Маргерит Лис - Тихий омут

Ей вспомнились грустные слова малышки Банти: «Куда бы ты ни убежала, это все равно ничего не изменит, не так ли?»

Она в отчаянии подыскивала нужные слова, чтобы нарушить тишину:

— Мои друзья сегодня утром везут меня смотреть пещеры. Это, наверное, просто восьмое чудо света. Возможно, вы там бывали не раз.

— Я оставляю посещение подобных мест для туристов, — обронил он. Видимо, Нилу эти слова показались чересчур резкими, и он попытался смягчить их: — Я приехал в город не развлекаться. У меня дела на верфи. И можете поверить, я бы с радостью покинул все это как можно скорее! — Он обвел взглядом открытую террасу, высаженные всюду маленькие декоративные пальмы, танцевальный клуб «Кесарина»…

Кэти собрала воедино всю свою храбрость и выпалила:

— А мы с тетей покинем все это уже совсем скоро. На следующей неделе мы уезжаем в «Мэриет».

Он взглянул на нее испытующе:

— Из этого можно сделать вывод, что вы — племянница мисс Сомерс. Итак, пожилая леди решила увидеть «Мэриет» собственными глазами.

— Мне кажется, это естественно, — с вызовом посмотрела на него Кэти.

— Это пустая трата времени.

— Разве это не личное дело каждого?

— Послушайте, это имение долгое время пустовало. Когда дом стал рушиться, никто и пальцем не пошевелил, чтобы спасти его. Никому и в голову не пришло позаботиться о людях, работавших в имении, которые оказались без средств к существованию и вынуждены были бороться с голодом и ужасной нищетой. А теперь ваша тетя приезжает сюда, полная романтических мечтаний о сказочном богатстве, которое подарят ей Карибские острова. Ее ждет жестокое разочарование. Проявите заботу, уберегите ее от этой поездки. Я отправил лондонским адвокатам предложение о покупке имения, как только узнал, что у него сменились владельцы. Я собираюсь повторить это предложение по одной очень простой причине — сорняки не признают границ. Они вторгаются на мою землю, грозя уничтожить то, что я создавал годами. Чтобы избавиться от зарослей тамаринда и акации, уйдет целое лето. Их придется выкорчевывать корешок за корешком. — Он нахмурился. — Хотя, пожалуй, вашей тете и правда стоит поехать. Чтобы взглянуть на это своими глазами. За неделю или две «Мэриет» развеет все ее романтические мечты.

— Рада, что вы пришли к такому заключению, мистер Уэддон, — сказала Кэти, — потому что вне зависимости от вашего мнения мы все равно поедем в «Мэриет».

Ее глаза сверкали. Она с трудом сдерживала ярость.

Нил Уэддон посмотрел на нее так, словно впервые видел. Затем решительно развернулся и пошел в сторону гавани.

Кэти услышала шум с другой стороны галереи. Она последний раз успела взглянуть на исчезающую за поворотом спину Уэддона. На секунду ее вновь охватило любопытство, затем она разозлилась на себя за то, что не выдержала и сорвалась на него. Какое неприятное начало дня!

Почти в тот же миг на террасу, пританцовывая, выбежала Банти, одетая в новое муслиновое платьице, с двумя бантами в волосах. Элен шла за ней с вещами, которые, по ее мнению, необходимы для того, чтобы беззаботно провести день у моря. Пока Филип забирал машину из гаража отеля, появились оба Сидбури на стареньком «форде», в котором лежали корзины с запасами для пикника, граммофон и пляжный зонтик.

— Мы взяли все, кроме кухонной плиты, — улыбнулся Тед.

— Вместо нее я взяла чайник, — в тон ему ответила жена. — Ты же знаешь, я считаю утро потерянным, если не попью горячего чая. Давайте отправимся в сторону моста. Мы поедем первыми, чтобы указать дорогу.

Они подъехали к мосту, где невероятно чернокожий полисмен, одетый в невероятно белую форму, сидел в своей будке, ожидая, когда дорожное движение станет слишком оживленным и ему придется его регулировать. Филип остановил машину, чтобы Банти могла посмотреть на верфь, где суетились люди, сверху напоминая муравьев, благоустраивающих свой муравейник.

Взглянув вниз, Кэти неожиданно спросила:

— Интересно, какие дела могут быть у Нила Уэддона на верфи?

Филип нахмурился:

— У него дела на верфи? Должно быть, ждет какой-нибудь груз. Он вечно чем-то занят. — Филип завел машину, и они резко тронулись с места. Несколько секунд он был поглощен дорогой, а затем со странным раздражением в голосе заявил: — Не могу себе простить, что заставил вас чувствовать обязанной ему. Ведь в общем-то в его помощи не было необходимости. Я уже было бросился к вам, но ему понадобилось вмешаться и разыграть из себя героя.

Кэти почувствовала нарастающий гнев. Действительно ли Филип слышал ее крик и успел бы помочь в нужную минуту? Ее мучило неприятное чувство, что он специально пытается принизить храбрость и хладнокровие Нила. Она попыталась избавиться от этой мысли. Филип улыбался, глядя ей в глаза:

— Я не позволю тени Нила Уэддона омрачить это чудесное утро.

Но Кэти уже поняла, что сегодня ей не так-то просто будет избавиться от тени Нила.

Все утро Кэти с ее новыми друзьями осматривала гроты, восхищаясь причудливой формой подземных скал, которые походили то на жутких гаргулий, то на прекрасные купола соборов, и изредка выглядывала через отверстия в стенах пещер, чтобы посмотреть на каскад брызг прибоя, разбивающего волны о берег где-то высоко над ними. Осматривая пещеры, Кэти поймала себя на том, что думает о Ниле и его голос, рассказывающий о приключениях на рифах, звучит у нее в ушах…

Всю вторую половину дня они отдыхали на пляже. Банти, уставшая от солнца и игр, еле держалась на ногах, и Кэти, волнуясь за нее, настояла, чтобы они вернулись в отель пораньше.

Одна из дверей, выходящих на галерею, была открыта, и, когда Кэти проходила мимо, из нее вышла миссис Шеферд. Ее браслеты позвякивали в такт мягким шагам, длинные сережки мерно колыхались, а на холеном лице темные глаза горели злобой. Она шла рядом с Кэти, улыбаясь одними губами, и девушка думала, случайно ли та вышла из комнаты именно сейчас или поджидала ее.

Кэти попыталась унять инстинктивно возникшую неприязнь. В конце концов, тетя Грейс находит удовольствие в общении с миссис Шеферд. Нельзя же сразу так ополчаться на женщину из-за одного-единственного язвительного замечания, о котором она, может, пожалела сразу, как только высказала. Сейчас ее резкий голос был смягчен дружелюбными нотками, и, пока они шли вниз по лестнице, миссис Шеферд с интересом расспрашивала об утреннем походе в гроты.

Когда они уже почти спустились, она неожиданно слегка сжала руку Кэти:

— Вам очень повезло в жизни, девочка моя. Ваша тетя заботится о том, чтобы вы как следует развлекались. Но по-моему, вы делаете это слишком усердно… Не кажется ли вам… — Ее голос стал чересчур ласковым. — Не кажется ли вам, милочка, что это слишком, вскакивать рано утром с постели, чтобы повидаться с человеком, встречи с которым добрейшая мисс Сомерс вряд ли одобрит?