Короткие рассказы - Flashes

– Хмм… Не знаю, принимать это как комплимент или как… Что?

С Гвен непросто говорить, в конце концов, она сама такого маленького роста, что совершенно неясно, взяли бы ее на самом деле на работу в полицию Чикаго или нет. Впрочем, это не имеет никакого значения, потому что целая куча людей в нее верит, что и делает Кери Салливан из полицейского управления Чикаго почти реально существующей. Вообще-то, этих людей столько, и они в нее так верят, что Кери уже сделала головокружительную карьеру, дослужившись от простой патрульной до полномочного детектива, всеми уважаемого и любимого.

Между прочим, в свое время мой рост был повыше, чем у многих.

– Считай это комплиментом, – подмигивает мне Гвен.

Гвен -Кери и копы отыгрывают свою сцену, и только после этого я делаю шаг из тени.

– Кери, – произношу я, приближаясь к ней, как какой-то дикий зверь в период гона. Взаимное притяжение между нами уже стало причиной регулярных и многочисленных публикаций с нашими фотографиями.

– Я знала, что ты где-то здесь, – говорит она. – Все свидетельствует о том, что это твоя работа. Перепуганная женщина рассказывает, как на нее напала группа мужчин, и никого из них мы найти не можем.

Я пинаю груду пыли.

– Мне нужно было принести совок, – я поворачиваюсь, чтобы уйти – и чувствую ее руку, ее теплую руку у себя на плече.

Даже сквозь черный кожаный пиджак я чувствую, какая она горячая.

– Подожди, – говорит она. Я смотрю на нее, две камеры снимают нас, а ее рука перемещается с плеча ко мне на щеку. – Мне так и не представился случай поблагодарить тебя за ту ночь. Когда только благодаря тебе я осталась в живых…

– Кери, ты сделала для меня то же, – я кладу ладонь на ее руку и медленно отвожу ее от своего лица.

– Сомневаюсь.

– Ты права. Ты сделала больше. Ты не только спасла меня, ты вернула меня из пределов смерти.

В этот момент мне по сценарию следует коснуться ее губ своими и потом исчезнуть. И я могу это сделать, это уже было со мной бесчисленное количество раз – поцеловать – и уйти, сделать больше и уйти, но… но когда наши губы соприкасаются, я не могу оторваться. Наши губы скользят друг по другу, и электрические разряды прошивают нас с такой силой, которую даже мне трудно вынести. И я возвращаюсь за вторым поцелуем. А потом за третьим. И четвертым.

Вообще-то я начинаю отстраняться, но она притягивает мою голову назад, и я целую ее снова. И в этот раз ее губы раскрываются, и я не могу устоять перед искушением – я провожу по ним языком и проникаю в нее, проталкиваю язык сквозь ее полные губы. Ее язык и рот такие теплые…

Мои руки охватывают ее бедра, притягивая ее ко мне.

И в самый неподходящий момент Стюарт орет:

– Снято!

И хоть я все еще надеюсь, что съемки продолжатся, ну еще немножко, еще хоть чуть-чуть, я знаю, что мне нужно сделать.

Гвен не отпускает меня еще несколько мгновений после команды Стюарта.

Когда мы разрываем поцелуй, ее губы все еще влажные и набухшие, и я шепчу ей на ухо: «Поужинаешь со мной?»

– Гвен, оставайся на месте, – орет Стюарт, – Кирби, иди гримироваься! Снимаем сцену, когда Гвен открывает глаза, а тебя уже нет, а потом снова появляются копы! – потом, уже в мою сторону – а когда тебе поправят лицо, мы сможем снять драку, и на этом все.

– Да, – говорит Гвен. Мне.

Она отвечает так просто и быстро, что я задумываюсь, а не стоило ли пригласить ее раньше?

– Ты не перестаешь меня удивлять, – говорит она за салатом «Цезарь» с курицей, – но ты и так это знаешь, правда?

Я поднимаю глаза от своего салата и встречаю ее взгляд.

– Несколько женщин говорили мне об этом, да, – а затем я позволяю себе легенькую вкрадчивую усмешку. На съемочной площадке я себя так не веду.

Ее щеки чуть розовеют, и она с усилием изображает, что увлечена салатом.

– Я хотела сказать, что у тебя прекрасные актерские способности, и тебе не нужно изучать технику единоборств или боевых искусств, как это приходится делать многим новичкам, – говорит она своей тарелке.

Я безразлично пожимаю плечами.

– Иногда я просто подхватываю вещи на лету, такое наше актерское ремесло. Зато я в постоянной готовности сыграть любую роль. И мне приходилось кое-чему учиться, – я легко поглаживаю ее пальцы, которыми она играет с ножкой своего бокала, хотя я прекрасно помню всю силу нашего последнего поцелуя и всех тех, что ему предшествовали. Она говорила репортерам, что мы с ней как брат и сестра, и даже мне легко было бы принять это за чистую монету, если бы не электричество, прожигающее меня насквозь всякий раз, когда мы целовались. Или соприкасались. Или смотрели друг на друга. – Но ты и так это знаешь. В конце концов, ты и сама абсолютно потрясающая. – Я беру ее руку в свои и большими пальцами поглаживаю ладонь. – Ты – единственная причина, по которой этот сериал протянул так долго. В начале никто и подумать не мог… ты сделала его тем, чем он есть сегодня.

Она опускает руки на салфетку, лежащую у нее на коленях.

– Ой, да перестань, у нас просто классные сценаристы – сказочные сценаристы, вообще говоря. И хотя Стюарт может быть таким занудным, и сейчас я могу почти стопроцентно сказать, о чем он думает, прежде чем он так и подумает… все-таки, он и сценаристы – это сердце нашего шоу. Я хочу сказать, что они до сих пор в состоянии меня удивить, и это многое о них говорит.

Я не успеваю ответить, потому что к нашему столику подходит мужчина.

– Это на самом деле вы! – говорит он Гвен. – Я сказал Саре, что это вы, но она мне не поверила!

Он выталкивает вперед очень симпатичную блондинку, я так понимаю, свою подружку и театральным шепотом произносит: «Это она! Я же говорил тебе, что это она!»

Она делает шажок к Гвен и очень искренне произносит:

– Мне и правда нравится сериал, но вы… вы просто великолепны! – она бросает взгляд на своего бойфренда, потом нервно вытаскивает из сумочки листок бумаги вместе с ручкой.

– Нам очень неловко вас отвлекать, – продолжает она, обращаясь заодно и к сотрапезнику Гвен – но… – тут у нее отвисает челюсть, а глаза широко распахиваются, когда она осознает, кто я. Девушка умолкает, все еще протягивая ручку и бумагу Гвен.

Бойфренд отслеживает ее взгляд и замечает меня. Сладенькая улыбка наползает на его лицо.

– А, это вы… Моя девушка от вас без ума, – он забирает у нее бумагу и ручку и передает их Гвен с просьбой об автографе. – А вы можете подписать его для Стена?

Тем временем я встречаю взгляд девушки, провожу рукой по своим волосам, сверху вниз, к затылку и позволяю медленной ухмылке искривить мои губы. Потом я раздеваю ее взглядом, впитывая каждый дюйм ее стройной, но округлой фигуры.