Маргарет Парджетер - Недоразумение

— Женат Бретт Дикин или нет, нас это абсолютно не касается, верно? — Миранда спустила ноги с постели, вдруг решив, что не должна находиться именно там, куда ее поместил Дикин. — Тебе, пожалуй, надо спуститься в гостиную, — снова обратилась она к Элис, — и сказать Бретту, что я вполне оправилась или хотя бы что мне стало лучше. Может, тогда он уйдет и оставит нас в покое.

— Но ведь твой отец и его проблемы… — хитро не закончила свою мысль Элис.

Миранда проглотила готовые было сорваться слова упрека. К чему злиться? Разве отец и тетя не отдавали ей себя столько лет подряд? Разве после аварии они не ухаживали за ней, совершенно забывая о себе? Разве не от них получила она такое внимание, такую любовь, какие никогда не дал бы ей никто другой?

— Хорошо, Элис, — грустно сказала Миранда, — ты победила. Но снова видеть сегодня Бретта Дикина я отказываюсь. Боюсь, на это меня уже не хватит.

На следующий день Миранда и Элис завтракали вдвоем. Гэри, по словам тети, договорился с Дикином встретиться в Бирмингеме сразу после девяти и потому уехал из дома рано утром.

— Мне надо еще кое-что тебе сообщить, — небрежно сказала Элис. — До самой последней минуты перед отъездом Дикин все время говорил о тебе. — Миранда отломила кусочек тоста и вопросительно взглянула на Элис. — Он расспрашивал про твою аварию, как ты выкарабкалась, как тебя лечили и так далее. Мы с Гэри едва успевали ему отвечать. Похоже, он знает о подобных авариях гораздо больше, чем можно было бы предположить. А это значит, — Элис нахмурилась, — нам придется быть особенно осторожными.

— Что ожидать от таких, как Бретт Дикин, мы могли бы знать и раньше, — жестко заметила Миранда. — Именно такие, как он, считают, что им надо знать все обо всем.

— Но я и не предполагала, что ему захочется так много знать о тебе лично.

Миранда пожала плечами.

— Я тебе уже говорила: возможно, у него своеобразный мрачный ум. И когда он вернется, чтобы меня куда-нибудь повезти, боюсь, его ждут короткие ответы, если вдруг он начнет задавать много вопросов.

— Уверена, тебя он расспрашивать не будет.

— Похоже, погода сегодня получше. — Миранда взглянула в окно. — Как хочется побегать! Ты представляешь, сколько времени прошло с тех пор, как я это делала? А мне надо притворяться калекой…

— Так ведь всего день или два.

— Ладно, Бог с тобой. Когда папа собирался вернуться?

— Он об этом не говорил.

— Мне так его жалко. — Миранда вздохнула. — Как бы хотелось ему помочь!

— Мне тоже!

— А ты никогда не думала о работе в нашей фирме? — вдруг полюбопытствовала Миранда.

— Пожалуй, нет, — призналась Элис. И ни словом не обмолвилась о том, сколько сил она потратила много лет назад, уговаривая брата не продавать фирму. Хорошо, что Миранда ничего не знает. Потому что иначе вскрылось бы слишком много неприятного о ее любимом папочке.

Миранда надеялась, что Бретт — именно так она уже называла его в своих мыслях — не вернется, оставив свою идею посещения ресторана в ее обществе. А он приехал. Миранда в это время находилась наверху и услышала, как он о чем-то разговаривает с Элис.

Неслышно ругаясь, она схватила плащ, въехала в лифт и спустилась. Бретт стоял к ней спиной и заметил не сразу. На нем были джинсы и обычный пиджак. Еще до того, как он обернулся, Миранда ощутила его мужественную привлекательность. Но не это ее занимало. Гораздо больше тревожила мысль: под каким предлогом, извинившись, отказаться от поездки с ним? И придумала: поздоровавшись, она сказала, что утром никак не могла вызвать специальную машину, которую всегда заказывает для нее отец.

Бретт Дикин лишь улыбнулся. Сказав два-три прощальных слова Элис, он взял Миранду на руки и понес на улицу, где бережно, но решительно посадил ее в большой, с просторным салоном «мерседес». В процессе этой «операции» Миранда отчаянно пыталась дышать спокойно.

— Вы всегда так себя ведете? — наконец обрела она голос.

— Только когда уверен, что прав. — Перед тем как сесть рядом, Бретт пристегнул Миранду ремнем.

— Но ведь вы могли сделать мне больно.

Девушка почему-то никак не могла успокоиться. Может, из-за того, что Бретт так близко? Она даже испугалась этих эмоций.

Уголки рта Бретта дрогнули.

— Я поднял вас очень бережно и никак не мог сделать вам больно. Перестаньте вести себя как избалованный ребенок.

Его замечание задело Миранду, и она холодно произнесла:

— Я никогда балованным ребенком не была.

— Тогда приношу свои извинения. — Дикин засмеялся.

Миранда сдалась. Бретт ее просто поддразнивает. Разумеется, некоторые инвалиды действительно капризничают, им даже нравится, когда вокруг них все суетятся, а сами себе они никогда помочь и не пытаются. Однако большинство калек, которых знала Миранда, отчаянно боролись с бедой, чтобы, насколько возможно, ни от кого не зависеть. И некоторые этого добивались.

Постепенно Миранда успокоилась. Бретт Дикин выехал с дороги, ведущей к поместью, на шоссе.

— Вам не холодно? Я уже включил обогреватель.

— Нет, не холодно. — Миранда спокойно встретила взгляд Бретта, но все-таки не сдержалась: — Я просто не привыкла к такому обращению.

— Я считал, мы это уже обсудили.

— Да-да, знаю, — неохотно согласилась Миранда, — извините.

Уголками глаз Миранда наблюдала, как Дикин ведет машину. Ведет хорошо, одобрила она. Уверенно и ровно, без ненужного риска. Удивительно, но рядом с ним Миранда чувствовала себя совершенно в безопасности.

Они проехали пригород Бирмингема. Миранда решила кое-что спросить о делах отца, сам Гэри не очень-то хотел отвечать на вопросы дочери. Правда, не знала, с чего начать. Словно прочитав ее мысли, Бретт спросил:

— Что на сей раз, Миранда?

Миранда удивилась его проницательности, но сумела ответить сдержанно:

— Я все думаю, почему такому человеку, как вы, захотелось купить фирму отца. В ее нынешнем состоянии она мало привлекательна.

— Согласен, но потенциал у нее есть. И потом, теперь ведь модно покупать как можно больше, верно?

— По-моему, это просто безжалостно — рваться за чем-то таким, на что другой наверняка потратил немало лет жизни.

Губы Дикина скривились.

— Вы, должен сказать, ставите все с ног на голову. Среди многих фирм, которые я приобрел, ни одна не была объектом чьей-то особой привязанности. Потому они и пришли в упадок.

Миранда прикусила губу. Если ей хочется узнать, почему фирма отца обанкротилась, надо, наверное, спрашивать об этом как-то по-другому. Но не успела она заговорить, как Бретт продолжил: