Элли Десмонд - Между завтра и вчера (Ванильный вкус поцелуя)

Дженифер задумалась.

Видя ее колебание, Райан добавил:

— Ты ведь не планируешь все это время старательно обходить меня стороной, правильно? Это будет выглядеть смешно, даже нелепо, кроме того вызовет нежелательные подозрения у окружающих. — Он помолчал, предоставив ей возможность переварить свои слова. — Мы должны прожить этот месяц в дружбе — ты, я и Эл, согласна?

Дженифер пожала плечами, потом кивнула.

— Для этого мне нужно кое-что тебе объяснить, вот я и приглашаю тебя на ужин, — произнес Райан, обнажая зубы в улыбке.

Дженифер тяжело вздохнула.

Ее душу раздирали сомнения, но она сознавала, что Райан прав. Если бы они с Элис продолжили исчезать из дома с самого утра, ее действительно скоро в чем-нибудь заподозрили бы.

Я давно уже не несмышленая девочка и не позволю ему себя дурачить, подумала она. Поэтому не должна его бояться. Может, и вправду поужинать с ним сегодня? Не исключено, что нам действительно удастся договориться о том, каким образом сосуществовать в ближайшие несколько недель. Тогда в моей жизни станет одной проблемой меньше.

— Хорошо, давай вечером встретимся, — пробормотала она все еще не вполне уверенно.

— Отлично! — Райан потер руки. — Я зайду за тобой в восемь.

— Н-нет! — испуганно запротестовала Дженифер. — Лучше встретимся за калиткой.

Райан пожал плечами.

— О'кей.

…Мерцающее пламя свечей отражалось в зеленых, как свежая листва, глазах Дженифер таинственными бликами. По ее нежному лицу плавно передвигались тени, и она казалась Райану прелестной инопланетянкой, чем-то возвышенным, недосягаемым.

Он радовался, что привез ее именно в этот ресторан. Плавающие свечи в вазах диковинных форм и оттенков, роспись на стенах, официанты в бордовых ливреях с галунами — необычность обстановки удивительным образом подходила ей, как будто была создана специально для нее.

Откинувшись на высокую спинку стула, обитого бархатной тканью, Райан с удовольствием и без намека на стеснение уставился на свою визави.

— Райан, это, в конце концов, неприлично, — сказала Дженифер, не выдержав столь откровенного разглядывания.

— Ничего не могу с собой поделать! — Райан наморщил лоб. — Не любоваться тобой невозможно.

Дженифер смущенно опустила глаза.

Райан придвинулся к столу.

— Послушай, Джен, — заговорил он пылко. — Я пригласил тебя сюда, чтобы серьезно с тобой поговорить, а сам не знаю, что сделать сначала попросить у тебя прощения или поблагодарить за то лето. Самое замечательное лето в моей жизни.

Даже в приглушенном сиянии свечей было видно, как милое лицо Дженифер сделалось вдруг пунцовым. Некоторое время она, по-видимому, не могла решить, как лучше среагировать на слова Райана, — смотрела в стол, поводя изогнутой бровью, сильно напоминая ему себя восемнадцатилетнюю. Потом резко и горделиво вскинула голову и с неожиданной смелостью взглянула ему прямо в глаза.

— Не нужно ни благодарить меня, ни просить прощения, — с размеренностью и спокойствием взрослой опытной женщины произнесла она. Кровь постепенно отхлынула от ее щек. — Все, что было между нами, осталось в прошлом и теперь не имеет никакого значения. Ведь изменились не только времена, но и мы сами.

— Правильно, — с готовностью подхватил Райан. — Мы сильно изменились. Восемь лет назад я был совсем другим — эгоистичным незрелым мальчишкой, не умевшим ценить счастье. Я соблазнил тебя и оставил одну, не задумавшись о последствиях.

— Но никаких последствий и не было, Райан! — горячо воскликнула Дженифер.

— Да, о предупреждении беременности я тогда позаботился, — ответил Райан, — но не побеспокоился о твоей душе, за это теперь и презираю себя.

— Перестань, Райан. Ты ничего не обещал мне…

— Я поступил тогда просто подло.

— Ладно, не буду спорить! — Дженифер взяла со стола отделанную рюшем салфетку и принялась взволнованно теребить ее. — Хотя все было гораздо проще: ты смотрел на нашу связь как на вспышку безрассудной страсти, а я — как на вечную любовь. Мы с самого начала совершенно друг другу не подходили. И потом… — Она как-то странно улыбнулась. — Разве ты можешь себе представить, что такая женщина, как я, остается с человеком, подобным тебе?

— О чем это ты? О том, что считаешь ниже своего достоинства связываться с бедняками? — Райан впился в нее своим неоновым взглядом.

— Нет, — ответила Дженифер, отворачиваясь к шестиугольному окну и глядя на озарившийся сотней огней парк напротив. — Я о том, что мы с тобой чересчур разные, что и сейчас, и восемь лет назад не имели ничего общего, если не считать любовь к сексу. Ничуть не хочу тебя обидеть, но признаюсь: если бы ты не бросил меня тогда, я сама бы тебя оставила, и довольно скоро. Признай, Райан: мы были неподходящей парой.

— Значит, встречаясь со мной, ты мечтала о ком-нибудь другом? О единственном и неповторимом, о своей половинке? — с оттенком раздражения потребовал ответа Райан.

Дженифер медленно кивнула.

— Не стану тебе лгать — да, мечтала.

— Ты нашла свое счастье, как только я исчез из виду. — Райан взял бокал с «Шианти» и сделал большой глоток, с недовольством отмечая, что сегодня его любимое вино отвратительно. — Расскажи же мне о своем замужестве.

— Тут и рассказывать-то не о чем. — Дженифер тоже отпила вина. — Мы прожили с Сэмюэлом всего два с половиной года.

— То есть он вовсе и не был твоей половинкой.

— Когда-то мне казалось, что был, — спокойно сказала Дженифер, отрезая при помощи ножа и вилки маленький кусочек от мясного рулета. — Я думала, он по-настоящему любит меня.

— А ты его любила?

Ее зеленые глаза внезапно потемнели, словно затянутое предгрозовыми тучами ясное небо. Прежде чем ответить, она о чем-то поразмыслила.

— К моменту свадьбы я сумела убедить себя, что люблю его. Это было несложно, ведь вся моя семья одобряла мой выбор.

— Ты вышла замуж только для того, чтобы порадовать семью? — Райан сильно насупился.

— Нет. Мы с Сэмюэлом сами захотели пожениться — почувствовали, что готовы для создания собственной семьи.

— И для обзаведения ребенком? — подсказал Райан.

Лицо Дженифер заметно напряглось, на ее правом виске задрожала жилка. Она очень медленно и осторожно опустила руки на колени, будто они были хрустальными.

— Да. Сэмюэл любил детей и хотел, чтобы я родила ему сына или дочь. — Она резко замолчала, поджав губы.

Райан видел, что этот разговор ей неприятен, поэтому и решил закончить его на светлой ноте.

— В любом случае, хоть какое-то время ты жила счастливо, — сказал он насколько мог доброжелательно и весело.