Бэннет Марси - Выход из тупика

Шерил вздохнула и постаралась избавиться от мыслей о прошлом. Ведь у нее есть настоящее — счастливое, замечательное настоящее. Она перевернулась на спину, рука Гари по-прежнему обнимала ее. Он бормотал во сне:

— Люблю тебя, люблю тебя…

Она улыбнулась, глядя на его лицо, освещенное лунным светом. Как же они с Бобби похожи! Свекровь показывала ей фотографии Гари, когда тот был в том же возрасте, что сейчас их сын. Сходство удивительное, и хотелось, чтобы Бобби во всем походил на своего отца.

Шерил осторожно отвела прядь волос, падавшую мужу на лоб. Ее прикосновение было легким, едва ощутимым, но ресницы его все же дрогнули, и он сказал:

— Почему ты не спишь? — Ответа не последовало, и Гари открыл глаза. — Мне казалось, что ты, как и я, без сил. — Шерил продолжала молчать, и он вздохнул: — Если так пойдет и дальше, то к сорока годам я совсем выдохнусь! — Но на лице его была улыбка, когда он привлек жену к себе…

На этот раз она все же поспала немного, а проснувшись в полной темноте, поняла, что луну закрыли тучи. Гари крепко спал, дыхание его было ровным и спокойным.

Шерил попыталась подсчитать, как часто они с мужем занимаются любовью. Ведь нередко они делают это по три-четыре раза в день, как, например, сегодня. Главное, физическая близость им совсем не приедалась, наслаждение и радость были взаимными.

Да, их брак идеален во всех отношениях. Возможно, даже слишком идеален. Шерил понимала, что Гари преклоняется перед ней, что его любовь граничит с обожанием. Иногда сила и глубина его чувства пугали ее. И она в свою очередь старалась сделать их брак как можно счастливее. Шерил была готова посвятить Гари свою жизнь полностью. Но он настоял, чтобы она завершила образование в Общественном университете, а когда получила диплом с отличием, поощрил ее желание работать учителем на полставки. Шерил отказалась от этой должности, когда поняла, что носит под сердцем плод их любви. Но надеялась когда-нибудь вернуться к преподаванию.

Словом, жизнь прекрасна, прошлое предано забвению, и она сделает все возможное, чтобы ничто не омрачало жизнь.

Они ездили отдыхать в Майами, совершив первый выезд всей семьей на юг. Получилось очень удачно. Бобби был в восторге от путешествия. Шерил вернулась с великолепным загаром и надеждой, что еще раз забеременела, чему Гари радовался не меньше жены.

Пока эта новость оставалась семейным секретом, ведь они еще не были ни в чем уверены. Но надежда увеличивала энергию Шерил, а загар подчеркивал ее красоту. В двадцать семь лет она была в расцвете сил и молодости: стройное, слегка округлившееся тело, золотистые волосы, обрамляющие миловидное лицо, полные жизни и счастья глаза. Вряд ли у когото вызывало удивление, что муж смотрит на красавицу-жену с гордостью.

Вскоре после возвращения из Флориды Шерил и полдюжины ее подруг, которые иногда встречались за чашечкой кофе, решили провести выходной день в чисто дамском кругу, без мужей, детей и семейных обязанностей. И пронести этот женский день решили на пикнике с шампанским, обязательно в новых нарядах и причудливых шляпках.

— Завидую тебе, — почти скулил Гари, наблюдая, как она накануне встречи примеряет наряды. — Вы будете веселиться, а мне придется торчать в душном здании суда, выслушивая человека, который определенно виноват и стремится найти способ избежать возмездия.

— Тем не менее, — ответила Шерил, — с подругами я встречаюсь нечасто, а мы с тобой можем организовать пикник в любое время.

— Но мне действительно следовало бы завтра присмотреть за тобой. Ты так прелестна, что мужчины будут толпиться вокруг тебя, как пчелы вокруг горшка с медом. А ты, между прочим, мой и только мой горшок!

Шерил остановила выбор на костюме цвета само с черной отделкой и шляпе с широкими полями, украшенной широкой черной шелковой лентой.

— Сними все это! — простонал Гари. — Я не разрешаю тебе ехать в таком виде, ты выглядишь слишком соблазнительно. Какой-нибудь миллионер наверняка упадет к твоим ногам, а потом увезет тебя на свою яхту или в свой дворец.

— Что ж, перспектива не из худших, — улыбнулась Шерил. — Я действительно выгляжу на миллион долларов?

— Милая! — Вскочив с постели, Гари подошел к жене и повернул лицом к зеркалу. — Посмотри и поймешь: ты затмишь там всех!

Встретившись с его взглядом, отраженным в зеркале, Шерил ласково сказала:

— Я еду не для этого, мы просто собираемся отдохнуть и повеселиться. Но мне бы очень хотелось, чтобы и ты поехал. Я хочу делить с тобой все радости.

— Я знаю, дорогая, и надеюсь, что ты чудесно проведешь время с подругами. У вас будет самый восхитительный: пикник с морем шампанского. А когда вернешься домой, я быстро унесу тебя наверх, сорву с тебя все одежды, кроме этой фантастической шляпы, и займусь с тобой любовью точно на том месте, где ты стоишь сейчас перед зеркалом. — К восхищению Гари, жена покраснела, и он понял, что она совсем не против.

Отойдя от мужа, Шерил стала переодеваться в повседневное платье.

— Твоя мать недавно опять намекала, что нам пора завести еще одного ребенка. Она обрадуется, когда мы скажем ей…

— Еще бы! Они просто воспряли духом, став дедушкой и бабушкой.

— Возможно, энтузиазма у них поубавится после того, как мы завтра оставим Бобби у них на весь день.

— И на ночь! — улыбнулся Гари.

— Когда та успел об этом договориться? — подозрительно посмотрела на него Шерил.

— Еще не успел, но после того, как увидел тебя в этой шляпе, обязательно договорюсь.

— Ты неисправим!

— Это твоя ошибка, милая, ты не должна выглядеть такой сексуальной…

Следующий день выдался теплым и солнечным, без малейшего ветерка. Как и предсказывал Гари, Шерил чудесно отдохнула.

На двух такси подруги подъехали к ипподрому, который переживал не лучшие времена, и скачки там давно не проводились. Они расстелили на лужайке ковер и расположились на нем. Поскольку собрались одни женщины, чувствовали они себя раскованно, много шутили и смеялись, особенно после того, как была открыта вторая бутылка шампанского.

Пока подруги веселились, откуда-то появился фотограф и снял их, когда они протягивали свои фужеры к пенящемуся фонтанчику шампанского.

— Отличный снимок! — воскликнул он. — Его охотно поместит любая газета. Прошу вас, леди, сообщить мне ваши имена для подписи под снимком.

Шерил решила проявить осторожность.

— Не хочу, чтобы мое имя появилось в какой-нибудь газете, — сказала она Дороти, приятельнице, сидевшей рядом с ней. Затем встала и быстро отошла. Вернувшись минут через десять, Шерил увидела, что фотограф исчез. — Надеюсь, ты не сообщила ему моего имени, Дорри? — спросила она как можно спокойнее: