Сара Вуд - Свадьба Эмбер

     - Я полагаю, ваши встречи были... теплыми? Ты была рада видеть его. И бросалась ему в объятия.

     Она неловко поежилась.

     - Ну да, почему бы и нет?

     К ее удивлению, он сморщился.

     Она поспешила добавить:

     - Я же сказала тебе: мы - друзья с детства. Кстати, у меня в то время была связь с Энцо, - напомнила она, чувствуя, куда он клонит.

     - Тем не менее в твоих эмоциях царил хаос, - мрачно продолжал он. - Каждый раз, возвращаясь домой, ты чувствовала себя выдохшейся и нуждалась в теплой, дружеской любви. Тебе нужен был кто-то, кто бы тебя успокоил, помог забыть боль и страдания, которые остались за спиной. Иначе бы ты просто не выдержала, да?

     - Да, но...

     - Как я помню, Лео также нуждался в любви. - Странно: казалось, Джейк заставляет себя обсуждать ее отношения с Лео, и судя по выражению его лица, ему это неприятно. - Ты говорила, - продолжил он сухо, - что он развелся с Джинни и был глубоко несчастен.

     Ее глаза потемнели.

     - Ты подозреваешь, что я с ним спала?!

     Эмбер уставилась на него с открытым ртом. Она уже готова была яростно защищаться, когда он коротко вздохнул и пригвоздил ее тяжелым взглядом.

     - Как раз это я и хотел узнать. - Голос его дрожал. - Есть ли хоть малейший шанс, что твой ребенок - от Лео?

     Потрясенная Эмбер с минуту молчала, пытаясь обрести голос.

     - Нет! - в ужасе закричала она. - Как ты можешь?! Он любит Джинни, всегда любил и будет любить!

     - Ты уверена? - спросил Джейк, и его мускулы напряглись в ожидании. - Абсолютно, совершенно уверена?

     - Клянусь памятью матери! - пылко сказала она.

     Джейк расслабил плечи и выдохнул воздух из легких, как будто отбросил сомнения и неуверенность, копившиеся долгое время. Линии его лица разгладились, и перед ней снова был дружелюбный Джейк, которого она знала и любила.

     - Спасибо, - выдохнул он. - Прости, если я обидел тебя, но я должен был спросить.

     - Я удивляюсь, - медленно сказала она, - почему ты не возражаешь против ребенка Энцо, а тут...

     Он нахмурился и опустил голову.

     - Энцо не стал бы рисковать своим браком, предъявляя права на ребенка, - сказал он, глядя в пол. - Лео сделал бы это, будь он отцом.

     - Это имеет значение?

     Джейк поднял голову, и их глаза встретились.

     - Я намереваюсь взять на себя обязательства по отношению к тебе и твоему ребенку. Я бы не хотел легальной борьбы за обладание. Я полагаю, что отец - Энцо. Кроме нас, только твой босс - Мэри Смит из «Юнит» - знает правду. Я хочу, чтобы все так и осталось. Никто не должен знать, что не я отец твоего ребенка.

     Эмбер ответила не сразу. Ее глаза искали его лицо. Она пыталась понять, почему его это так беспокоит.

     - А почему?

     Он колебался.

     - Гордость, - ответил он тоже не сразу. - Я не хочу выглядеть полным дураком.

     Но она чувствовала, что это не главная причина. Слишком непохоже на Джейка принимать близко к сердцу то, что скажут люди.

     - Ребенок должен знать, кто его биологические родители, - сказала она мягко. - Всегда. И мой ребенок узнает, кто его отец, как только он сможет это понять.

     - Нет! - сказал Джейк и быстро шагнул к ней. - Ввиду особого характера нашего брака мы должны дать твоему ребенку нашу любовь и устойчивые тылы. Может быть, мы никогда не скажем ему или ей правду. Или решим, что это будет уместно, когда ему исполнится десять или двенадцать, или...

     - В десять лет? - Она посмотрела с сомнением. - Не знаю, Джейк. Слишком сложный это вопрос, чтобы решать его сейчас, когда я в такой растерянности.

     - Я тебе помогу, - сказал он. - Согласись, что мы отложим решение о том, когда сказать ребенку правду, как минимум на десять лет, и я останусь с тобой. Не согласишься - расстанемся прямо сейчас. Вот и решай, Эмбер!

     Она бы и решала, если бы ноги не отказывали ей. А ведь так и будет еще не один месяц беременности. Его глаза жгли ее. Против своей воли она чувствовала, что готова сдаться. Вот так же Джейк вырвал у нее согласие на предложение руки и сердца. Она была сломлена предательством Энцо и чувствовала себя безвольной и беззащитной. Впервые в жизни ее не волновало, что с ней происходит, и она была равнодушна к тому, что Джейк делает с ее жизнью. Теперь было то же самое.

     - Думаю, ты прав, - сказала она, стараясь рассуждать трезво. - Мой ребенок должен прежде всего чувствовать себя уверенно и надежно, но...

     - Никаких «но». Обещай, - настаивал он. - Я не хотел говорить об этом, но ты должна задуматься о последствиях, Эмбер! Твой ребенок должен быть гораздо старше, чем ты думаешь, чтобы справиться с мыслью, что у тебя была внебрачная связь.

     - Джейк! - слабо протестовала она.

     Он взглянул на нее, задыхающуюся от боли, и его тон смягчился. В нем зазвучала нежность, идущая от самого сердца.

     - Я пытался показать тебе, что будете чувствовать ты и твой ребенок. - Он сделал паузу. Его глаза были полны сострадания. - Представь себе, каково это вдруг обнаружить, что твои родители не имеют с тобой никакой кровной связи.

     - Ужасно! - пылко воскликнула она.

     - Хуже, если узнаешь, что твой настоящий отец - лжец, болтун и любовник, который не раздумывая нарушает брачные клятвы.

     Ее передернуло от отвращения, она представила себе момент, когда ее ребенок узнает о своем отце.

     - Я с тобой согласна. Если б я узнала такое, это уничтожило бы меня!

     В его глазах промелькнула жалость.

     - Да. Возможно. Если бы у тебя не было серьезной поддержки, которая помогла бы справиться с подобным откровением. - Джейк говорил небрежным тоном. Но она заметила, что он теребит манжеты. Неужели волнуется? И его небрежный тон - просто игра? Что бы это все значило? - недоумевала Эмбер, а он продолжил: - И ты бы почувствовала стыд, а может быть, и ненависть?

     - Думаю, да, - согласилась она.

     Джейк вздохнул с явным облегчением.

     - Вот почему большинству усыновленных детей не рассказывают об их происхождении, - мягко сказал он.

     - Возможно, - опять же согласилась она, удивляясь его мудрости. Как рассказать ребенку об Энцо, как объяснить, что она глупо попалась в сети этого волокиты? Ужасно! Джейк прав: ребенок, конечно, отвернется от нее.

     - Ну вот и договорились. Твой ребенок должен воспитываться как мой собственный, - повторил он.

     Но, женившись на ней и признав ее ребенка своим, Джейк обретает наследника чужой крови. А как же род Кавендиш? Ведь это не совсем то, чего он хотел бы, не так ли? Она старалась вникнуть и понимала, что должна быть настороже.