта, но…

От этого страдает наша личная жизнь.

Я не помню, когда в последний раз у нас секс. Кажется, на прошлой неделе. Чёрт. Я ведь никогда не давил на жену с интимом, но в последнее время она только и делает, что отнекивается и говорит, что у неё болит голова.

В памяти всплывает проклятая фотография, присланная Беловой.

Нет. Нет-нет-нет, я не могу об этом думать. Не имею права. У меня любимая жена, семья, а Таня… Чёрт, она же наша подруга!

В голове начинают роем носиться мысли о том, как бы наладить климат внутри нашей семьи.

Мои предложения нанять домработницу и заказывать ужины в доставке Настя встречает с настоящим осуждением. Мол, ей не нравится, когда в доме кто-то хозяйничает помимо неё. Однако, вместо того, чтобы как-то разгрузить себя, она продолжает уставать и на работе и дома. В результате все злые и уставшие…

В самом деле, нужно будет ещё раз поговорить с женой на эту тему. Может быть, в этот раз у меня получится убедить её.

В кабинет врывается медсестра. Без стука. Значит, что-то срочное. Экстренный больной.

– Какая операционная? – закрыв папку с документами, поднимаюсь со стула и направляюсь к дверям.

– Т-третья, Константин Львович… Там…

– Что там? – невольно хмурюсь.

– Тромбоэмболия лёгочной артерии… Тромболизис не помог, пациенту опять стало плохо. Нужно экстренно…

Не дослушиваю слова медсестры до конца, мне и так всё понятно.

Оперирую на автомате. Скальпель, зажим, коагулятор… Команда сама знает, какой инструмент вложить мне в руки, чтобы я смог спасти жизнь пациента.

И я спас.

Следом – ещё один, с точно такой же историей. Закон парных случаев в действии.

Дальше – две плановые операции, которые пришлось отложить на несколько часов из-за утренних экстренных с тромбоэмболиями.

Из операционной выползаю в семь часов вечера. Уставший, голодный, злой.

Если бы не тот круассан с кофе, который принесла Таня, я бы кони отбросил. Так. Настя приносила мне плов…

С надеждой иду к себе в кабинет, но моментально осознаю, что я забыл убрать его в холодильник. За то время, пока я оперировал в поте лица, контейнер со вкуснейшим домашним пловом простоял около батареи, а сам плов наверняка испортился.

Чёрт…

Да. Контейнер с обедом летит в мусорку. На душе паршиво, ведь я знаю, как много сил вкладывает моя жена в то, чтобы успеть приготовить что-то вкусное, а мне сейчас приходится это выбрасывать.

Всё. Решено.

На неделе приглашу жену в ресторан. Всю работу отброшу на потом, возьму Настю в охапку и повезу в наше любимое место.

Проведём вечер как муж и жена.

***

Анастасия Темникова

Сутки выдались какими-то бешеными.

Один пациент начал задыхаться, и его пришлось интубировать. Второму понадобился аппарат искусственной вентиляции лёгких. Третий во время капельниц отвязался от кушетки и убежал, оставив после себя кровавые разводы по всему отделению.

К концу рабочего дня я чувствую себя выжатой, как лимон.

Скоро поеду домой, но сначала… Зайду к мужу. Я понимаю, что он очень занят, но…

Я так скучаю по нему. Мы так давно никуда не выбирались. Наша жизнь превратилась в сплошную рутину, и от этого страдают все – я, Костя, Маша…

Забираю сумку и направляюсь в хирургию. Даже если Костя ещё не освободился, то… Я хотя бы сообщу ему, что поехала домой. Обниму, скажу, как сильно его люблю…

От усталости в сердце начинает щемить.

Торопливо иду к кабинету супруга. На удивление, он не заперт, хотя самого Кости внутри нет.

– Странно, – шепчу себе под нос, и уже хочу покинуть кабинет мужа, как вдруг взгляд ненароком падает на мусорное ведро, стоящее около двери.

В нём лежит мой контейнер с пловом, который я заботливо принесла Косте, чтобы он поел. Я же понимаю, что с его-то нагрузкой у него даже в туалет иногда нет времени сходить. А тут…

К горлу подступает ком боли и обиды.

Не знаю, почему, но этот выброшенный контейнер с пресловутым пловом кажется мне олицетворением наших отношений.

Я стараюсь – Костя не ценит, выбрасывает…

Не хочу больше здесь оставаться. Поеду домой.

Стоит мне переступить порог собственной квартиры, как в нос моментально бьёт какой-то химозный запах.

– Маша! Чем так пахнет? – прикрикиваю с порога, испытывая сильнейшее раздражение. Это всё от усталости…

Из ванной выходит