Жаклин Топаз - Анатомия страсти

И тут в кухне раздался взрыв. Корки подлетела вверх фута на два, чуть не лишившись сознания.

— Что случилось? — ахнула Френа.

Трубка выпала у Корки из рук, и она кинулась к плите. Еще один взрыв. Яйца! Вода вся выкипела, и когда Корки сообразила, в чем дело, очередное яйцо стартовало из кастрюли к потолку. Корки сорвала кастрюлю с горящей комфорки. В это время еще два яйца с треском петарды щедро осыпали скорлупой волосы и одежду Корки.

Закашлявшись, она подошла к окну и распахнула его настежь, чтобы выпустить отвратительную гарь.

— Корки, — тоненько звучал из трубки голос Френы, — с тобой все в порядке? Похоже, у тебя стреляют.

Корки снова схватила трубку.

— Со мной все в порядке. Просто я варила яйца.

В этот момент раздался звонок в дверь.

— Кто-то звонит, — пробормотала Корки, не вполне соображая, что же делать дальше.

— Кто бы это мог быть? А вдруг грабитель? — продолжала причитать подруга.

Корки направилась к двери. Это были полицейские. Они жались к стене дома, словно ожидали, что какой-нибудь фанатик начнет палить куда ни попадя. В руках у стражей порядка были пистолеты.

— Слушаю вас, — слегка придушенным голосом сказала Корки.

Один из них, тот, что помоложе, нахмурился, почувствовав странный запах.

— Вы в порядке, мисс? Соседи сказали, что слышали выстрелы. Хорошо, что мы проезжали поблизости.

— Это яйца. — Корки очень надеялась, что темнота скроет краску стыда, залившую ее щеки. — Я… я забыла о них, и они взорвались.

— Яйца? — Молодой полицейский спрятал пистолет.

— Такое бывает, — подтвердил его старший напарник. — Я однажды тоже натворил дел, хотел сделать пасхальные яйца для детишек.

Вой сирены заглушил их разговор. Подъехала пожарная машина, и с десяток фигур в спецодежде высыпали на лужайку перед домом.

— Да что же это такое! — не выдержала Корки.

— Был вызов в этот район, — сказал один из пожарных. Им оказалась дородная женщина в блестящем шлеме.

— Простите, ложная тревога…

— О! Слава Богу, они здесь! — Это была Берениса. Она бежала через двор, разделявший их дома. — Корки! Ты жива?

— У меня взорвались яйца! Корки надоело уже в который раз повторять одно и то же. — Спасибо, Берениса, за беспокойство.

— Я была уверена, что ты лежишь бездыханная в луже крови! — вопила еще не остывшая от бега Берениса.

— Так это ты вызвала полицию и…

Послышался вой еще одной сирены.

— Господи, кого еще несет? — застонала Корки.

— Это «скорая», — сказала женщина-пожарник и отошла просигналить, что вызов отменяется.

— Что ж, хвала Создателю, обошлось без жертв, — сказал полицейский постарше. — Когда места для развлечений уже закрыты, а домохозяйки осознают свой долг перед обществом, в этом районе обычно тихо.

— Спасибо, что приехали, — сказала Корки. — Я бы с удовольствием предложила вам кофе, но на кухне страшный разгром.

Среди шума моторов отъезжающих машин Корки не заметила, как подъехал еще один автомобиль, пока кто-то из пожарников не крикнул:

— Эй сдай-ка назад! Ты загородил выезд!

Корки посмотрела в ту сторону и в один миг увидела всю картину глазами стороннего наблюдателя: у дверей двое полицейских, перед домом пожарная машина, а сама она облачена в мусорный мешок и усыпана крошками от яиц.

Подъехавший был Кристофер Шмидт, который выходил из своего серебристого «порше» с выражением крайнего изумления и испуга.

Глава 3

— Корки! — Тусклый свет уличного фонаря осветил его встревоженное лицо. Крис легко взбежал по ступенькам и подошел к ней. — Что случилось? Ты не ранена?

— Нет. — Корки, машинально отметив его обращение на «ты», попыталась сунуть руки в карманы, но почувствовала, как они скользнули вдоль гладкого пластика. — Просто у меня взорвались яйца, которые варились.

— Никогда не слышала ничего подобного, — фыркнула Берениса. Она все еще стояла на лужайке. — Ты, как всегда, витаешь в облаках, Корки, и когда-нибудь потеряешь голову.

Она повернулась с самым возмущенным видом, словно Корки нарочно устроила весь этот тарарам, но тут же обернулась и уставилась на Кристофера.

— Это ваш портрет был в сегодняшней газете? Вы тот самый антрополог, который будет читать лекции в университете?

Шмидт кивнул.

— Да, вы не ошиблись.

— Надеюсь, во время экспедиций вам не приходилось испытывать таких потрясений? — Сделав это заявление, Берениса удалилась, вполне довольная собой.

Крис открыл входную дверь и пропустил Корки вперед. Та вошла, чувствуя непреодолимое желание провалиться сквозь землю.

— Извините, что приехал в такой неподходящий момент. — Он протянул Корки книгу. — Я все внимательно прочитал и, скажу вам честно, чуть не свихнулся. Проще изучить язык какого-нибудь африканского племени.

— Да… Что-нибудь выпьете? — Корки, все еще пребывая в прострации, повела профессора на кухню.

Проходя через гостиную, Корки вдруг увидела ее как бы заново. Самодельное макраме можно было считать украшением одной из стен, только глубоко забывшись. Обивка мебели поблекла, а салфеточки ручной вязки и подавно не спасали положение. При разводе Корки достался дом, а Мэт взял себе всю мебель.

Домкрат все еще лежал возле дивана, и если Крис заметил его, то не подал виду.

Несомненно, профессиональный инстинкт антрополога должен был подсказать ему, что она рождена и живет в совершенно ином мире. Да, они могут стать друзьями, но в последствии каждый останется на своем месте. Неужели он не понимает этого?

Они остановились на пороге кухни. Корки в отчаянии смотрела на яичные сгустки, прилипшие к потолку, и скорлупу, застрявшую в плафоне люстры.

— Кажется, у меня начинается мигрень, — пробормотала она. — Пожалуй, мне лучше прилечь и заснуть… на пару столетий.

— К тому времени этот дом станет бесценным археологическим экспонатом, — произнес Крис. — Вам действительно плохо? Может, примете аспирин?

Корки не сразу сообразила, что профессор направляется в ванную, где на спицах ободранного зонта висело ее нижнее белье.

— Постойте!..

Кристофер Шмидт замер на пороге.

— Боже праведный! Вы убили Мэри Поппинс?

— Не надо аспирина. — Корки намочила полотенце в раковине на кухне и приложила ко лбу.

Крис вернулся.

— Любопытный рецепт приготовления яиц. Вы ничего не перепутали, когда сказали, что учите готовить других?

— Конечно, я не повар-профессионал. — Она отмерила порцию кофе и насыпала в кофеварку. — Что касается наших кулинарных занятий, то, к сожалению, это совершенно невозможно. Мне придется максимально сосредоточиться на работе в газете.