Чужой ребёнок. Роман - Людмила Галыгина

только несколько дней как откликнулась. Они были в круизе с мужем.

    Евгения правильно решила, что это затруднит её поиски, но ненадолго. А за это время можно найти адвоката, который будет защищать интересы её и Андерса. Она откажется от всех притязаний на состояние Бергов, чтобы спасти своего мальчика.

   Теперь она уже не думала о том, как пройдёт праздник, будет ли во всём соблюдён этикет, что о ней подумает Кристер. Она не расставалась с малышом не на одну минуту. Состояние у неё было безрадостным, её печальный взгляд постоянно ловил на себе Иоган. Он не понимал, почему она грустна, пытался с ней поговорить, но она уходила от разговоров, ссылалась на усталость. Муж сочувствовал ей, отцу объяснял её неучтивое поведение плохим самочувствием из-за беременности, из-за нездоровья сына.

– Зачем вы вообще затевали этот праздник, если всё так плохо,– говорил Кристер.

– Так плохо не было, это случилось в последние дни, и я не пойму до конца причину этих перемен. Отменить торжество я не могу. Люди придут, и будут веселиться. Просто Евгении надо дать возможность отдохнуть и успокоиться.

     Так и было. Люди веселились. Много пили, шумели, пели и танцевали. Иоган сам сказал Жене, что она уже может уйти и отдыхать с ребёнком, а он будет с гостями до утра, так положено. Евгения поняла, настал момент расставания. Она прильнула к мужу, нежно погладила его по лицу, поцеловала долгим прощальным поцелуем и, уходя, всё смотрела на него. Остановилась на ступеньках перед входом в дом и помахала рукой. Иогану стало тревожно, но он отогнал неприятные мысли, потому что его позвали к себе мужчины из окружения отца.

  Буквально через четверть часа, Женя с ребёнком на руках вышла из заднего входа, вызвала такси не к дому, а уже отойдя от него на большое расстояние. На такси она доехала до вокзала и на поезде уехала в Норвегию. Там она купила билет на авиарейс до Берлина. Уже в Берлине обналичила все деньги с карты. Денег было больше четверти миллиона евро. Она их сложила в детскую сумку, в которой переносила Андерса, ребёнка взяла на руки. Из Берлина она вылетела в Испанию.

   Утром они с сыном уже были у Тети дома. Здесь Женя  позволила себе расслабиться и дала волю слезам. Валентина позволила ей выплакаться. Она знала, что это поможет пережить стресс, в котором племянница находилась последние дни. Потом стали обдумывать, как им поступать дальше.

    Иоган проводил гостей только утром. Они с отцом решили выспаться, он поднялся к себе в спальню. Жени там не было и Андерса тоже. Иоган не придал этому значения. Подумал, что они уже проснулись и занимаются утренним туалетом. Быстро заснул и проснулся только после обеда. И опять у него не вызвало подозрений то, что он не видит Женю и малыша. Пошёл будить отца, чтобы выпить с ним кофе. Но отец уже был одет в дорожный костюм и готовился к отъезду.

– Зови свою супругу и сына, будем прощаться, – сказал он.

    Иоган пошёл в детскую, кроватка была аккуратно заправлена. Всё было на местах, только не было сына и жены. Он проверил, может они в кухне, во дворе. Их не было. Спросил у прислуги, оказалось, никто их не видел сегодня. Иогану стало плохо, он схватился за сердце, ещё не веря, что жены и ребёнка вообще нет в доме, но внутренним чувством ощутил в сердце пустоту. Так было, когда погибла Луиза. Это состояние снова вернулось в одно мгновение. Он сел в кресло в гостиной безучастный ко всему.

   Отец вышел из комнаты и задал  ему вопрос:

– Ну, где же твоя семья?

  Но Иоган смотрел мимо него и взгляд у него был таким несчастным, что больно стало даже отцу.

– Что случилось?! Почему ты их не привёл?

Но сын не отвечал, руки его безвольно упали с подлокотников кресла, в глазах уже не было чувств, они стали пустыми.

    Кристер понял, Евгения ушла и забрала с собой ребёнка. И сын этого второго удара не вынесет.

Глава 9

Кристер уложил Иогана в постель и стал анализировать ситуацию. В этом уходе невестки из дома было всё непонятно. От Иогана она не могла уйти. Она его любила. Это он как отец видел и чувствовал. Сын тоже был влюблён сильно и страстно. Это он понимал как мужчина. Они были счастливы и ждали ребёнка, его первого родного внука. Какая бы беременная женщина ушла от любимого мужа и от такой обеспеченной жизни.

– Только та, которой грозит опасность. Или ей самой или её ребёнку. Значит, она знала, что Андерсу грозит опасность. Она слышала те распоряжения, которые я давал начальнику охраны.

   Это он говорил сам себе вслух в самом настоящем глубоком волнении. Кристер вдруг понял, что натворил: он потерял своего будущего внука и, возможно, потеряет сына.

– Медлить нельзя, нужно начинать действовать. Сначала вызвать врача для Иогана, потом расспросить сына о том, откуда родом Женя и отправить туда людей. Если мы её там не найдёт, тогда будем заявлять в полицию.

   Врач, осмотрев Иогана, сказал, что перенесённый стресс наложенный на предыдущую депрессию, вызвал настоящее стойкое психическое расстройство.

– Ваш сын сейчас в таком состоянии, что его ничем нельзя волновать, постарайтесь не напоминать ему о том, что произошло. Его мозг заблокировал информацию об исчезновении жены и сына. Он не помнит, что она ушла. Он вернулся в мыслях к тому моменту, что они ждут ребёнка. Какого, я не понял. Того, которого должна на самом деле родить Евгения, или того, которого родила. Это очень серьёзно. Его нужно помещать в клинику.

– Конечно! В самую лучшую клинику. Я надеюсь, что Вы вернёте мне сына живым и здоровым.

– Мы для этого всё сделаем, – заверил Кристера доктор.

   Иогана увезли, он не возражал, потому что не понимал, что с ним происходит и куда его на самом деле везут. После разговора с доктором, он замолчал и не отвечал  на  вопросы отца. Кристер ужаснулся ещё больше. Ведь сын может остаться  ненормальным. Что тогда он сам себе скажет? Сможет ли жить дальше с таким грузом вины перед ним, Женей, Андерсом. А чем виноват его