Неверный! Любовь не вернуть - Елена Полярная

Но его можно было понять. Сам же проболтался, что я приношу ему неплохие деньги, вот он и решил оставить меня в качестве менеджера, а теперь видит, к чему привели его действия, грозящие моим уходом.

— Да и куда ты пойдёшь? Я всех в нашей сфере знаю, так что один звонок…

— Вы уже повторяетесь, — с наигранно вежливой улыбкой перебила директора. — К тому же я уверена, что у вас нет никакого влияния и авторитета на Артура Николаевича. И если учесть, каким словцом вы его проводили, выставив в наших глазах чуть ли не негодяем, я склоняюсь к мысли, что всё было иначе. Скорее ваш бывший заместитель перерос вас, решив открыть своё дело, а вы не смогли мирно его отпустить, желая хоть как-то подмочить репутацию.

— Вот, значит, как ты со мной заговорила. И это вся твоя благодарность? Да я взял тебя без образования и всему научил! Если бы не я, то хрен бы ты добилась такого успеха в этой сфере.

— Да? Странно, по-моему, я проходила курсы без вашего совета и оплачивала всё со своего кармана, и меня курировал один из ваших бывших сотрудников, а с вами мы разве что здоровались и прощались.

Надменно фыркнув, прямо идеально имитируя коня, Михаил Витальевич махнул на меня рукой и ушёл. И я уверена, вскоре по офису пойдёт слух о моей чёрной неблагодарности, ведь директор буквально вывел меня в люди и всё дал, а я решила подло уйти к его конкуренту.

И вот что с этими мужчинами не так? Какие они все обидчивые и ранимые.

Глава 8

Филипп будто принципиально не общался со мной, не звонил и не писал, хотя мне казалось, что он попытается меня вернуть или объясниться, когда его глупая обида пройдёт. Но нет, бывший не собирался хоть как-то исправлять ситуацию и не выглядеть в моих глазах козлом. Он даже не общался с сыном, но и в этом я у него была виновата.

Что сказать, я вроде бы больше четырнадцати лет знакома с Филиппом, но сейчас не имею ни малейшего представления, что у него на уме. Он словно чужой мне мужчина, от которого можно ожидать всё что угодно.

Ну, спасибо хоть не грозится всё у меня отнять, и квартиру, и сбережения, просто потому что ему что-то ударило в голову и он решил, что вся наша семья держалась на нём одном.

А то были у меня несколько ужасных примеров, как мужчины становились скрягами и жмотами, пытаясь оставить своих бывших без ничего, надеясь как-то выиграть суд и повлиять на честный раздел имущества.

— Ты уже звонила Артуру Николаевичу? — Ко мне в кабинет заглянула Вика, сильно расстроенная новостью о моём уходе.

— Ещё нет. Хочу позвонить ему на обеденном перерыве. Ты только глянь, что сделал Глеб. — Я кивнула на стопку заполненных заявок и усмехнулась. — Похоже, он вместе с Михаилом Витальевичем решил, что я буду пахать как кобылица в эти две недели и успею довести все проекты до конца, чтобы напоследок нажиться на мне.

— Ого. Тут работы не на две недели, а на два месяца как минимум.

— Меня явно переоценивают, что даже немного льстит.

Задумчиво кивнув, Вика немного помолчала, хотя я видела, что она пришла не просто так, чтобы поболтать и посплетничать.

— А ты всерьёз настроена уйти?

— Ну да. Не в моей натуре кидаться громкими словами в ожидании каких-нибудь поощрений.

— Но ты же проработала здесь одиннадцать лет, а это немаленький срок. Я бы так не смогла, чтобы раз и уволиться.

— Знаешь, я уже не в том возрасте, чтобы чего-то бояться и долго думать над принятием решений. Без работы я в любом случае не останусь, но и горбатиться на человека, который из-за каких-то своих стереотипов не хочет брать в помощники женщину, уже не раз проявившую себя, я точно не собираюсь. С меня хватит. Я не для того перерабатывала, чтобы повысили какого-то идиота, который и может, что ходить по офису павлином, делая вид, что он умнее, чем кажется.

— Ну а если на новом месте не сложится?

— Вика, а тебя случайно ко мне не Михаил Витальевич подослал, чтобы ты уговорила меня остаться? А то что-то ты как-то странно себя ведёшь, не в своей манере, так сказать.

— Нет, что ты! Он вообще пока молчит о твоём уходе. Ну а я… Я просто тоже задумалась над увольнением, но как-то страшно. Сама понимаешь, у меня трое детей, а у мужа работа не такая уж и стабильная. Так что как бы мы с ним вдвоём без денег не остались.

— Не возьмусь бросаться советами, к тому же вы ещё не выплатили ипотеку, но ты хорошенько всё обдумай. Я-то не пропаду, у меня и сбережения кое-какие есть, и сын уже относительно самостоятельный, с ним не надо нянчиться, как с твоими детьми, так что я особо не рискую.

— Да я всё это прекрасно понимаю. Но душа тоже захотела перемен. И ты не могла бы и за меня замолвить словечко, когда будешь звонить Артуру Николаевичу? Хотя нет, не говори, что это я спрашиваю, просто узнай, ищет ли он сотрудников и какие условия работы.

— Хорошо.

Улыбнувшись Вике, не зная, как её поддержать, я коснулась её руки, понимая, что и ей хочется каких-то перемен. Вот только в отличие от меня у неё нет такой свободы и риск может быть не оправдан.

И всё же, позвонив Артуру Николаевичу, я не забыла спросить его про рабочие места и условия работы, чтобы передать всё подруге.

— Вы и правда написали заявление на увольнение? — Как-то недоверчиво спросил мужчина. — Неужели наконец-то поняли, как безбожно вас используют? Или вы… Дайте угадаю, вас не взяли на моё место, я прав?

— Повышение получил Глеб Юрьевич.

— Неожиданно. Хотя он всегда отличался талантом подлизываться к вышестоящему руководству. Что ж, Полина, я буду рад видеть вас в своей команде. Когда вы сможете начать работу?

— С двадцать пятого числа.

— Отлично. Это у нас вторник, так что буду ждать вас к девяти с пакетом документов, чтобы мы вас сразу же оформили. Ещё вопросы будут?

— Пока нет.

Попрощавшись с Артуром Николаевичем, я передала его слова Вике, после