Филлис Холлдорсон - Я не собираюсь жениться...

Корали недоверчиво покачала головой, но Кирстен продолжала:

– Мы поссорились. Как я тебе уже говорила, мы не подходим друг другу. Очень тебя прошу: выброси из головы мысли о моем браке. Не только с Сэмом, но и с кем-либо еще. Я приехала сюда, чтобы увидеться с тобой и твоей новой семьей, а не ради замужества. Прошу тебя, уважай и мои желания.

– Ну, ко… конечно, я согласна, если ты так хочешь, – голос Корали звучал глухо. – Мне очень жаль… – Она не закончила, потому что на лестнице раздались быстрые шаги и Эмбер стремительно влетела в кухню.

– Доброе утро! – весело сказала она. – Как насчет завтрака?

Корали молчала, и видно было, что ответить сейчас она не в состоянии, так что Кирстен изобразила на лице широкую улыбку и сказала:

– Все готово. Яичница с беконом еще теплая, стоит на плите, а Корали испекла такие булочки – пальчики оближешь.

Она отодвинула стул и встала:

– Садись, а я положу тебе завтрак.

Эмбер остановила ее и хихикнула:

– Спасибо, но у нас другие правила. Каждый, кто опаздывает к столу, должен сам себя обслуживать.

Кирстен шутливо подняла руки вверх.

– Прошу прощения. Я не собиралась нарушать правила, так что в таком случае я, пожалуй, вернусь к себе и продолжу устраивать свое гнездышко.

Она уже направилась к выходу, но голос Корали заставил ее остановиться:

– Кирстен, я через час освобожусь и приеду к тебе. Хочу с тобой поговорить. Нам есть что с тобой обсудить.

Кирстен кивнула:

– Отлично. Только прихвати с собой пару твоих булочек, а я вскипячу чайник.

Было около десяти часов утра, когда Корали постучалась в дверь коттеджа Бака. Все время до этого Кирстен провела, меряя шагами пол и ругая себя за резкость и опасаясь, не принесет ли это вреда ее дружбе с Корали.

Она поспешно бросилась открывать подруге дверь.

– Тебе не обязательно стучаться, – сказала она. – Это же твой дом.

Корали вошла внутрь.

– Этот дом принадлежит всей семье, – признала она, – но пока здесь кто-либо живет, то это его владения, а сейчас здесь живешь ты. И я не хочу нарушать права на частные владения, просто входя без стука.

Кирстен выдавила короткий смешок:

– Поверь, моя жизнь – открытая книга – или дверь в данном случае.

Они прошли в гостиную и сели на обитый коричневым бархатом диван.

Корали закинула одну обтянутую джинсами ногу на другую, пытаясь выглядеть спокойной, но ее волнение выдавали стиснутые на коленях руки. Кирстен, тоже одетая в джинсы, сбросила туфли и поджала ноги под себя.

Первой заговорила Корали:

– Я… я думала о нашем утреннем разговоре… Извини, если мои лучшие намерения выглядели как назойливое вмешательство.

– Нет, Корали, пожалуйста, – перебила ее Кирстен. – Все совсем не так. Дело просто в том, что ни я, ни Сэм еще не готовы к каким-либо серьезным отношениям. Но даже если бы и были готовы, то мы друг другу не подходим.

Корали задумалась.

– Это не из-за тебя. Такое происходит с каждой женщиной, с которой я знакомила Сэма. Я должна была об этом подумать, прежде чем пытаться вас обручить.

Кирстен стало неудобно, что из-за нее подруга почувствовала себя виноватой.

– Не вини себя, – мягко сказала Кирстен. – Ты ведь не могла предположить, что мы с Сэмом окажемся такими противниками.

Корали покачала головой.

– Нет, я должна была предположить. Дело не в том, что это именно ты, дело в том, что ты женщина.

Кирстен поразилась:

– Ты хочешь сказать, что он женоненавистник! Тогда почему ты…

Корали была так же расстроена, как и Кирстен.

– Нет-нет, я не это имела в виду, – быстро проговорила она, – он не женоненавистник, но однажды женщина, которую он любил, предала его и разбила его сердце.

Кирстен откинулась на спинку дивана.

– О! – воскликнула она. – Ты хочешь сказать, он в разводе?

– Нет. Они были помолвлены несколько лет, но ждали, пока он закончит учебу, чтобы пожениться.

Кирстен почувствовала, что ее сердце гулко забилось.

– Но почему…

Корали поморщилась:

– Не спрашивай меня. Вообще-то вся их совместная жизнь не была сплошным праздником. Они жили вместе, пока он учился в медицинском колледже.

Кирстен сердито отмахнулась:

– Никогда не понимала такого сожительства. Когда люди живут вместе, они сильно привязываются друг к другу, даже не всегда это сознавая. У них обязательства друг перед другом, так почему не зарегистрировать брак?

Корали усмехнулась:

– Эй, мисс Синий Чулок, пора бы вам выбраться из своего футляра. Я уже выслушивала от тебя что-то подобное, когда со мной тоже случилось такое.

– Верно, и ты последовала моему совету. Если помнишь, ты потом меня благодарила. Говорила, что я спасла тебя от огромной ошибки, – Кирстен смущенно посмотрела в сторону. – Прости. Я не хотела тебя упрекать. Только я не выношу, когда женщина сама ставит себя в такое положение.

– Ну, о Белинде не беспокойся, – с усмешкой сказала Корали. – Это она ушла, причинив Сэму все неприятности, какие только могла. Деталей я не знаю. Он об этом никогда не говорит, так что я знаю кое-что из рассказов Джима и от разговорчивых горожан. В таком маленьком городке, как Купер-Каньон, все знают все про всех.

Ее слова разбудили в Кирстен любопытство.

– Ну же, ради Бога, – нетерпеливо сказала она, – что произошло?

– Это долгая история, – начала Корали. – Ее звали Белинда Эванс, ее родители и родители Сэма были близкими друзьями, так что они знали друг друга с пеленок. Они были лучшими друзьями в начальной и средней школе, влюбленными в старших классах и любовниками в колледже. Насколько я знаю, так было до последнего года учебы Сэма, пока не разразилась катастрофа.

– Но, если они так любили друг друга, почему же не поженились? – настаивала Кирстен.

Корали округлила глаза:

– Я уже говорила, что не знаю. Ты же представляешь, какими бывают студенты в колледже. Им хочется свободы. Однажды я спросила об этом Джима, но он ответил, что не знает, потому что это никого не касается.

Кирстен робко улыбнулась:

– Согласна, он прав… Но продолжай. Почему они расстались?

– Когда Сэм поступил в медицинскую академию в Чикаго, Белинда поехала с ним и они стали жить вместе. Они решили, что Белинда будет работать, чтобы поддерживать себя и его, но ее гуманитарного образования было недостаточно. Она смогла устроиться только продавщицей в магазине на какую-то мизерную зарплату.

Кирстен была озадачена:

– Насколько я поняла, отец Сэма был врачом. Неужели он не мог оплатить обучение сына?

– Да, мог и платил, – ответила Корали, – но врачи в провинции получают меньше, чем их коллеги в больших городах, а обучение в медицинской академии безумно дорого. Сэм не хотел обременять отца, к тому же жизнь с Белиндой тоже требовала расходов. А он был не единственный ребенок в семье, другим детям тоже надо было учиться.