Рини Россель - Познание любви

Элен с трудом проглотила ком в горле и попыталась выразить вслух свои чувства.

— Послушайте, мистер Лорд, — голос ее прозвучал хрипло, — вашему мужеству были миллионы свидетелей. Никто не сомневался, что вы спасли юную жизнь, поставив под угрозу свою. — Скулы Лорда напряглись, но, лишь только он начал возражать ей, она прервала его: — Столько людей видели, как маленький мальчик бродил под минометным огнем, прямо перед камерой, а вы в это время вели репортаж. А потом закрыли его своим телом… — Элен умолкла. Наверное, мне не следовало напоминать ему об этом, ужаснулась она. Но воспоминание о тех событиях подогрело ее решимость. — Разве не так поступают герои? Они приходят на помощь, не раздумывая.

Лорд презрительно хмыкнул.

— Да, и посмотри теперь на «удальца». — Он провел рукой по повязке на глазу, а потом показал на палку. — Полуслепой калека… При виде меня может расплакаться от страха ребенок… — Он отвел в сторону страдающий взгляд. — Иди домой, детка. Ты не сможешь дать то, что мне нужно.

Такое оскорбление до боли задело сердце Элен. Внутри у нее все кипело. Однако девушка понимала, что за этой бравадой Лорд прячет свою боль, и она прошептала:

— А я думаю, что смогу. И уже завтра вечером вы придете обедать в гостиницу. Я не хочу больше скрывать свой секрет. Мои сестры никому ничего не скажут. Насчет этого вы не волнуйтесь.

Он резко выпрямился.

— Ни за что, детка! — И смерил ее убийственным взглядом. — Даже через миллион лет.

— Если вы не придете, я всем о вас расскажу. — Элен понимала: это жестоко — играть на страхе разоблачения Дэмиена, но у нее не было другого выхода. Ведь это делалось ради его же блага! — Мы будем ждать вас ровно в семь, — закончила она.

Благодарностью ей послужило ругательство.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Элен взглянула на часы. Было десять минут восьмого, а Дэмиен все еще не пришел.

Она сама накрыла на стол, заставила сестер принарядиться, сказав им, что у нее для них приготовлен сюрприз.

Элен снова бросила взгляд на часы и уставилась на резное стекло входной двери: может, Дэмиен уже идет по дороге?

— Обед так вкусно пахнет, — произнесла Элисса, — а я умираю с голода. Не пора ли начинать есть?

Элен резко обернулась.

— Давайте подождем еще минут пять, а?

На лице Элиссы отразилось удивление.

— У нас будут гости?

— Ну… — Элен почувствовала, как у нее вспыхнули щеки. — Я и в самом деле кое-кого пригласила…

Элисса встряхнула копной медно-рыжих волос.

— О, Элен, детка, это, наверное, твой очередной благотворительный прием? Помнишь, что было в прошлый раз? Приглашенный тобою парень украл серебряный прибор нашей мамы. Думаю, это он так тебя отблагодарил.

Элен чуть не задохнулась.

— Но я… э… не думаю…

— Боюсь, ты не думаешь. — Элисса обняла сестру за плечи. — Нельзя доверять всем и каждому и делать добро всем подряд. Поверь мне, я работала с настоящим отребьем. И не всегда получается, что за твою доброту тебе платят тем же…

От резкого лая Крэкера все вздрогнули. Сердце Элен подпрыгнуло: Дэмиен пришел!

— Это он! — закричала она, не в силах скрыть своего восторга. И бросилась во двор.

— Кто? — Элисса последовала за ней, и Элен испугалась, что сестра не впустит Дэмиена.

В вечерних сумерках в чернеющей за изгородью тьме она увидела его. Дэмиен стоял у кромки леса, высокий и безмолвный. Одной рукой он держался за ворота.

Элен улыбнулась, она была очень рада.

— О Боже… — напряженным шепотом произнесла у нее за спиной Элисса. — Он такой огромный! Ты уверена, что поступаешь правильно?

Элен сжала руку сестры.

— Подожди, сейчас ты сама все увидишь! — Она широко распахнула ворота навстречу гостю, приглашая его в дом. — Люси, Элисса, теперь мы можем обедать! — прокричала Элен.

Столовую, где все еще витал запах обойного клея, наполнили ароматы жареной говядины, молодой картошки и моркови. Элен посадила Дэмиена во главе стола, сама села по правую руку, а сестры — по левую. Обед протекал в напряженной тишине, ибо хозяйки не знали, как вести себя со столь странным гостем. Люси и Элисса сидели будто каменные изваяния и едва прикасались к еде. Они были шокированы появлением в их доме Лорда Дэмиена и его видом: он напоминал озлобленного раненого волка.

Элен не могла винить сестер в неразговорчивости. Это все равно, как если бы президент Соединенных Штатов зашел к нам на чай, оправдывала она их смятение. А может, даже хуже: президент все-таки знакомая личность, а Лорд Дэмиен для всех неожиданность и загадка.

— Не хотите ли еще картошки, мистер Лорд?

От радости, что он покорился ей, кровь у нее в жилах так и пела. И даже его убийственные взгляды не пугали ее.

У Дэмиена был такой вид, словно он не спал, не брился и держал свою одежду в узлах, вроде торговца тканью начала века. Но все равно Элен была счастлива, как школьница, получившая лучшие в классе отметки. Ей пришлось много потрудиться ради вкусного обеда, и прекрасный аппетит Дэмиена Лорда послужил ей наградой.

Услышав вопрос Элен, гость смущенно посмотрел на нее.

— Нет, — с трудом выдавил он.

Элисса и Люси обменялись взволнованными взглядами. Элен почувствовала, что Люси готова вступить в беседу с гостем. Сестра попытается уговорить Дэмиена вести себя свободно, раскованно, как дома. Только вряд ли ей это удастся…

Люси с улыбкой спросила Дэмиена:

— А вы из Нью-Йорка, мистер Лорд? — Она выждала, давая ему возможность ответить. Дэмиен молчал, и Люси продолжила: — Наша мама тоже была родом из Нью-Йорка. Она умерла от лейкемии, когда Элен было четыре года, но у моей сестры сохранился очаровательный нью-йоркский акцент, и он напоминает мне о маме.

— Но у мистера Лорда нет акцента, — возразила Элисса. — Тележурналистам не пристало говорить на каком бы то ни было диалекте. Разве это не так, мистер Лорд?

Она улыбнулась гостю, надеясь получить в ответ хоть несколько слов.

Однако и ее вопрос повис в воздухе. Дэмиен сидел мрачный, уставившись в тарелку.

Элен бросила на сестер исполненный благодарности взгляд за их попытки вовлечь гостя в разговор. Вытерев губы салфеткой, она отложила ее в сторону.

— Ну, — встала Элен, — на десерт у меня только что испеченный яблочный пирог. Никто не возражает?

Сестры посмотрели на нее удивленными, широко раскрытыми глазами, но не произнесли ни слова. Дэмиен тоже промолчал, он по-прежнему не сводил сердитого взгляда со своей тарелки.

— Значит, все согласны, — улыбнулась Элен и повернулась, чтобы выйти из комнаты за пирогом.