Голди Росс - Неужели любовь?

Но при этом… При этом ее глаза были полны тайны. Роже был потрясен, обнаружив, сколь страстно желает проникнуть в тщательно скрываемые области. И он принялся неотступно осуществлять свое желание.

Только действовать придется очень осторожно.

— Ладно, — произнес он, выдержав паузу. — Возможно, у вас и впрямь нет секретов. Тогда расскажите о вашей карьере. Разумеется, если это тоже не считается запретной темой.

Пола удержала готовую сорваться с языка колкость.

— Я прошла стажировку в фирме «Трэверс консалтинг», а полгода назад мы с коллегой открыли собственное дело.

— И с тех пор вы только и делаете, что работаете?

Пола неожиданно улыбнулась, причем совершенно искренне, и в ее карих глазах словно засверкали золотистые искорки. Роже зачарованно наблюдал за ней.

— Нет, я всегда была трудоголиком. — Она вздохнула, и сияние угасло в ее взгляде. — А сейчас не желаете ли поговорить о том, что интересует меня?

Поздравь себя, Роже! Начинается вторая часть программы.

Но прежде чем приступить к ней, он хотел — вернее, испытывал настоятельную необходимость — прояснить один вопрос.

— А кто ваш партнер? Это из-за него вы избегаете свиданий с другими мужчинами?

Пола успешно подавила прилив раздражительности, решив во что бы то ни стало поколебать самоуверенность Бродо. Преследуя эту цель, она откинулась на спинку стула и вздохнула.

— Я отказываюсь от свиданий, потому что не нуждаюсь в них. Говоря вашими словами, они мне наскучили.

Сказанное не было правдой, но сейчас это Полу совершенно не заботило. Тем более что ей удалось ловко отбить удар. От неожиданности Роже даже заморгал.

— Вы скучаете на свидании?

А, удивила я тебя! — довольно улыбнулась Пола.

— Меня не особенно увлекают спортивные состязания, — пояснила она сладеньким голоском.

— Хотите сказать, что вас водили на футбол, хоккей и тому подобные игры? — Было заметно, что Роже изумлен. — Наверное, вы встречались с очень тупоголовыми парнями.

Пола потупилась.

Это он намекает, что с моей внешностью вряд ли можно рассчитывать на интерес нормального мужчины.

Она почувствовала себя задетой, хотя с самого начала ожидала нечто подобное. Последнее замечание взбесило ее, но внешне это никак не проявилось: сработала давняя привычка при любых обстоятельствах сохранять спокойствие.

— Да нет, с обычными, — пожала Пола плечами.

Бродо блеснул глазами.

— Что ж, я им сочувствую.

На этот раз она внутренне содрогнулась.

Вот что значит общаться с самым неотразимым из присутствующих мужчин. Сама виновата. Не отшила его вовремя, теперь получай. Расплачивайся за ошибку.

Соседка Роже что-то сказала, и тот склонил к ней голову, не сводя глаз с Полы. На его губах медленно появилась улыбка, причем недобрая.

— Не думаю, что мисс Канингем согласится с вами. Минуту назад она призналась, что не ходит на свидания. Мне также трудно представить, чтобы она вдруг затеяла с кем-то флирт. — Бродо откинулся на спинку стула, предоставляя возможность дамам свободно общаться.

Однако Пола сочла его выходку нечестной. Предполагалось, что их словесная перепалка больше никого не касается. И Роже было известно об этом не хуже самой Полы. Но сейчас ей не осталось ничего иного, как стиснуть зубы и смириться с внезапной переменой правил.

— Мне флиртовать? — произнесла она с улыбкой. — Собственно, почему бы и нет?

— Потому что совсем недавно вы сами велели мне прекратить это занятие, — напомнил Бродо, явно потешаясь.

Глаза Полы вспыхнули, но прежде чем она успела что-то сказать, ее собеседник обратился ко всем сидящим за столом:

— И мне кажется, что в чем-то вы правы, — провозгласил он. — Флирт — прерогатива французов. Американцы, как правило, им пренебрегают. Лишь некоторые изредка нисходят до этого занятия в силу своего личного темперамента. — Он окинул Полу изучающим взглядом. Та замерла.

Он надо мной насмехается! Мало того, ему нужно, чтобы и остальные присоединились к нему.

Сердце Полы болезненно сжалось.

Сидящая слева от Бродо женщина окинула его неодобрительным взглядом, потом повернулась к Поле.

— Я лишь сказала, что в наше время флирт является утраченным искусством.

Пола немного знала эту даму. Та вместе с Амелией состояла в каком-то благотворительном комитете.

— Кто мешает его возродить? — Сейчас Бродо обращался только к Поле. — Особенно если позволяет упомянутый мною темперамент? — тихо добавил он и улыбнулся.

В этот миг Поле показалось, будто с нее разом слетели все одежды. Почувствовав, как к лицу приливает краска, она сделала то, чего не позволяла себе со времен раннего детства, — с шумом отодвинула стул и вскочила на ноги.

— Прошу прощения… — Пробормотав эти слова, Пола выбежала из столовой.

2

Она нашла пристанище в своей бывшей спальне. За окном рос старый клен, шелестевший листвой по стеклу и по ночам отбрасывавший в лунном свете на стену ажурную тень. Бывало, Пола подолгу наблюдала с кровати за скольжением причудливых темных образов по обоям.

Стояла осень, и листьев на дереве почти не остаюсь. Клен казался таким же оголенным, какой сейчас чувствовала себя Пола.

Как она позволила Бродо привести ее в подобное состояние?

Подойдя к окну, Пола прижалась лбом к холодному стеклу. Она не помнила случая, чтобы когда-нибудь испытывала такую злость и беспомощность. Даже по отношению к Нику она не питала подобных чувств. Когда тот решил, что она не соответствует его внутренним устремлениям, Пола не стала его удерживать. Она просто очистила квартиру от вещей бывшего сожителя и постаралась поскорее превратить ее в персональный уютный островок посреди большого города. С тех пор Пола защищала свой дом от вмешательств окружающего мира, а сердце от посягательств самоуверенных красавцев.

До нынешнего дня ей это неплохо удавалось, но Роже Бродо каким-то образом смог пробить брешь в обороне, причем с помощью одних только слов, о подспудном смысле которых он, скорее всего, даже не догадывался.

Пола потерла лоб пальцами, потом вспомнила о шраме и отдернула руку. Нечасто случалось, чтобы она забывала о своем «украшении». Но, как ни странно, сидя за столом с Бродо Пола ни разу не вспомнила об уродливой отметине.

Хоть какое-то утешение!

И вообще, пора успокоиться.

Она зашла в ванную и плеснула в лицо холодной воды. Потом вытерлась, посмотрела на себя в зеркало. Разумеется, проклятый шрам красовался на прежнем месте. Поле припомнилось, как мать с гримасой отвращения рассматривала ее окровавленную физиономию. Столько лет прошло, но эта сцена стояла перед глазами Полы будто наяву.