Розанна Спайрс - Венский вальс

— Если бы этот уровень удовлетворял мистера Ирвинга, он не обратился бы с предложением перевести свои заказы к нам.

— Ах, вот как! — Шила в упор посмотрела на Роналда. Тот демонстративно проигнорировал сарказм, прозвучавший в ее реплике, лениво подошел к столу, пригубил кофе из крохотной чашечки.

— Я действительно готов пойти на этот шаг, но мне нужно присмотреться. Для начала я хочу, чтобы вы, мисс Грейс, лично занялись одним из моих проектов.

Наглец, подумала про себя Шила, ловок, расставлять ловушки.

— Боюсь, в настоящее время я не смогу переключиться на новую работу, занята по горло.

— Какая жалость, — пожал плечами Ирвинг. — В таком случае давайте забудем о моем предложении вообще.

— О… мистер Ирвинг, — торопливо вмешался Эббот, бросив на свою служащую яростный взгляд. — Занятость мисс Грейс легко устранимое препятствие. Мы освободим ее от всего, что мешает ей немедленно включиться в новое дело.

— Похоже, мисс Грейс от такой перспективы не в восторге, — усмехнулся Роналд. — Разве не видите сами?.. Что ж, в таком случае я поищу более сговорчивых партнеров.

Каспар рассердился не на шутку.

— А я — менее строптивых сотрудников.

Шила приуныла. Пойти на поводу у собственного гонора и лишиться из-за этого любимой работы и хорошей должности значило для нее потерять все, чем жила.

— Я готова поработать над вашим проектом, — через силу улыбнулась она. — Надеюсь, не подведу ни свою фирму, ни вас.

— Рад это слышать, — отозвался Роналд, внутренне торжествуя победу. — Мистер Эббот, будьте добры, оставьте нас вдвоем, чтобы мы обсудили хотя бы первоочередные задачи.

— Да, конечно-конечно. — Каспар засуетился и, спешно покидая кабинет, сказал: — Если понадобится помощь моей секретарши, она к вашим услугам…

Когда они остались вдвоем, в комнате воцарилась гнетущая тишина. Первой не выдержала Шила.

— Вы проделали ловкий трюк. Соблазнили шефа выгодным заказом и при этом не постеснялись загнать меня в угол. Должно быть, приятно ощущать себя всесильным и всемогущественным?..

Роналд Ирвинг скромно потупился, изображая смущение.

— Одного не пойму, зачем понадобилось посылать мне оскорбительное приглашение развлечь на вечеринке ваших друзей?

— Я нарочно хотел разозлить вас. Разъяренная мисс Грейс наверняка отказалась бы сотрудничать со мной и упорно стояла бы на своем, даже в присутствии шефа. В мою задачу входило доказать строптивой, что положение ее безвыходно.

Шила с трудом сдержалась.

— С каким удовольствием я врезала бы по вашей самодовольной физиономии, мистер подлец! — выпалила она, в бессильной ярости сжимая кулаки.

— Так попробуйте. Посмотрим, что из этого получится. — Ирвинг приблизился к ней почти вплотную, усмехаясь, заглянул ей в глаза. — Но никогда не угрожайте, если не готовы к действию, дорогая.

— Не смейте называть меня дорогой! — прошипела она. — Я не наивная дурочка, чтобы не понимать, чего вы добиваетесь.

— Да, я хочу вас и не намерен этого скрывать… А, судя по вашему поведению, вы испытываете аналогичное желание. Чего же вы боитесь, Шила? Сгореть в огне собственной страсти?.. Я вижу, как вы возбуждены и распалены, так не прячьтесь от самой себя, дайте себе волю. Безнадежное дело бороться с природой! Какие плотины на пути бурного потока ни возводи, он все равно прорвется. Так и с любовью. Даже если боги и посылают ее в наказанье, напрасно пытаться искать убежище в тихой пристани.

Роналд умолк. Она в смятении задумалась. По сути, он облек в слова те мысли, которые вот уже долгое время не давали ей покоя. Шила действительно сознательно облачилась в некую смирительную рубашку, способную защитить от душевных бурь, хотя вирус страсти затаился в ее крови до поры до времени и только ждал момента, когда сможет заразить весь организм.

— Шила, — вполголоса позвал Ирвинг, заметив перемену в ее настроении. — Что случилось?

— Ничего!

— Эй, посмотрите на меня… — Большая и сильная рука мягко легла ей на плечо.

Она, как упрямый ребенок, которого застали врасплох, резко отвернулась.

— Ладно, — примирительно сказал Роналд. — Успокойтесь.

— Я совершенно спокойна.

Он рассмеялся:

— Вы непосредственны, как дитя, еще не умеющее владеть своими чувствами. Просто прелесть!

Шила вспыхнула.

— Мои чувства вас не касаются!

— Но я хочу, чтобы касались. — Роналд с величайшей осторожностью, словно Шила, была фарфоровая, развернул ее к себе, нежно посмотрел в глаза, полные слез, погладил по волосам. — Дать носовой платок?

— Не надо меня опекать!

— Ну вот, вы опять демонстрируете силу, а ваше самое острое оружие — это беззащитная женственность, способная растопить даже черствое мужское сердце. Мое, во всяком случае, вам растопить удалось.

Шила вскинула брови.

— Сомневаюсь, есть ли оно у вас вообще. Вы бесцеремонно вторгаетесь в чужую жизнь, и вряд ли вас волнует, что способны ее разрушить.

Ирвинг мрачно улыбнулся.

— Ошибаетесь. По отношению к вам я действую вполне осознанно. Еще позавчера я понял: Шиле Грейс не следует выходить замуж за человека по имени Стринг.

— У меня своя голова на плечах.

— Тогда вдумайтесь хотя бы в смысл слова «стринг»… — с явной иронией посоветовал Роналд. — Оно ведь означает «веревка»! Так распутайте узел, обрубите концы, пока не поздно…

Ирвинг крепко обнял Шилу, властно притянул к себе. Она услышала, как гулко стучит его сердце, увидела бездонную голубизну глаз, в которых буквально тонула.

— Если бы вас связывали истинные чувства, постель сделала бы их прочнее. Вы когда-нибудь занимались со своим женихом любовью?

Она хотела погрешить против истины, но испугалась. Что-то подсказывало Шиле, что этому человеку лгать нельзя.

— Отвечайте! — Его голос звучал грозно, объятия стали неуютными. — Я хочу знать правду, черт побери!

— Нет, не занимались.

Он с явным облегчением вздохнул, немного успокаиваясь.

— Но это не значит, что… Да я на пушечный выстрел вас не подпущу. — Шила отважно пыталась сопротивляться. — Остудите свою дурную голову.

— В моей голове и, правда, много всякого вздора, но уж дурной назвать ее никак нельзя. И если мне вздумается затащить вас в постель, я это сделаю. И будьте уверены, вы не пожалеете!

— Как вы смеете говорить мне такое? — задыхаясь от возмущения, прорычала она.

— Смею, потому что хочу, чтобы вы были счастливы, упрямая глупышка.

— Я буду, счастлива только тогда, когда вы, наконец, уберетесь из моей жизни.

— Но я намерен остаться в ней, Шила! Думаю, вам следует перестать артачиться. Вспомните, карты сулили нам стать любовниками. Почему бы вам в таком случае не вручить свою судьбу мне?