Любви много не бывает! - Ольга Варанова

дождалась, пока мужчина вернется, чтобы молча проследовать туда самой.

Стоило оказаться одной, как по щекам потекли горячие слезы. Настигло какое-то опустошение.

Стас никогда не намекал на серьезность наших отношений. Чисто секс, ничего личного. И в основном, когда он захочет. Мои пожелания учитывались за прошедшие два года крайне редко. Может, от силы пару раз Малышев приезжал ко мне в уютную двушку недалеко от центра города. А так...

Кабинет. И несколько раз в неделю — отель. К себе в дом начальник ни разу не приглашал. Почему, в чем крылась причина, мне так и не стало известно. Жены у него не было, детей тоже. Только одна любовница — я.

Стас никогда не давал мне забыться. Всегда сохранял дистанцию. И вот уже полгода я тихо умирала от этой запретной близости.

Ответ на вопрос: «Зачем во все это влезла» найти не смогла. Просто в какой-то момент мы поняли, что тонем от желания друг к другу. И началось...

Спонтанно. Страстно. Крышесносно.

И сейчас наша связь привела к серьезным последствиям — беременности. Я узнала о ней пару дней назад, впав сразу в состояние панического шока. Мы почти всегда предохранялись, но был недавно прерванный…

Кто бы знал, что от одного такого раза может случиться беременность.

Первой мыслью был аборт. А потом, подумав подольше, поняла, что не смогу избавиться от ребенка от любимого человека. Я знала, что Стасу нужна, как стабильная постельная грелка, поэтому ни на что не рассчитывала и придумала план. План побега из компании и от Малышева.

Раздался стук в дверь и тихий голос:

— Лен, с тобой все хорошо?

Я тут же вышла из комнаты, оказавшись нос к носу с мужчиной.

Карие глаза смотрели с беспокойством. Босс приобнял мои плечи.

— Лен, что происходит? Ты сама не своя последние дни.

Услышать от него эти слова было полной неожиданностью. Он не настолько равнодушен ко мне, как я нафантазировала?

— Я хочу уволиться, — выдохнула уверенное, а у самой сердце защемило от боли. Но это было правильным решением. Стас не позволит появиться на свет этому ребенку. Он не раз подчеркивал важность предохранения.

— Ты, наверное, пошутила? — отчеканил каждую букву, убрав от меня руки.

— Нет.

— Как нет? — сжав челюсти процедил он.

— Обычно. — Как же тяжело давалась эта напускная уверенность! — Можно пройти, Станислав Андреевич?

Мужчина не отступил. Навис темной тучей, подавляя меня.

— Почему ты увольняешься? Что тебя не устраивает?

«Ты! И мои к тебе чувства!» — хотелось прокричать.

— Я переезжаю в другой город, — коротко ответила.

— Куда ты переезжаешь?!

Малышев заводился. Он буквально пылал от гнева.

— Причина, Лена? Назови мне причину своего решения?! — допытывался мужчина, чем бесил меня еще больше.

— Личная, — сделала акцент я.

Очень захотелось трусливо сбежать. Куда угодно, лишь бы подальше от Малышева и от своих неправильных чувств!

— Личная? Ты нашла себе кого-нибудь? — в его голосе промелькнуло что-то такое, чему я не смогла подобрать определение. Растерянность? Разочарование?

Я прикрыла лицо руками, не зная, как поступить дальше. Настаивать на увольнении или трусливо сбежать? Или... сказать правду?

Нет! Лучше сейчас принять реальность, чем потом ходить с разбитой на осколки душой! Для него я — никто. Просто миленькая девушка, удобная грелка в постели.

Стас обхватил мою талию и прижал к себе. Крепко. Чуть ли не до хруста костей.

— Лена! Прекрати играть в молчанку! Объяснись!

Я прижалась к его груди, вдохнула глубоко любимый запах и тихо, очень тихо сказала:

— Я беременна.

Мужчина замер. Мышцы под моими ладонями напряглись.

Кажется, я точно сейчас забыла, как дышать. В груди тягостно заныло от мыслей, раздирающих меня на клочки.

Что скажет? Пошлет на аборт?

Неожиданно босс обнял крепче, зарылся пальцами в длинные волосы и прошептал:

— Это… правда? Ты уверена? Была у врача?

— Да. Почти восемь недель. Тогда, когда мы не предохранялись. Видимо, тогда все и случилось, — ответила, а сама не верила, что мужчина так спокойно принял эту новость.

— Я понимаю, ты не готов. Но я не буду от него избавляться! И будь уверен, ни на что не собираюсь претендовать. Просто уеду в другой город, и ты нас больше не увидишь.

Мой голос дрогнул, но я была тверда в своем решении.

— Какой аборт? Какой город? — грозно прозвучало над головой. — Я даже рад, что так сложилось. Долго не мог найти в себе смелости признаться в чувствах. Думал, что лучше просто секс, чем нормальные отношения.

Дернулась в крепких тисках и растерянно заглянула в лицо Малышева. Его глаза были без привычного отчуждения, они сейчас сверкали от радости. Таким я никогда его не видела.

— Подожди, — сглотнув вязкую слюну, проговорила. — Что ты хочешь этим сказать? Ты принимаешь ребенка?

Я не верила своим ушам, но, кажется, мои чувства не были односторонними…

— Я люблю тебя, Лен. Как в первый раз увидел на совещании, так и пропал. Думал, мне хватит пары ночей, и ты вылетишь из головы, но нет. Не помогло. Два года я боролся сам с собой и проиграл. Хватит друг друга мучить. Я вижу твои чувства, и поверь, они взаимны. Давай больше не будем скрывать наши отношения. Переезжай ко мне. И не смей даже думать о переезде в другой город, не отпущу. Особенно сейчас.

Внутри меня забурлил шквал эмоций, а Стас вдруг ослабил свои объятия и осторожно опустил ладонь на мой живот.

— Теперь, Елена Максимова, — произнес он поставленным властным тоном. — Боюсь, вам придется сменить фамилию.

Его губы тронула игривая улыбка, а на мои глаза, в очередной раз за сегодня, навернулись слезы. Только теперь от непередаваемого чувства счастья.

— Я люблю тебя, Станислав Андреевич, — шмыгнула я и потянулась к губам за поцелуем.

Наши отношения начались совсем неправильно. Казались запретными и больными. Малышев был сложным, безнадежно бесчувственным человеком и моим непосредственным руководителем. Могла ли я думать о большем? Однако случайная беременность смогла быстро пробить его ледяную броню, явив на свет любящего мужчину. Впереди нас ждала только долгая, счастливая семейная жизнь.

3. «Побеждая тьму». Olya Rina и Yuliana Shi

В комнате пахло цветами. Оглядываясь по