Ангел слёз - Л. А. Коттон

тебя я возбудилась еще на диване. — Настала моя очередь хихикать. Она продолжила рассматривать татуировки, потянувшись рукой, чтобы проследить за татуировками, покрывающими мою грудь и огибающими плечо. — Они прекрасны.

— Ты прекрасна. — Обхватив ее за талию, я притянул ее ближе. Рука Кейтлин обвилась вокруг моих плеч. Ей пришлось выгнуть шею, чтобы посмотреть на меня, так как я был выше ее на несколько дюймов. Моя рука погладила ее бедро, гладя по выпуклостям ее кожи. Она была вся в мягких линиях и подтянутых мышцах, в ней явно прослеживались очертания ее танцевального тела.

— Вы все еще танцуете? — спросил я.

Я почувствовал, как она напряглась. Очевидно, это была больная тема.

— Эй. — Я поцеловал ее в нос. — Нам не обязательно говорить об этом.

— Думаю, с меня хватит разговоров. — Кейтлин отступила назад, потянув меня за собой. Я смотрел остекленевшими глазами, как она села на кровать и элегантно поднялась по матрасу, пока не оказалась передо мной в одних черных кружевных трусиках.

— Посмотри на себя, — проговорил я, с трудом веря, что это происходит.

Она была совершенна. Гладкие длинные ноги, ноги танцовщицы. Я мог представить себе, как она скользит по сцене с изяществом и красотой. Опустившись на одно колено на кровать, я потянулся к ней, обхватив рукой ее лодыжку и проведя рукой по ноге.

Кейтлин вздрогнула, тихо застонав от моего прикосновения. — Почему это так приятно? — Она звучала уже как блаженная, а я еще даже не начал.

— Глаза, Кейт, — сказал я, и она подняла свои ярко-зеленые глаза прямо на меня. Она с горячим любопытством смотрела, как я пробираюсь между ее ног, проводя пальцами по мягкой плоти ее бедер.

— Можно? — Моя рука задержалась на резинке ее трусиков. Она кивнула, и я осторожно стянул их с ее бедер, откинувшись назад, чтобы снять их.

Как только я накрыл ее тело своим, я понял, что это не просто случайная ночь с незнакомкой. Я сцепила ее ноги вокруг бедер, вжимаясь в нее. На мне все еще были боксеры, но ее жар был невероятным, ее тело отчаянно хотело затянуть меня внутрь.

— Боже, Маттео, это так приятно…

— Да, Тинк, я знаю. — Я просунул руку между нами, пару раз погладил ее клитор, прежде чем погрузить палец глубоко внутрь.

— О Боже, — стонала она, вцепившись в мои плечи. — Это невероятное ощущение.

Я хихикнул в ответ на её стон. — Ты еще ничего не почувствовала. — Я хотел, чтобы она была мокрой и готовой, извивалась подо мной. Я хотел, чтобы она разбилась вдребезги и выкрикнула мое имя. А потом я хотел похоронить себя внутри этого прекрасного рыжеволосого ангела.

Она выгнулась дугой, оседлав мою руку, когда я добавил еще один палец. Мой большой палец начал работать над ее клитором, перекатывая медленные мучительные круги, от которых Кейтлин задыхалась.

— Еще, — кричала она, пока я лизал и посасывал ее шею. — Да, вот так.

Я приподнялся над ней, наблюдая, как она начала падать. Ее руки запутались в простыне, тело дрожало, а кожа была влажной от пота.

— Дай мне свои глаза, Кейт. — Я работал с ней быстрее, проникая пальцами глубоко внутрь и потирая то место, которое, как я надеялся, отправит ее в полет.

— Маттео! — Мое имя эхом разнеслось по комнате, пока она пыталась перевести дыхание. Я наклонился и поцеловал ее.

— Не двигайся, — приказал я. Слезая с нее, я скинул боксеры и достал презерватив из бумажника.

— Ты всегда так подготовлен? — Кейтлин смотрела на меня, положив голову на один кулак, ее рыжие волосы ниспадали на нее, как огненный водопад.

— О, я настоящий бойскаут. — Я ухмыльнулся, разрывая обертку. Погладив себя пару раз, я раскатал латекс и сел на край кровати. — Ты доверяешь мне?

Она прикусила нижнюю губу и кивнула.

— Иди сюда. — Я согнул палец, и Кейтлин последовала за мной, скользнув по моим коленям.

— Вы полны сюрпризов, мистер Беллатони.

Но я был слишком сосредоточен на ее теле, на том, как ее идеальные сиськи прижимаются к моей груди. Проведя рукой по ее бедру, я помог Кейтлин выровняться. — Готова?

Она не стала ждать и без предупреждения опустилась на меня. — Чеееерт, — простонал я. Она ощущалась невероятно. Интенсивное удовольствие пронеслось по моему позвоночнику, когда она захватила мой член.

— Ощущения такие приятные.

— Тебе хорошо? — Я собрал ее волосы с плеч и намотал их на руку, сжимая основание ее шеи. Она ободряюще кивнула, и я выдавил: — Оседлай меня, Тинк.

Она начала двигаться, скользя вверх и вниз по моей длине, словно была рождена для этого. Наблюдать за ней с остекленевшими глазами и приоткрытыми губами было чертовски эротично. Эти маленькие стоны срывались с ее розовых губ, покрытых поцелуями.

— Обхвати меня ногами. — Мне нужно, чтобы она была ближе, плотнее.

Мне нужно больше.

Кейтлин легко справилась с этой задачей. Она была такой чертовски гибкой, что я начал перебирать в уме все позы, в которых я мог бы ее держать. Но сейчас я не мог двигаться. Я не мог думать ни о чем, кроме острых ощущений, когда она сжимала и отпускала меня, снова и снова.

Отпустив ее волосы, я положил руки на ее бедра, давая себе рычаг, чтобы двигаться вверх, когда она опускалась вниз, пока мы не раскачивались в полной гармонии.

— Боже мой, — кричала она, — Я почти кончила.

Да, я тоже. Я попытался сосредоточиться, сказать себе, что нужно замедлиться. Я хотел насладиться этим, запечатлеть этот момент в памяти. Но мне было слишком хорошо.

Она ощущалась слишком охуенно приятно.

— Давай быстрее, детка, — пробормотал я ей в губы, проникая языком в ротик.

Кейтлин увеличила темп, ее тело начало содрогаться, а стенки ее тела пульсировали вокруг моего члена.

— О да, — выдохнул я. — Блядь, детка. Я собираюсь… блядь.

Ослепительно-белое наслаждение обрушилось на меня, измученное тело Кейтлин обмякло на мне. Я упал на матрас, увлекая ее за собой, покрывая ее лицо поцелуями. — Это было…

— Расскажи мне об этом, — хихикнула она. — Я не могу поверить, что мы только что сделали это.

— Поверь, — ответил я. — И приготовься ко второму раунду через пятнадцать минут. Только сначала мне нужно перевести дух.

— Опять? — Ее глаза расширились.

— Да, черт возьми, — посмотрел я в окно. — Буря еще не прошла. — И я еще не насытился ею.

Я задавался вопросом, смогу ли когда-нибудь.

— Пока буря не пройдет? — В ее глазах плясали озорство и обещание грязных, грязных вещей.

Притянув ее лицо к своему, я усмехнулся. — Пока не пройдет буря.

Как только я открыл глаза, в них